Лес потерянных - Сандрин Вольф

— Здесь!

Абакум шагнул вперед и прищурился, почти уткнувшись носом в падающий каскад воды.

— Ничего не вижу…

— Просуньте голову, — посоветовал Дозорный. — Вы ничем не рискуете, пока ваше туловище здесь.

Пьер и Леомидо взяли Абакума за плечи, и тот последовал совету насекомого, сунув голову в водопад. Литры воды обрушились ему на спину, обдав брызгами Беглецов. Через пару мгновений фей вытащил голову из-за водяной завесы.

— Ну? — не вытерпела и секунды Окса.

Абакум быстро вытерся и уныло сообщил:

— Кажется, друзья мои, нам придется набраться мужества и силы, чтобы достойно встретить следующее испытание…

— А я могу посмотреть? — тут же начала клянчить Окса.

— Да… — обреченно кивнул Абакум.

Окса, которую крепко держали отец с Пьером, в свой черед просунула голову за водяную завесу. И мигом забыла о падающей ей на спину массе воды, увидев простирающийся, насколько хватало глаз, жуткий пейзаж: серая, почти черная пустыня, где вовсю бушевала пепельная буря. Над этим негостеприимным ландшафтом, в небе, исчерченном темными полосами, сверкали эбеново-черные молнии, освещая глубокие провалы в почве. Все это сопровождалось мерзким скрежетом и диким грохотом, будто тут били огромные барабаны.

Окса в шоке вытащила голову и поморгала, ослепленная мягким светом Маленького Рая, более чем когда-либо заслуживающего этого названия.

— Жуть какая… — пролепетала девочка.

— Это Бесплодный Край, — пояснил Дозорный.

Услышав эту новость, Реминисанс с Гюсом застонали от огорчения. Окса с тревогой поглядела на них, понимая, что эти двое — хоть и по очень разным причинам — самые уязвимые члены команды.

Ей было больно видеть нерешительность Реминисанс, обусловленную ее долгим одиноким существованием в картине. Почтенная дама выглядела такой усталой… Лицо ее осунулось, губы были сжаты… Она вцепилась в руку Леомидо как в спасательный круг. Как она будет существовать в том враждебном мире, что поджидает их по ту сторону водопада?

А Гюс? Если хорошенько подумать, несмотря на преимущество юности и силу, больше всех опасность грозит именно ему. Реминисанс, пусть и измотанная почти до предела, Твердорук, да еще и Застень. А Гюс — обычный Внешник. Это совсем другое… Он не обладает никакими магическими способностями и очень рискует перед лицом опасностей, подстерегающих Беглецов на их пути.

Взгляд Оксы обратился на могилку Фолдинготы. Девочка вздрогнула, и Абакум, словно прочитав ее мысли, подошел ближе.

— Мы все находимся в очень тяжелой ситуации, — с ласковой грустью сказал он. — Но должны приложить все усилия, чтобы избежать новой драмы и выбраться из этой переделки. Тебе страшно, и это нормально. Твердо помни, что у нас есть сильные козыри: твой отец и Чернильный Дракон, Леомидо и кровь Лучезарных, текущая в его жилах, Реминисанс и Пьер с их способностями Твердоруков, Тугдуал с его множеством уникальных талантов…

— Не считая гири, способной лишь мешать своим друзьям… — с тоскливым видом встрял Гюс.

— Не считая, Гюса, неоднократно доказавшего, насколько он полезен одной барышне с взрывным характером! — отрезал Абакум. — У каждого из нас своя роль.

— Особенно когда все в одной лодке… — дернул плечами Тугдуал.

— Именно! — кивнул Абакум. — И позволь тебе заметить, Гюс, что ты был не единственной мишенью Сирен!

— Ну да! — воскликнула Окса. — Смотри! Абакум хоть и фей, а я Лучезарная, они не делали никакого различия между нами и тобой!

