Междумир - Нил Шустерман

— Я способен причинить тебе такие страдания, каких ты даже представить себе не можешь! — рыкнул МакГилл.

Алли сразу поверила. Однако она не собиралась тешить самолюбие этого стервеца, выказав свой страх. Она один раз уже теряла контроль над собой — с Пронырой; больше такого не случится. Алли была твёрдо уверена в одном: всякий монстр обладает только той силой, которой ты сам его наделяешь. С другой стороны, жизненный опыт научил её и другой истине: монстрам не нравится, когда по отношению к ним проявляют дерзость и неуважение. Во всяком случае, с МакГиллом лучше не лезть на рожон.

— Я слыхала, что ты — самое великое существо во всём Междумире. — Она уважительно наклонила голову. — Теперь я убедилась, что это правда.

МакГилл осклабился. Вернее, это Алли так показалось. Монстр обратил свой висячий глаз на мальчика с непропорциональной головой и спросил:

— Как думаешь, Урюк, что мне с ней сделать — бросить за борт или ещё что похуже?

— Похуже, — отозвался Урюк. Алли почему-то так и знала, что он скажет именно это.

МакГилл поёрзал на троне, пытаясь поудобнее устроиться на сиденье, что, скажем прямо, при его чудовищно бесформенном теле выглядело задачкой не из простых.

— Но сначала я хочу знать, как ты ухитрилась пробраться на мой корабль.

Алли усмехнулась.

— А что, до меня это никому не удавалось?

— Вообще-то нет, — отозвался Урюк, тем самым заслужив от начальства уничтожающий взгляд.

МакГилл вернулся к допросу Алли.

— Как ты это сделала?

— Скажу, но только если…

МакГилл не дал ей закончить. Он махнул когтистой лапой:

— Никаких «только если»! Я в переговоры не вступаю. Вышвырни её за борт, мне с ней больше не интересно.

Урюк попытался сграбастать Алли, но та увернулась.

— Нет! — воскликнула она. — Постой! Я… я расскажу, как я оказалась на твоём корабле.

Урюк заколебался.

Алли думала, что ей удастся добиться своего, если она правильно разыграет свою партию, но, как выяснилось, дело не выгорело. МакГилл в игры не играл и, по всей вероятности, действительно вознамерился выкинуть её за борт. Лучшее, на что ей оставалось надеяться — это что у неё получится каким-то образом выторговать у МакГилла свободу для Ника и Любистка. Если только их тоже ещё не выбросили за борт.

— Я села на паром, идущий к Стетен-Айленду, — быстро проговорила она, — и перескочила на твоё судно, когда оно его протаранило.

Внезапно оба гуляющих сами по себе глаза МакГилла уставились на неё. Монстр ухватился лапами за края трона, оттолкнулся и встал.

— Паром отклонился от курса! — воскликнул он. — Было похоже, будто он сделал это нарочно. Твои проделки?

Алли задумалась: какой ответ дать, чтобы он не привёл к прогулке за борт — да или нет? И пришла к выводу, что самым правильным будет сказать и то, и другое. Так она и поступила.

— И да, и нет, — ответила она.

МакГилл приблизился к ней на один шаг.

— Объясни.

— Я бы не смогла повернуть судно сама, поэтому я вошла в тело штурмана и заставила его подчиняться мне несколько секунд.

МакГилл некоторое время молчал, продолжая сверлить Алли своим ужасным взглядом.

— И ты думаешь, что я этому поверю, — наконец проскрипел он.

— Хочешь — верь, хочешь — не верь, но я говорю правду.

Чудище опять несколько мгновений буравило девочку взглядом, затем сказало:

— Итак, ты утверждаешь, что умеешь узурпировать тела, овладевать живыми и навязывать им свою волю? Ты умеешь скинджекить?

Услышанное Алли не понравилось. Значит, вот как это называется? Она узурпировала тело паромщика? «Скинджекила» его? Уж больно от этих слов несло… криминалом.

— Я предпочитаю называть это «боди-сёрфингом»[29].

МакГилл загоготал:

— Боди-сёрфинг! Неплохо, неплохо… — Он задумчиво почесал стебелёк, на котором висел его маленький глаз. — Как тебя зовут?

— Алли, — ответила она. — Алли-Изгнанница.

МакГилл не впечатлился её громким титулом. Он сунул коготь в свою необъятную ноздрю, выковырял оттуда здоровенную козявищу и шлёпнул её о стену, где та и осталась висеть. Алли поморщилась.

— Забери девчонку вниз, — приказал МакГилл Урюку.

— Мне подвесить её вместе со всеми или как?

— Нет. Размести её в гостевой каюте.

Урюк послушно кивнул и взял Алли за локоток с несколько бóльшим уважением, чем минуту назад. Однако девочка, почувствовав, что её позиция упрочилась, стряхнула его руку.

— Ты забрал у Проныры двоих моих друзей.

МакГилл насторожился.

— И?.. — протянул он.

— Они здесь?

— Может, здесь, а может, и нет. Пока марш в каюту, а там видно будет. Если ты мне понадобишься, я позову.

Она вздохнула, понимая, что продолжать препирательства не стоит.

— Спасибо за то, что… проявил великодушие, — сказала Алли. — Но я была бы ещё больше признательна, если бы этот Дурюк держал свои лапы от меня подальше.

— Урюк, — невозмутимо поправил обладатель сего славного имени. — Дурюк работает внизу, в машинном отделении.

МакГилл милостиво махнул клешнёй, мол, можете идти. Урюк с издевательски преувеличенной галантностью поклонился Алли и повёл её в гостевую каюту. Ещё ни один Послесвет не удостаивался такого почётного приёма на борту «Сульфур Куин» с того самого момента, как старый танкер перешёл в Междумир.

* * *

Как только гостья скрылась из глаз, МакГилл прошкандыбал обратно к трону и плюхнулся на него.

С невысокого подиума, на котором помещался трон, он озирал расстилающийся перед ним океан. «Сульфур Куин» прошла под мостом Верразано[30]и скоро выйдет на просторы Атлантики, откуда снова пустится в бесконечное патрулирование вдоль Восточного побережья.

МакГилл редко позволял себе помечтать. По натуре он был мрачен и пессимистичен, вечно ожидал всяких пакостей от судьбы, и мазохистски радовался, когда они случались. Но эта девчонка задела его за живое.

Скинджекинг! Да-а, эта сила куда значительней любой другой силы, которая была в его распоряжении! Вмешиваться в дела живого мира, перелетать от одного тела к другому, вселяться в новое, когда старое надоело или когда того требовали обстоятельства — каким могучим сделало бы его это умение! Девчонка — может ли она научить его вытворять такие штуки? Если да, то ради этого стоит отложить все другие планы на потом. Ничего не скажешь, новый холуй, вернее, холуйка, в лице этой стервочки — приобретение весьма ценное и открывающее перед ним, великим МакГиллом, необозримые возможности.