Муж моей сестры - Саша Ким

— У моего сердца растут крылья... — принялась я тихо подпевать. — Фантастический, это ты...

Закончив, я тихо засмеялась:

— Теперь я знаю, что эта песня про тебя.

Роберт почему-то молчал. Я ощущала его глубокое дыхание на своей шее. И это начало меня убаюкивать.

— Я точно знаю, что ты не мог уснуть, — пробормотала я. — Тогда почему молчишь?

— Ты говорила, — начал он тихо, — снег и джаз идеальное сочетание?

Я утвердительно промычала в ответ, не в силах бороться с одолевающим сном. Роберт снова замолчал. Я почувствовала, как его плечо под моей головой напряглось. Тяжелая ладонь легла на мою голову и стала неторопливо поглаживать мои волосы.

— Секс и джаз — вот, что поистине идеально. И скоро я тебе это докажу.

РОБЕРТ

Стараясь не разбудить Элис, я осторожно высвободил свою руки у неё из-под головы и сел на край кровати. Взял с комода телефон и быстро отыскал номер Риты. Теперь не займёт много времени найти ее.

Может я сошёл с ума из-за этих девчонок. Но, кажется, я наконец все понял. Нашёл разумное объяснение всему, что происходило в моем доме. Но для того, чтобы окончательно расставить все точки над i, мне нужна Рита. Слишком уж много вопросов у меня к ней появилось всего за одну ночь.

Отправив номер бывшей жены одному хорошему знакомому, я повернулся к Элис. Погладил золотистые пряди, убрал с глаз непослушную челку, и, склонившись, поцеловал спящую девушку.

— Я скоро вернусь, — прошептал я.

Поднялся, и принялся натягивать брюки. Вовремя вспомнив, что в этот раз подготовился к приходу в дом Элис, выудил из кармана аквамариновое ожерелье, и осторожно положил его под подушку. Напялил рубашку, не отрывая глаз от лица, серебрящегося в лучах раннего солнца. Наконец тяжело вздохнул и вышел в окно.

Уже к обеду я подъехал к старенькому домику в пригороде. Выйдя из машины, направился к воротам. Я решил не прибегать к помощи Сокола, чтобы заведомо не напугать Риту больше, чем то необходимо. Пройдя небольшой дворик, я без стука вошёл в дом.

— Ну здравствуй, дорогая.

Рита оцепенела. В ее глазах мелькал ужас. Признаться, мне даже стало ее немного жаль.

— Успокойся. Я оставлю тебя в покое, как только получу ответы. Беременным противопоказано волноваться.

— Я не отдам вам ребёнка!

— Если он мой, то у тебя нет выбора, — спокойно ответил я. — Я уже говорил, ни один Архонт не оставит своего наследника. Ты хоть знаешь, что такое растить полукровку?

Был бы я честен, признал бы, что и сам не знаю. Я-то и с человеческими детёнышами никогда дел не имел. Однако я знаю, что дети Архонтов могут обладать силами с рождения. В таком случае ребёнку не помешает наставник. Да и решать случайно натворенные полукровкой проблемы кому-то надо...

Рита продолжала взирать на меня с ужасом. В ее глазах мелькала очевидная дилемма, словно она прямо сейчас пыталась решить сложнейшую задачу.

— Он... не ваш! — наконец выдала она то, что я хотел услышать.

Нетерпеливо теребя на запястье запонки, однако стараясь сохранять внешнее самообладание, я неторопливо двинулся в сторону Риты:

— Ты так уверена... — равнодушно проговорил я, — все потому что между нами ведь никогда ничего не было, верно?

Я поднял взгляд на свою бывшую жену и успел заметить, как округлились ее глаза. Она тут же попыталась взять себя в руки:

— К-как это не было, мы ведь были женаты...

— Одно лицо. Один голос. Да только содержание разное. И даже запах... Вы мастерски обвели меня вокруг пальца. Я и подумать не мог, что способен попасться на подобную уловку. И, признаться в силу бесчувственности мог бы долго оставаться глупцом. Вот только в дело вмешались эмоции. Ее чувства отличаются от твоих. Как и те чувства, которые я испытываю к ней, в отличие от тех, что испытываю к тебе. Если бы это не сводило меня с ума, я бы даже не подумал, что в моем браке есть подвох.

— Не понимаю о чем вы, — продолжала упираться Рита.

Я видел, как ее трясёт, но должен был выяснить все до последней точки. Резко подавшись вперёд, я поймал Риту в объятия. Она попыталась отстраниться, но я пресёк это, положив ладонь на ее затылок. Зелёные глаза глядели с неподдельным страхом. Ее чувства вдоволь подтверждали это. Я потянулся к ее губам, наблюдая, как расширяются глаза, казавшиеся такими родными.

— Я ведь даже никогда не целовал тебя, — выдохнул я в ее приоткрытый рот. — Каждый раз это была твоя сестра.

— Элис тут не при чем!

— Я же чувствую, что ты лжёшь, — я немного отстранился, закатывая глаза. — Хотя откуда тебе знать. Ведь открылся я тоже ей. И приняла меня таким, какой я есть тоже только Элис.

— Она знает? И... что значит приняла?

— Понятия не имею, почему ты решила бояться меня, Рита. Вроде я не сделал тебе ничего плохого. С другой стороны, похоже, я совершенно не знаю тебя. Ведь все это время рядом со мной была Элис, которую я, по глупости принимал за тебя!

— Она не боится? — непонимающе спросила Рита.

— Не боится. Ее терзают другие переживания, с которыми я ещё не успел разобраться. Потому что тратил драгоценное время на тебя. Но больше не стану. Теперь я припоминаю... ночи, когда ты приходила ко мне. Я ведь ни разу не принял тебя. Страж не позволил, — я усмехнулся, сделав столь удивительное открытие. — Потому что Источник может быть только один. И им никогда не была ты.

— Что теперь? Убьете меня? — прошипела девушка.

— За кого ты меня принимаешь, Рита? Я не стану трогать тебя. Я лишь пришёл убедиться в своих догадках. И сообщить, что больше нас ничего не связывает. Брак расторгнут. Ребёнок, если он вообще есть — не мой. И ты точно никогда не была моим Источником. Теперь я понял, что все это время пытался увидеть чужую женщину в той, которую люблю.

— Любите? — нахмурилась Рита, глотая слёзы. — Разве подобный вам, способен на любовь?

— Я сам был удивлён. Можешь не верить. Но я готов ради неё на все. Именно поэтому, и только по причине того, что ты ее сестра, тебе ничего не будет за чудовищную ложь.

— А ей? — не успокаивалась Рита.

— Ты меня вообще слышишь?! — не выдержав, рявкнул я. — Я люблю твою сестру! Готов жизнь за неё отдать! Неужели ты думаешь, что при таком раскладе я стал бы ей вредить?

Рита смотрела на меня непонимающе.

— Не глупи и возвращайся домой. Она волнуется, — подытожил я.

В ее глазах читался протест. Значит, все ещё не верит, что я оставлю ее в покое. Я достал кошелёк, полный налички и кинул его на кровать.

— Эээто ещё зачем? — дрожащим голосом спросила сестра Элис.

— Хочу, чтобы она была счастлива. А ты — составляющая ее счастья. Раз не собираешься возвращаться, то хоть найди дом получше. Не забывай хорошо есть. Это нужно племяннику моей Элис.