Именем Горна? - Юрий Погуляй

– Я Ладомар из Двух Столпов. Направлен в ваше копье. Где командир?

Юноша робко улыбнулся, по-женски заправил прядь волос за ухо и пожал плечами:

– Сэр Шиско – это я.

Паладин с недоверием посмотрел на собеседника. Ему восемнадцати лет не будет, а уже воин Горна? Да еще и назначенный командиром копья?!

– То есть как? – вырвалось у Ладомара.

– Ну Колун сказал, что мне быть командиром. Просто никого больше не было, в копьях мест не осталось, и он сделал еще одно…

– Ты драться-то хоть умеешь? – Ладомар даже не попытался скрыть в голосе сомнение.

– Умею, – помрачнел юноша. – И изгонять тоже умею, не волнуйся, Лодомор. Если я молод, это не значит, что бесполезен.

– Я Ладомар, – терпеливо поправил его паладин.

– Если недоволен – сообщи Колуну, мне самому мало радости видеть ваши вытянувшиеся лица, – насупился Шиско и вернулся к шлифовке поножей. – Пусть назначает другого, вон хотя бы Хисъяра из Арны.

– Обида – плохой советчик. – Ладомар едва сдержал радость, что в копье будет кто-то знакомый.

– Не надо меня учить. Я не виноват, что раньше приехал! Я командир, и все. Командовать может кто угодно из вас, но перед Фередигом отвечать буду я. О его характере небось знаешь?

Колун был прост, как удар топора, и упрям, как осадное орудие. Если он дал приказ – никогда не отменит. Если принял решение – оно непоколебимо.

– Да ладно тебе, брат, сам ведь понимаешь, как я удивился, – пошел на мировую Ладомар.

– Понимаю… – не отрываясь от поножей, согласился Шиско.

– А Хисъяр где?

– В шатре спит. Коня за шатром поставь. Веревка есть, чтобы стреножить?

– Есть, – усмехнулся Ладомар.

– Соратник прибыл? – откинув полог, на белый свет вышел Хисъяр.

– Да, приветствую, брат!

– Да пребудет с тобою Горн, брат. Я Хисъяр из Арны, – осклабился старый знакомый, и Ладомар мгновенно помрачнел. Не узнал?

– Я знаю, – с трудом выдавил он на лицо улыбку. – Ладомар из Двух Столпов.

Хисъяр нахмурился:

– Что-то знакомое…

– Встречались, когда ты из Сейнара возвращался. – В душе паладина из Двух Столпов все рухнуло. Не помнит… «Что-то знакомое»…

– Да? – прищурился рыцарь из Арны. – А… Это по твоей наводке меня к Трем Границам отправили?

– Наверное, да. – Ладомар повел коня за шатер.

– Представь себе, там в каждом гарнизоне усмийпы нашлись. Причем солдаты говорили, что кто-то из наших уже был и тоже находил. Я немедленно доложил начальству – сейчас в Ордене такая буча происходит. Вон если даже тут наших больше четырех десятков наберется. Великая Война, братья, дожили.

Ладомар молча привязал коня к молодой березе и, выудив из сумки веревку, стреножил жеребца. В душе было горько от обиды. Возможно, детской, возможно, глупой, но так горько. Что паладин оставит после себя? Имя забудут через день, а его самого – через два?

Зачем тогда вообще жить?!

– Обида – плохой советчик, – буркнул себе под нос Ладомар. А жить надо. Хотя бы ради надежды увидеть Элинду.

Хотя Она наверняка забыла его так же, как и все остальные.

– Кто командовать будет? – задал важный для себя вопрос Шиско, едва паладин из Двух Столпов вернулся к костру.

– Я не буду, – сразу же отказался Ладомар. – Вон пусть Хисъяр приказывает.

– Хорошо, – невозмутимо согласился рыцарь из Арны. – Копье, слушай мою команду! Объявляется отдых.

Шиско хихикнул, по-прежнему надраивая свой до-спех.

– Сколько копий собралось? – хмуро поинтересовался Ладомар.

– Десяток-другой наберется, вчера из Халдин отряд пришел, – пожал плечами Хисъяр. – На нас делают большую ставку, как я слышал. Среди мереанцев прорва усмийцев. Так что раскидают по всей линии наступления. Поэтому командир, не командир – это все такие глупости.

– А когда в бой? – тихо спросил Шиско.

Ладомар посмотрел на юношу и понял, что тот боится. Отчего-то сразу захотелось его приободрить.

– Если этот бой вообще будет, – хмыкнул он. – Сдаст король Кроней – и будем на юг уходить, в Халдию.

– Не сдаст. – Хисъяр наклонился над костром, помешивая угли. – Молодой, горячий. Правильный. Так что потягаемся с усмийским отродьем. Для того Горну и служим.

– Шиско, а как тебе удалось в таком возрасте паладином стать? – Ладомар внимательно посмотрел на юношу. Тот неожиданно покраснел и прекратил шлифовку поножей.

– Я с детства мечтал быть воином Небесного, – тихо произнес он. Бравада, норов как-то слетели с молодого рыцаря, едва Хисъяр и паладин из Двух Столпов заговорили с ним как с равным.

– Девчонка небось приглянулась какая? – хитро поинтересовался рыцарь из Арны. Шиско еще больше залился краской. – Понятно… По моим наблюдениям, большая часть воинов Небесного Горна вошли в Орден из-за женщин.

Ладомар многозначительно хмыкнул. Забавные наблюдения…

– А ты, Хисъяр? – робко спросил Шиско.

– Я? Я по вере пошел…

– Все по вере. – Ладомар почувствовал прилив раздражения. – Без веры пламя Горна спалило бы во время церемонии приема и все.

– Да нет, не в этом смысле. Людям надо помогать. Если протянешь руку помощи, то в будущем и он кому-нибудь да поможет. Моего отца спас от разбойников паладин Небесного Горна. С тех пор батя так изменился… Если до этого и мать нет-нет да бил, в драки лез напропалую, а после того случая… У него внутри будто что-то зажглось, свет добрый какой-то.

– Правда? – удивился Шиско.

– Правда, – улыбнулся ему Хисъяр. – А потом его зарезали усмийцы.

Ладомар прищурился:

– С чего ты так решил, что именно они?

– Обоих стража взяла, а потом их проезжий паладин спалил.

Паладина из Двух Столпов ожег возмущенный взгляд Шиско.

– Извини, – выдавил из себя Ладомар. Человек болью делился, а он в сомнения кинулся…

– Да ладно, не со зла же. Иначе все вокруг бы уже звенело, а ты бы корчился на земле, ожидая своей смерти, – хохотнул Хисъяр. – Ох, чую, скоро мы насмотримся на это зрелище…

Он не ошибся.

Пересекли ли они границу с Кронеем или нет, Эйдор не знал. Дорог и деревень приятели сторонились, шли через лес, пробираясь звериными тропами или же просто напролом. Компас уверенно вел путников на северо-запад, и причин ему не верить не было. Он всего лишь вещь, которой нет нужды врать и которая покажет все как есть без задних мыслей.