Рожденная второй - Эми Бартол

– Могут и не дать, – говорит Хоторн.

Эджертон только закатывает глаза.

– Дадут, – говорит Гилад. – Ты заслужил.

Они и правда любят друг друга, даже Гилад с Хоторном. Эти двое, может быть, как раз больше всех. В глубине моей души вспыхивает холодный гнев. Сначала я не понимаю, что это такое, но потом догадываюсь. Я ревную: к их отношениям, дружбе, доверию, уважению и любви. У меня никогда ничего подобного не было.

Отвожу взгляд и за соседним столом замечаю знакомое лицо. В компании других инженеров сидит Джейкс. С тех пор как меня увели отбывать наказание, я о нем не вспоминала. Он, глядя на меня, кивает в сторону двери, затем встает и уходит.

Сминаю упаковку еды и тоже поднимаюсь:

– Извините, мне нужно отлучиться. Хорошего вечера.

Я спешу к выходу за Джейксом. Он поджидает меня в конце коридора у сердцевины, встает на подножку и едет вниз. Я отправляюсь следом. Мы спускаемся на несколько уровней.

Он сходит на палубе, где базируются боевые транспортники и «Вингеры». Почти весь персонал на ужине. Джейкс останавливается у каких-то металлических ящиков, я подхожу к нему.

– Я искал тебя перед вылетом, – сообщает он вместо приветствия, поправляя очки с толстыми стеклами.

– Я была в изоляторе. Загребли за применение боевого оружия.

– Слышал. За меня раньше никто не заступался.

– Ну, я ведь сама виновата, что они к тебе полезли. Извини за неприятности, но я всегда готова ответить за последствия.

– А может, я устал перестраховываться, – бормочет Джейкс. – Может, пора рискнуть.

– Ты что-нибудь придумал?

– Да. Я покопался в архивах, просмотрел схемы конструкций старого оружия. – Прикоснувшись к сканеру на металлическом ящике, он его открывает. – То, о чем ты просила, не так уж невероятно. С появлением термоядерного оружия большинство прежних моделей отправили на свалку, но я использовал существующие чертежи и детали и создал это.

Внутри ящика лежит корпус тер-меча, однако подобного я никогда прежде не видела. Серебристая рукоять длиннее, чем у привычного клинка. Кроме того, у обычного меча такого размера имеется лишь один импульсный порт, откуда выходит поток энергии. У меча в ящике отверстий два: на верхушке рукояти и со стороны основания.

Я беру клинок, сжимаю рукоять посередине, и из нее вырываются два световых луча. С одного конца золотистый термоядерный, с другого – серебристый водородный. Настоящий меч с двумя клинками.

Джейкс подходит ближе:

– Если замешкаешься и передвинешь хватку в сторону тер-луча, гидролезвие погаснет, и наоборот. Будешь держать строго посередине – включатся оба.

В основном я буду использовать только одну сторону, потому что зажигать их одновременно опасно, разве что понадобится драться им как палкой в единоборствах. Джейкс показывает, как отключить лучи, чтобы не активировать какой-то из них случайно.

– Замечательно! У тебя получилось, Джейкс!

– Было несложно. Водородных элементов навалом, – объясняет он.

Я упражняюсь с обоими клинками, пробуя сложные приемы.

– Иногда мы заряжаем ими горелки в лаборатории. Это тяжелый водород, сжатый. Могу показать.

– Хотела бы я узнать больше.

Вот бы получить знания, которыми обладает Джейкс! Я устала от собственного невежества. Или научиться взламывать панели управления, как Флэнниган! Я хочу сама выбирать, как жить. Без помех посмотреть мир и своим умом добиться свободы, как делала Флэн.

– Этого добра у нас в избытке. Заряда хватает на тысячу часов, потом нужна замена и подпитка. – Джейкс показывает мне аккумулятор. Он напоминает серебристую пулю с зажимом на задней части. – Можешь спрятать его в бронекостюм или даже носить в волосах, тут сзади прищепка. Просто открой гнездо на корпусе и перезаряди.

Джейкс вставляет мне в прическу гидроэлемент наподобие декоративной шпильки.

– Не помешаю? – раздается позади голос Хоторна.

У Джейкса ошарашенный вид.

– Все хорошо. Хоторн не враг, – успокаиваю я.

– Что это? – спрашивает Хоторн, разглядывая новое оружие.

– Кое-что очень нужное. Хоторн, сколько у тебя «заслуг»?

– Хватает, а что?

– Хочу удалить одну мерзкую бородавку. Ты, кстати, тоже.

– У меня нет мерзких бородавок.

Я краснею, вспомнив, как он смотрелся у шкафчиков в раздевалке в одном лишь полотенце.

– Еще как есть, Хоторн. Она прикончит тебя, если не выведешь. А удалить ее поможет эта штука. Нам всем нужно избавиться от бородавок, и только Джейкс может помочь.

Я передаю усовершенствованный меч Хоторну, тот внимательно его изучает.

– Весьма… удобно, – восхищенно отмечает он.

Я поворачиваюсь к своему «звездному» приятелю:

– Джейкс, давай «средство для удаления бородавок» любому, кто его попросит. Если нужна будет рассрочка – предоставишь кредит. Ясно?

– И много бородавок вы планируете удалить?

– У всего полка.

Мы с Хоторном принимаемся торговаться с Джейксом о цене новых мечей. Инженер уже собрал два таких, и я намерена забрать оба.

– Когда подготовишь еще?

Джейкс качает головой.

– Мне нужно время, свободные руки и запчасти.

– Тогда сделай, сколько сможешь. Подумай, как превратить винтовки в водородные. Нам понадобятся обоймы с гидрозарядами. Если изобретешь такое оружие, я свяжусь с Клифтоном Сэлоуэем.

Хоторн хватает меня за руку и сердито бросает Джейксу:

– Извини, мы отойдем.

Утащив меня за контейнер, прислоняет к нему спиной и низко ко мне склоняется. Глаза Хоторна темнеют, как штормовые облака.

– Что происходит?

– Пока не могу рассказать, просто доверься. Нужно распространить информацию о новом оружии, но очень аккуратно. Солдаты должны сами его захотеть – потому что оно новое и пользуется спросом, – и ни по какой другой причине. Не представляю, как это провернуть, но мы должны попытаться.

Суровое выражение лица Хоторна смягчается.

– Просто воспользуйся мечом на виду у всех. Больше ничего не потребуется. Ты же Розель Сен-Сисмод. Солдаты сколько угодно могут делать вид, что презирают тебя, но они годами за тобой наблюдали и копировали твои приемы, привычки и стиль – все, как у тебя.

– Но ты для них тоже авторитет, Хоторн. Ты внушаешь бойцам доверие, потому они и идут за тобой. – Я хватаю его за бицепс. – Поупражняйся сегодня со мной где-нибудь, где нас заметят.

– Ты говоришь так, словно это вопрос жизни и смерти.

– Ничего подобного.