Обманка - Филиппа Грегори

– Поздравляю с получением прибыли, – процедила Изольда сквозь зубы. – Вы явно могли бы поспорить умением с любым венецианским банкиром.

– На самом деле у тебя есть еще одно сокровище, которое я хочу получить, – сладким голосом объявила леди Каринта.

Изольда сумела сохранить на лице безупречно недоумевающее выражение.

– Не может быть, чтобы у меня оказалось что-то такое, чего желаете вы! Ведь вам же достаточно попросить мужа о чем-то, что вас заинтересовало.

Ее собеседница рассмеялась, откидывая голову так, чтобы продемонстрировать стройную белую шею с тяжелым золотым колье.

– Муж кое-какие развлечения мне обеспечивает, но не все, – многозначительно проговорила она. – Ты ведь меня понимаешь?

Изольда покачала головой:

– Извините, ваша милость. Я росла в деревне. Мне непривычны ваши городские манеры. Не могу понять, какие у вас могут быть соглашения с вашим супругом, кроме того, чтобы чтить его и повиноваться ему.

Ее гостья отрывисто хохотнула.

– Тогда ты еще более необычная, чем мне показалось, – сказала она. – Тогда буду говорить с тобой прямо, деревенская девочка. Если захочешь гулять по Венеции так, как гуляла прошлой ночью, или с кем-то встречаться, или отсутствовать дома всю ночь, я тебе помогу. Скажешь, что будешь у меня в гостях, и я дам тебе мою гондолу, и мой плащ, и мою маску… и даже мои платья. Если выдумаешь какую-то историю, можешь рассчитывать, что я ее подтвержу. Можешь сказать, что провела ночь у меня, и я буду говорить всем, что мы просидели за картами. Можешь врать, очертя свою хорошенькую головку, и я тебя поддержу, ни о чем не спрашивая. Что бы ты ни захотела сделать и каким бы это ни было… необычным. Понимаешь?

– Наверное, да, – ответила Изольда. – Вы будете покрывать мое вранье.

– Совершенно верно!

Леди Каринта улыбнулась.

– И если бы мне хотелось врать и тайно уходить из дома, это было бы мне очень полезно, – презрительно заявила Изольда. – Но я не хочу, так что в этом нет нужды.

– Я знаю, что знаю, – отметила леди Каринта.

– Это и есть суть и смысл знания, – находчиво парировала Изольда. – Все знают то, что знают.

– Я знаю, что видела, – не сдавалась леди Каринта.

– Вы видели, как я… а может, это была Ишрак… зашла в наш сад. А может, это мы видели, как вы зашли в наш сад. Может, мы даже поклянемся в этом. Ну и что? Ваша милость, это бессмыслица. Говорите прямо. Что вам от меня надо?

– Хорошо, я скажу прямо, деревенская девочка. Сегодня ты откроешь для моей гондолы ворота, проведешь меня наверх в комнату твоего брата, а на рассвете выпустишь. И ты ничего никому об этом не скажешь – и даже будешь отрицать, если тебя спросят прямо. – Она положила ладонь Изольде на колено. – Никто никогда не спросит, – пообещала она. – Я всегда прелестно осторожна.

– А что если мой брат не хочет, чтобы вас приводили к нему в комнату? – Изольде стало труднее дышать: она чувствовала, что вот-вот выйдет из себя. – Что если он считает вас слишком старой или слишком потасканной? Что если вы не вызываете у него желания и ему хочется, чтобы вы держались подальше?

Леди Каринта со смехом разгладила синее платье на бедрах, словно вспоминая, как накануне Лука ее ласкал.

– Он будет не первым юношей, который, проснувшись, обнаружит меня в своей постели. И не первым, кто будет этому рад.

– Он не обычный юноша, – предупредила ее Изольда. – Он не похож на всех тех юношей, с которыми вы сталкивались прежде.

– Тут я не спорю: он необычайно хорош собой, – согласилась леди Каринта. – А я необычайно сильно его хочу. Думаю, у меня будет просто необычайная любовная связь.

Изольда вскочила на ноги, словно не в ее силах было дольше сидеть.

– Клянусь честью: этого не будет! – заявила она.

– А почему ты против? Я ведь тоже тебе помогу! Если тебе не нужно прикрывать твою собственную связь, давай я помогу тебе познакомиться с молодыми людьми! Или тебе просто дарить подарки? – Венецианская дама прикоснулась к раскачивающимся у нее в ушах монетам. – Хочешь такие? Получишь! Но знай: я твоего брата заполучу. Я сделаю его своей игрушкой и оставлю по уши в меня влюбленным. Так всегда бывает. Он станет словно одержимый. Всю оставшуюся жизнь он будет по мне страдать. Я научу его всему, что нужно знать о женщинах – и лучшей любовницы, чем я, он никогда не найдет. Он всю оставшуюся жизнь будет искать такую. Но после меня обычные женщины ему не подойдут.

– Нет, – твердо сказала Изольда, – он не станет по тебе страдать. И не предлагай мне свои мерзкие деньги и отвратительные обноски: они мне не нужны. Вынуждена просить тебя уйти. И ты больше не вернешься.

– Еще как вернусь! – возразила та. – Тайно, с твоей помощью или без нее. Проснись ночью и знай: он со мной, в комнате, которая как раз под твоей. Или же он придет ко мне. Думаешь, он меня не хочет? Думаешь, я оказалась бы здесь без его открытого приглашения? Вчера ночью он предложил мне поехать домой вместе с ним. Вчера ночью, после приема. Он хотел встретиться со мной в саду. Он в меня влюбился, и ты ничего не сможешь сделать, чтобы это прекратить.

– Неправда! – Однако у Изольды дрогнул голос: она поняла, что леди Каринта скорее всего говорит правду и что Лука вполне мог договориться о встрече с ней. Возможно, когда калитка сада открылась, он ждал там именно ее. – Неправда, и я ни за что не впущу тебя к нему в комнату. Даже если бы я… – Тут она резко замолчала, вспомнив ту ложь, которую им необходимо поддерживать. – Даже если бы он не был мне братом, я бы такого не допустила. Ты гадкая мерзкая женщина. Да что там Лука: я даже к Фрейзе в спальню тебя не отвела бы, потому что он для тебя слишком хорош.

– Он же слуга! – взвизгнула ее гостья.

– Он наш фактотум! – крикнула в ответ Изольда. – Доверенный представитель! И стоит десяти таких как ты! Потому что он – прекрасный фактотум, а ты – старая шлюха!

Леди Каринта кинулась на Изольду, дала ей оплеуху и принялась таскать за волосы. Рассвирепевшая Изольда сжала кулак, как это делала Ишрак, когда собиралась драться, и ударила венецианку со всей силы… прямо в челюсть. Каринта отлетела назад, ударилась об стол, выпрямилась – и снова бросилась вперед, выставив руки со скрюченными пальцами и собираясь впиться Изольде в глаза. Правой рукой она расцарапала Изольде щеку, но Изольда сразу схватила ее за запястье и завернула руку ей за спину. Каринта вопила от боли и пыталась лягаться, норовя ударить Изольду каблуком, но та постепенно вытесняла ее из комнаты на лестницу. Они как раз оказались у ступенек, когда брат Пьетро, невероятно гостеприимный и величественный, начал подниматься наверх со словами:

– Мне сказали, что леди Каринта почтила наш дом визитом… Боже правый! Что это?

– Она уходит! – пропыхтела Изольда с пылающими от ярости щеками и измазанным кровью лицом. – Старая шлюха уже убирается отсюда.