Институт благородных отбросов - Екатерина Круглова

— Как раз вовремя! — огрызнулся этнограф. Его обычно ухоженные волосы спутались, галстук-бабочка походил на собачьи уши. — Очевидно, вы еще не знакомы с творчеством наших драгоценных студентов! Вот. Изъял сегодня на лекции.

На стол перед ректором легла ракушка — кроваво-красный "музыкальный завиток".

* * *

Вот ИБО. Он — замок, большой и зловещий.

И в нем происходят опасные вещи.

Порой даже может убийство случиться.

А недоубитым дорога в больницу.

Йо-хо-хо и пенный эль.

Пляшите, бастарды, покуда вы живы.

Йо-хо-хо и пенный эль.

Закончится время — уйдите красиво!

Вот корпус больничный, известный всем точно.

Где доктор, готовый помочь днем и ночью.

А, нет, неготовый, он в шоке, по ходу:

К нему на прием рвутся толпы народа.

Йо-хо-хо и пенный эль.

Пляшите, бастарды, покуда вы живы.

Йо-хо-хо и пенный эль.

Закончится время — уйдите красиво!

Вот толпы народа, что помощи жаждут,

И близок к неврозу практически каждый.

То преподы ИБО не знают как жить:

Студенты на лекции стали ходить.

Йо-хо-хо и пенный эль.

Пляшите, бастарды, покуда вы живы.

Йо-хо-хо и пенный эль.

Закончится время — уйдите красиво!

А вот и студенты, которых не ждали.

Они в институте шаблоны порвали.

Не пьют, а контрольные пишут, представьте!

Чем это закончится? Делайте ставки! [*]

— Мне нравится песня! — заявил Энжей, передавая ракушку супруге. — Бодро, оптимистично, аутентично. Как-никак, до института эти земли принадлежали пиратам. Очень в их стиле получилось. Скрипач — талант, барабанщик — выше всяких похвал.

— Вы издеваетесь?! — голос Ангуса Кернана, и без того визгливо-скрипучий, дал петуха. — Эта так называемая песня — пасквиль, он всех нас оскорбляет!

Коллеги посмотрели на него удивленно — все, кроме астронома: тот еще не отошел от предыдущего визга.

— Смотрите, кто внезапно обиделся! — развеселилась Сохви Туула. — Шестикратный чемпион по буллингу в легком весе. Золотая медаль в парном троллинге с произвольными фигурными ругательствами. Да-да, мы все знаем, не скромничайте.

Этнограф из травянисто-зеленого сделался можжевеловым:

— Не путайте бескорыстный спорт и коммерцию!

— Эм-м… Господин ректор, можно забрать? Нам очень нужна эта демка, правда. Хотим отослать продюсеру… — у стола появились двое лепреконов — один на плечах другого, оба — с умильными улыбками и абсолютно невинными лицами.

— А я говор… — подскочил Ангус Кернан, дергая глазом. Ректор ласково похлопал его по спине. Этнограф рухнул обратно на стул.

— Надеюсь, в буклете будут упомянуты вдохновившие вас родные стены, — Энжей отдал "завиток" студентам. Их невинные улыбки на мгновение превратились в злорадные. Глазки стрельнули в сторону трясущегося от злости преподавателя:

— Не сомневайтесь! Всех упомянем!

— Стоять! Нарушение авторских прав! Будете свидетелями! — Пейдин О'Демпси вцепился в нижнего из братьев и повалил обоих на пол, пытаясь завладеть ракушкой. Образовалась симпатичная маленькая куча-мала, разнять которую не спешил даже йети. Все помнили, какова сила лепрекона, никому не хотелось жертвовать здоровьем. Наконец один доброволец все-таки отыскался: Лебедка, дочь Шлямбура, сына Кувалды прицелилась и выхватила из кучи подходящую ногу. Дернула на себя. С невозмутимым лицом пошла прочь, волоча Пейдина по полу. Двое других лепреконов проводили старшего брата завистливыми взглядами, но он этого не заметил. Гномка вернулась к столу, студенты за которым рвали шаблоны точно как в песне, вызывая изумление даже у здания ИБО. Никогда прежде представители восьми разных рас не собирались вместе, чтобы поесть и поболтать.

— Детка! — взвился Пейдин. — Я же для нас стараюсь! В первом куплете упомянута моя дважды недоубитая бывшая, то есть, она, — дрожащий от возмущения палец указал на Викторию. — в последнем — вся наша компания. Значит, нам причитается.

Компания ответила на гневный протест беззлобным смехом, и лишь Изабель де Ре осталась задумчивой.

— Иззи, ты в порядке? — окликнула ее Тори.

— Что? Да. В полном. Хотя от денег, признаюсь, не отказалась бы.

— Зачем, Из?! — всплеснула руками ее сестра. — Мы и так вечно копим. Откладываем каждый нум — на что?! Хоть бы раз погулять со стипендии по магазинам, не думая о завтрашнем дне.

— Расскажешь? — спросила Виктория. Изабель вздохнула, всем видом намекая, что тему лучше бы замять. Наконец сказала — скорее собственной ложке, чем собеседникам:

— Мечтаю оставить ИБО и открыть ресторан.

* * *

Хорошая реакция спасла Тори от грандиозного позора: она смогла не рассмеяться. Дочь злого духа-каннибала в роли шеф-повара — что может быть абсурднее? В следующую секунду логика загнала чувство юмора в дальний угол. Не дух, не каннибал — просто еще одна обитательница многоликого мира строила планы на будущее. Разумные планы независимой жизни, в которой было место собственному бизнесу и собственному дому.

Вечному Студенту подобное не грозило. От этой мысли Тори сделалось грустно.

Остальные студенты за столом отнеслись к словам де Ре-старшей гораздо спокойнее — все, кроме Жозефин. Выражение ее лица Виктория понять не могла. То ли Жози подумывала обнять сестру, то ли — свернуть ей шею.

— Класс! — воскликнула Сильвия. — Мне очень понравились твои пирожки. С кем они были — с чайками иди с голубями?

— Стартовый капитал уже есть? — деловито поинтересовалась Лебедка.

— Как насчет бизнес-партнера? — будь Пейдин мультяшкой, в его глазах с характерным звоном появились бы знаки доллара. Появились и тут же исчезли под тяжелым взглядом ревнивой гномки. — Полегче, детка, я чисто в деловом смысле. Могу дать ссуду…

— Нафиг ей лепреконова ссуда! — хлопнула ладонью по столу Берик. — Ей нужен пиратский клад! А мне, — второй хлопок пришелся Изабель по плечу, — нужен напарник для поисков.

Тори поежилась: пожелай орчанка в напарники ее — ползти бы ей в больничное крыло со сломанными костями. Изящная леди де Ре оказалась намного крепче человека с планеты Земля — даже не поморщилась, только вздохнула:

— Признательна, но разочарую: ничего не выйдет. Вариант с кладом я отбросила даже прежде, чем выигрыш в лотерею — еще в первый год студенчества. Это лишь местные легенды, на которые регулярно ведутся — прости, Берри — идиоты.

Атла захохотал и получил от сестры оплеуху, способную прикончить человека, да и прочим за столом подпортить здоровье. Он не остался в долгу. Пауза на драку закончилась так же быстро, как и началась, Тори даже не успела доесть второе. Никто не пытался разнять семью Хунг. Последний удар остался за Берик. Чарли вздохнул и едва заметным движением передал Сильвии монету.