Атлантия - Элли Каунди

На Нижнем рынке развешены плакаты с объявлениями о моем сегодняшнем выступлении. Когда я прохожу по торговым рядам, люди начинают меня узнавать. Известность принесет больше денег, но в то же время именно из-за нее я должна действовать как можно быстрее. Внимание людей для меня – реальная угроза.

Но одного без другого не бывает. Сегодня вечером я вернусь на дорожки. А потом на заработанные деньги куплю у Эннио баллон с воздухом и отнесу его домой.

Если мой план сработает, очень скоро у меня будет все, что нужно для побега.

После сегодняшнего вечера останется только ждать, когда кто-нибудь умрет.

К нам подходит Тру с тележкой. Он кивает Альдо и снимает с тележки два ведра. Одно – с рыбкой, ключом и замками – он отдает мне, а второе оставляет себе.

Все это время губы у моего друга плотно сжаты, один раз я уже видела его таким.

– Ну, стало быть, вы готовы? – еще раз уточняет Альдо.

– Да, – говорю я. – Увидимся вечером.

Мы с Тру идем обратно на рынок. Идем молча, и я не уверена, что знаю, о чем он сейчас думает. А потом он берет меня за руку и увлекает за собой в пустую палатку.

– Это тебе, – говорит Тру и подает мне ведро.

Он не улыбается.

– Что-то новенькое придумал? – интересуюсь я.

– Нет. Это не для выступления. Тут пять сотен. Теперь тебе не обязательно участвовать вечером в заплыве.

У меня даже дыхание перехватывает. Он это серьезно? Я опускаюсь на колени и аккуратно снимаю с ведра крышку. Тру не шутил. В ведре пять больших дисков чеканного золота, каждый достоинством в сотню монет.

– Где ты это взял? – спрашиваю я.

– Благодаря твоим заплывам люди стали проявлять огромный интерес к моим рыбкам, – объясняет Тру. – Как говорится, спрос превышает предложение. Но это я отложил специально для тебя, и теперь ты можешь выкупить кольцо. Прямо сейчас. И отменить сегодняшнее выступление.

Я прикидываю в уме: эти деньги, а также те, которые оставила мне Бэй, да плюс еще то, что я успела заработать на дорожках, – сумма получается приличная, я вполне смогу купить баллон с воздухом. Тру прав. Если бы все упиралось в деньги, вполне можно было бы отменить сегодняшнее выступление.

Но мне нужно тренироваться. Необходимо усложнить программу и больше времени провести под водой.

А ведь Тру даже не подозревает, что я делаю все это не ради кольца.

– На эти деньги ты мог бы купить палатку на рынке, – говорю я. – Или запастись материалами для производства рыбок.

– Я хочу, чтобы ты их взяла. Пожалуйста.

– Почему ты это делаешь? Мы же все как следует заранее просчитали и убедились: никакого риска нет.

– А что, если случится нечто непредвиденное? Вдруг слишком много угрей тебя ужалят? Или замки подведут, а я вовремя не успею прийти тебе на подмогу?

– У нас все получится, – говорю я.

Свет пробивается через жалюзи, как бы я хотела, чтобы это был свет с поверхности океана.

А еще я бы очень хотела рассказать Тру правду о том, что должна сбежать из Атлантии. И было бы здорово заговорить с ним своим настоящим голосом. Но я помню, какое было лицо у Джастуса в храме в тот день, когда ушла Бэй. Я не могу открыться Тру. Не хочу, чтобы он смотрел на меня другими глазами.

– Ты не можешь знать наверняка, – возражает он.

– Я знаю.

– Неужели ты все равно поплывешь? – удивляется Тру. – Даже сейчас, когда деньги больше не проблема?

– Да.

– Рио, – говорит Тру.

Он смотрит на меня, и я вижу в его глазах злость и боль; присущие моему другу оптимизм и смешливость исчезли без следа. Он хочет что-то сказать мне и в то же время отчаянно борется с этим желанием. Что бы это ни было, Тру знает: его слова могут что-то серьезно изменить или даже вообще все погубить.

– Что такое? – спрашиваю я. – Ты что-то хотел мне сказать, Тру? Я слушаю тебя. – Я произношу это шепотом, потому что если заговорю сейчас громче, то выдам себя.

Тру в ответ лишь качает головой и опускается на колени. Я тоже опускаюсь на колени рядом с ним, а он проводит пальцами по монетам в ведре. Я доверяю его рукам. Доверяю его сердцу. Я хочу, чтобы он ко мне прикоснулся. Тру опасен для меня.

Он слишком много знает. Никто не знает меня так хорошо, как он, потому что близкие оставили меня. Сначала мама, а потом Бэй.

– Извини, но я не собираюсь менять свои планы, – говорю я и стараюсь, чтобы мой голос звучал как обычно, то есть равнодушно и неискренне.

Это причиняет боль нам обоим.

Я знала, что так будет.

– А я не собираюсь в этом участвовать, – заявляет Тру. – Не стану объявлять тебя сегодня. Но ты можешь все забрать, Рио. Замки и ключи. Рыбок и угрей. И монеты тоже.

– Спасибо. Ты будешь на трибуне?

Я хочу увидеть его еще один раз. Ничего в своей жизни я не хотела так сильно, если не считать желания найти сестру и сбежать Наверх. Это трудно выразить словами.

– Я не собираюсь в этом участвовать, – повторяет Тру.

– Ты уже в этом участвуешь, – говорю я.

– К сожалению. – И с этими словами Тру разворачивается и уходит. Он уходит быстро, потому что идет налегке. Он все оставил мне.

На меня падают полоски света, а я стою и отчаянно душу в себе слезы. Плакать опасно. Слезы о многом могут рассказать. У меня есть все, что мне нужно: рыбки и замки, костюм и ключ. У меня есть орден. И у меня есть деньги: в ведре монеты Тру, а в сумке с кислородной маской – остальные.

Я потрачу их прямо сейчас. Куплю баллон с воздухом и отнесу его в свою комнату при храме. И все – я готова к побегу, останется только подождать, когда кто-нибудь умрет.

Я понимаю, что это неправильно, но все равно надеюсь, что ждать придется недолго.

Меня больше ничего не держит в Атлантии.

Когда я передаю Эннио слова Майры и называю имя Аши, он бледнеет и молча достает баллон с воздухом. Баллон тяжелый, с виду из старинного железа. Эннио аккуратно заматывает баллон в кусок ткани, так чтобы он был похож на большой куль, но при этом не привлекал бы излишнего внимания.

– Работает точно так же, как кислородные маски на учениях, – объясняет Эннио. – Ты же знаешь, как с ними обращаться. Надеваешь маску и дышишь. Только с баллоном дышать можно гораздо дольше. И воздух в баллоне сжатый, рассчитан на всплытие с большой глубины.

– Откуда ты об этом знаешь, – спрашиваю я, – если еще никому не удавалось выбраться на поверхность?

– Я нашел старый склад с воздухом, – говорит Эннио. – Еще тех времен, когда строили Атлантию. Иногда строителям приходилось работать за стенами города и подниматься обратно.