Эра героев. Антимаг - Анатолий Шкирич

Стражи в донжоне Александр не заметил, видимо, графиня полагалась на магические чары, считая, что то, что не покорится им, уж точно не по зубам рядовому мужику, пусть и с острым мечом. А слуги скользили по коридорам, не поднимая глаз, стараясь не видеть ничего из того, за что им не платили.

Таясь при каждом подозрительном шуме, Александр спустился на первый этаж и дошел до выхода из донжона. Несмотря на поздний час, во дворе было полно работяг и прочего праздношатающегося люда. Веселые крики, удары кузнечного молота и ржание лошадей. Поблизости разгружали полную бочек повозку, и крестьяне выразились отнюдь не литературным языком, когда одна из бочек упала на чью-то ногу.

Стараясь не попадаться никому на глаза, Александр обошел донжон. Теперь он держался уверенно, напустив на себя тот вид, который всем дает понять, что ты выполняешь важное задание, и у того, кто тебя побеспокоит, возникнут проблемы.

На задворках главного здания, там, где оно примыкало к крепостной стене, Александр расслышал знакомый голос: «Это Сол… Значит, он еще жив, то есть не мертв окончательно».

В свете висящего на стене факела Александр заметил сенешаля, что-то перебиравшего на земле среди растущих цветов.

– А ну не двигайся! – Александр попытался представить, чем он собирается угрожать сенешалю в полном стражников замке, да еще и с пустыми руками. – Не заставляй меня угрожать тебе!

«Осталось еще погрозить пальцем».

Клермент поднялся, держа в руках какой-то округлый предмет. Александр с ужасом признал знакомый череп.

– Ты чего делаешь?

– Спокойно, человек, не допустивший, чтобы мою тазовую кость утащила вшивая дворняга, это наш друг, – заверил его череп голосом Сола.

– Так ты разбился?

– Знаешь, когда прыгаешь с крыши, то тут или расправляешь крылья, или брякаешься вниз, – раздраженно ответствовал череп. – Эволюционировать за пару секунд во что-то летающее я не успел.

– Но ты еще разговариваешь?

– Ну, образно говоря, он и так был уже мертвым, так что умереть снова было бы для него чуть сложнее, – вставил сенешаль. – Если, конечно, обойтись без огня и развеянного над рекой пепла.

– Эй, ты, хватит уже рассказывать ужасы! – щелкнул челюстью череп. – Мне сейчас и так бестелесно.

– Ты хотя бы очнулся от морока, – Александр немного успокоился – магия графини была не всесильна. Но затем ему пришла в голову тревожная мысль, что и остальным придется оказаться на краю гибели ради избавления от волшебства.

«Попадись мне эта ведьма!.. Хотя что я ей сделаю? Надо быть реалистом, вытащить своих и бежать дальше».

– Ага, очнулся еще ДО шлепанья об землю, но УЖЕ после того, как оттолкнулся от парапета. Та еще радость была, – фыркнул Сол. – Так, давайте соберем меня в мешок и постараемся протянуть руку помощи остальным, кстати, где моя конечность валяется, никто не видит? А еще я ожидал повторно увидеть всю свою жизнь перед глазами, пока летел вниз, но меня нагло обманули с показом.

– Вообще-то я намеревался только пособить сэру скелету, – заволновался Клермент. – Вредить госпоже – это не в моих правилах, чем бы она ни занималась.

– А порча ее имущества будет считаться вредительством? – поинтересовался череп. – Потому что вот он может взять меч и подпортить твою шкуру.

– Мы никому не хотим причинять вреда – просто помочь своим друзьям, – успокоил задрожавшего сенешаля Александр. – Ты можешь нам помочь? Почему мои друзья не приходят в себя?

– Я просто хозяйственник, ничего не смыслю в волшебстве, – встревоженно начал Клермент. – Но на полу под кроватями, если вынуть верхние доски покрытия, можно увидеть странные символы. Они древние, как сам замок. Ходит легенда, что один из первых его хозяев жил очень долго и выглядел молодо до самой смерти. А графиня, когда… эмм… поселилась здесь, очень заинтересовалась этими символами. Больше я ничего не знаю.

Александр раздумывал, не попытаться ли надавить на сенешаля, но затем решил, что не стоит рисковать, чтобы заиметь себе еще одного врага.

– Спасибо, что помогаешь нам. К сожалению, нам нечем отплатить. Но, если выберемся, твой подвиг будет воспет в рассказах о наших странствиях, – он пожал трясущуюся длань сенешаля и поднял мешок с останками скелета, взяв череп в другую руку.

«Не хватает только говорящего ворона, – оценил Александр свой живописный вид. – Правда, тогда бы я от гвалта с ума сошел. Хватит мне одного болтливого мертвяка».

Сенешаль горестно вздохнул, что уже явно начало входить у него в привычку, и не спеша побрел вдоль стены в темноту ночи.

Александр же вернулся обратно в главное здание и поднялся тем же путем в покои Эллис. Ничего не изменилось, кроме еще более заметной бледности, покрывавшей лицо девушки. Поставив череп Сола на тумбочку рядом с массивным канделябром, отчего комната сразу напомнила театральные декорации, Александр начал разбирать доски пола.

К тому времени, когда в царившем под балдахином полумраке обнажилась мерцающая болотной зеленью многолучевая фигура, Александр уже порядком разозлился на сыплющий советами и упреками череп.

– И что теперь? – Присев рядом с кроватью, Александр потерянно уставился на магический знак.

Никогда прежде он не интересовался, как работает волшебство, скучающе пролистывая в браузере статьи о черной магии и проклятиях. Как оказалась, зря.

– Если тебе еще не надоело тискать нашу спящую красотку, – начал было Сол, но, заметив гневный взгляд парня, сменил тему: – Попробуй, ну там поскрести его чем-нибудь, только это все обычно до добра не доводит, – вздохнул череп. – В таких местах пишут: «Опасно для здоровья, высокое напряжение!»

Александр осмотрел комнату. Касаться начертанного рисунка хотелось еще меньше, чем оголенного провода под напряжением.

«Позаимствовать бы перчатки у Мидаса. С другой стороны, мне еще рано становиться золотой статуей».

Он скинул огарки свечей с канделябра и поскреб им светящиеся линии, но те были словно вытравлены на камне кислотой. Затем он сорвал драпировки с окна и обернул ими металл.

«Потом попробую найти молоток или зубило, может, их хоть разрушить можно», – и тут канделябр скользнул по поверхности рисунка, и, потеряв равновесие, Александр коснулся светящихся линий рукой.

Внутри него словно столкнулся полный льда рефрижератор с пылающей автоцистерной. Он горел в ледяном огне, парализованный пронзившей его энергией. Сознание заволокло мглой, и он провалился в забвение.

Гвалт. Рев толпы.

«Я не в замке».

С трудом сфокусировав взгляд, Александр начал судорожно пытаться встать, но тут понял, что доносившиеся до него вопли были не из разряда: «Тут он! Мы его нашли! Тащи веревку!» – а скорее – восторженный ор футбольных фанатов, увидевших чемпиона любимой команды.