Шкатулка хитросплетений - Терри Брукс

— Добро пожаловать в наш лагерь, — приветствовал тот, кто поманил их. — Не споете ли с нами? Может, заработаете так ужин себе?

Мужчина был грузный, с брюшком и с большими узловатыми пальцами. Волосы и борода у него были густыми и черными. На нем было несколько сережек и цепочка с медальоном. За пояс, завязанный на объемной талии, было заправлено несколько кинжалов, а из голенища сапога торчала рукоятка еще одного.

— Кто вы? — спросил рыцарь.

— Ах-ах! Никаких имен, друг мой, — ответил тот. — Имена — это для врагов, которых надо избегать, а не для друзей, которых надо приобрести. Не присядешь ли?

— Речные цыгане, — проговорила химера, остановившаяся как вкопанная, и рыцарь бросил на нее быстрый взгляд.

Толстяк расхохотался:

— Да, это мы! Ну, а посмотрим-ка на тебя, милая моя. Химера! Мало вас осталось на свете, а в лабиринте на моей памяти, кажется, ни одной не видели. Ну-ну. Не робей, не жмись в теки. Мы тебе поистине рады. Проходи, садись с нами и спой. Погрейся у огня.

Он провел путников к костру. Сидевшие у огня потеснились, принесли им кружки, и пение продолжилось. Начало и конец каждой новой песни встречались улыбками. Один из мужчин играл на каком-то струнном инструменте, другой — на флейте. Рыцарь и его спутницы слушали песни, но сами к хору не присоединялись. Они пили предложенное им вино, но поначалу понемногу. Смотрели на собравшихся и гадали, как они сюда попали.

— Вы издалека? — спросил толстяк у рыцаря спустя какое-то время, наклоняясь ближе, чтобы лучше слышать.

— Шли пять дней, — ответил рыцарь. — Никак не можем найти выход.

— Здесь это достаточно распространенная проблема, — ответил тот кивая.

— А вы его знаете? — спросил рыцарь. Его собеседник начал прихлопывать ладонями в такт песне:

— Возможно. Возможно.

Пение продолжалось довольно долго. Рыцаря начало клонить ко сну. Дама выпила больше него и уже лежала на траве, закрыв глаза. Химера сгорбилась под своей накидкой, спрятав морду в капюшон. Некоторые из цыган принялись плясать, подскакивая и кружась в отсветах пламени. Женщины надели на пальцы колокольчики, и к пению присоединился их серебристый звон. Мужчины развернули алые и золотые шарфы. Все много пили. Рыцарь припомнил, что шла речь о еде, но она так и не появилась.

— Ну, разве не так надо проводить жизнь?! — вдруг спросил толстяк, снова наклоняясь к нему. Он раскраснелся и улыбался. — Нечего думать о завтрашнем дне, пока он не наступил. Не надо волноваться о том, что не в нашей власти. Пой и танцуй. Пей и смейся. Оставь свои тревоги до другого раза. А лучше прогони прочь.

Рыцарь покачал головой:

— Тревоги имеют обыкновение вас догонять. Тот рассмеялся:

— Ну что за пессимист! Только посмотри на себя! Не поешь, не танцуешь. Пьешь мало. Как можно получать при этом удовольствие от жизни? Надо же дать жизни шанс!

— Из лабиринта есть выход? — снова спросил рыцарь.

Цыган весело покачал головой, встал на ноги и пожал плечами.

— Думаю, не сегодня ночью. Может, завтра. И он присоединился к пляшущим, удивительно легко двигаясь в свете костра.

Рыцарь допил остаток вина и посмотрел на своих спутниц. Дама все еще крепко спала. Химера исчезла. Рыцарь безуспешно поискал ее глазами, даже за кругом света. Она исчезла.

Рыцарь попытался встать и понял, что не может. Ноги его не слушались, тело словно налилось свинцом. Он попытался сбросить груз, вжавший его в землю, и почти сумел встать, а потом снова рухнул. Речные цыгане плясали и пели вокруг него, ничего не замечая. Цвета и формы проносились мимо, и он повернулся к темноте. Что-то случилось. Им устроили какой-то фокус.

Он все еще пытался понять, что произошло, когда провалился во тьму.

* * *

Когда он проснулся, вокруг никого не оказалось. Речные цыгане исчезли: мужчины, женщины, кибитки, мулы — все. Остался только пепел от костров, еще чуть дымившийся в туманном рассвете. Рыцарь лежал на поросшей травой земле, вытянувшись во весь рост. Он с трудом привстал на колени. Голова гудела от вина, тело ломило от долгого сна на влажной земле. Слева от него струилась река — гладкая, бесшумная и спокойная. Справа был темный занавес леса, полного тумана.

Рыцарь поднялся и стал ждать, когда пройдет чувство дурноты.

Дама тоже исчезла.

Он почувствовал, что дыхание у него участилось, а грудь сжалась от гнева и возмущения. Куда она ушла? Он озирался, пытаясь увидеть ее следы, но их не было. Она исчезла.

Он все еще не пришел в себя, когда из леса вышла химера и направилась к нему. Рыцарь вдруг заметил, что его оружие тоже исчезло — полностью. Он был беззащитен.

— Хорошо выспались? — с нескрываемым сарказмом поинтересовалась химера, подойдя к рыцарю.

— Где мое оружие? — гневно спросил рыцарь. — Что стало с дамой?

Химера присела перед ним, не снимая капюшона с головы:

— Они все у речных цыган. Они их взяли, пока ты спал.

— Взяли?! — поразился рыцарь, — Ты хочешь сказать — украли?

Химера тихо рассмеялась:

— Цыгане так не считают. С их точки зрения, оружие и женщина — это твоя плата за вчерашние удовольствия. По их мнению, это справедливо. Они взяли у тебя то, что имеет цену.

Рыцарь возмущенно посмотрел на химеру;

— И ты не попыталась им помешать? Химера пожала плечами:

— Ас чего мне было это делать? Какая мне разница, что будет с дамой или твоим оружием? Мне до них нет дела. По правде говоря, тебе без них легче.

В лабиринте в оружии нет нужды — нужны только мозги и терпение. Дама была хомутом на наших шеях, помехой, которую не стал бы терпеть ни один нормальный человек.

— Это не тебе было решать!

— А я и не решала. — Химера оставалась совершенно хладнокровной. Она повернула свою уродливую морду к свету, и ее желтые глаза выражали спокойствие. — Я просто не вмешивалась в действия цыган, только и всего.

— Ты могла бы меня предупредить!

— Ты сам мог бы себя предупредить, если бы у тебя голова была на месте. В цыганах нет никаких тайн — они во всем мире одинаковые и никогда не меняются. Они живут по своим собственным правилам, и если ты решаешься пить и петь с ними, то ты признаешь это. Сочти это за урок, рыцарь, и забудем.

Рыцарь постарался подавить ярость. Но в душе затаился страх, вызванный тем, что он теряет контроль над событиями и ничего не может поделать. Дама и его оружие исчезли, и он был не в силах этому помешать. Почему он не предвидел, что может случиться? Почему не предпринял элементарных мер предосторожности ?

Он сделал глубокий вдох и посмотрел в обе стороны реки.