Гюс пробормотал что-то невразумительное, ковыряя носком ботинка землю.

— Ага, Гюса заткнули! — потерла руки Окса.

— Ой, да ладно тебе, воображала… — пробурчал Гюс, пряча улыбку.

— А ты, девочка, — Абакум положил руки Оксе на плечи, — не забывай самого главного: ты — Юная Лучезарная.

Окса, нахмурившись, закусила губу.

— Ну да… наверное… но мне не кажется, что это преимущество! По сравнению с вами я мало умею.

— О, вот и Маленькая Лучезарная подхватила вирус «острого гюссизма», — язвительно заметил Тугдуал.

Абакум пристально уставился серыми глазами в глаза девочки.

— Важно не то, что ты умеешь, — пояснил он. — А то, что ты собой представляешь, и заложенный в тебе потенциал. Ты не всегда отдаешь себе в этом отчет, Окса, но самый наш главный козырь — это ты.

Беглецы задумчиво опустили взгляд.

— Вас интересуют сведения о следующем пласте? — неожиданно спросила Вещунья, нарушив тишину.

— Вот видишь, Гюс, что я имел в виду, говоря, что у каждого своя роль? — подмигнул мальчику Абакум. — Ну конечно, Вещунья, мы тебя слушаем! — добавил он, обращаясь к крохотной курочке.

— В данном пласте климатические условия экстремальные, следовательно, очень тяжелые. Меня несказанно радует тамошняя температура — около сорока пяти градусов — но когда уровень влажности почти нулевой, эта идеальная температура рискует вызвать сильные страдания.

— Что ты имеешь в виду? — тут же поинтересовалась Окса.

— Я имею в виду, что там нет никаких следов воды. Полная сушь, абсолютная, тотальная! — воскликнула Вещунья. — Никогда с таким не сталкивалась, но, на мой взгляд, это не сулит ничего хорошего. Судя по тому, что я вижу, воздух насыщен частицами пыли, мелкой и летучей, как сажа. Нужно будет от нее как-то защититься, чтобы не задохнуться. Надеюсь, кто-нибудь из вас соизволит предоставить мне убежище в своем кармане, я не желаю окочуриться…

Абакум кивнул и жестом велел Вещунье продолжать.

— Еще должна вас предупредить насчет почвы. Земля там испещрена бездонными провалами. Если кто-то в них провалится, то ему конец.

— Зашибись… — пробормотал Гюс.

— Как это, бездонные провалы? — снова влезла Окса.

Вещунья закатила глазки и раздраженно встряхнулась.

— Это же очевидно! — разгорячилась птичка. — Там нет дна! Упал туда и пффф! Тебя ждет бесконечность. Пустота! Небытие!

— Ясно… — голос у Оксы сел. — Ну, значит, постараемся не падать…

— Думаете, это так просто? — ехидно вопросила Вещунья. — Однако тут задача не в том, чтобы не падать, а чтобы избежать падения!

— Да здравствует изворотливость! — бросил Тугдуал.

— Ладно, когда вы пройдете этот пласт — если пройдете! — то окажетесь в Оплоте Сердцеведа.

— Оплот сам по себе испытание, — добавила черная бабочка. — И самое важное. Потому что именно там решится, выйдете вы из картины или нет.

— Ну, уж я скажу ему пару теплых слов, этому Сердцеведу! — взорвалась Окса. — Мне до смерти охота преподнести ему Огнёвку, чтобы она ему как следует нос подпалила!

— Думаю, лучше набрать как можно больше еды, — ответил ей Абакум. — Фрукты, а главное воду, она нам понадобится… Что же касается пыли, то предлагаю использовать растения, которые я обнаружил вон там, в тенечке под скалами. Если мне память не изменяет, это Спонгосы, разновидность губки, и могут выполнять роль воздушного фильтра благодаря тысячам своих крошечных полостей. Я сделаю из них маски, которые, думаю, нам очень пригодятся…