Принцесса для психолога - Татьяна Матуш

- Будем, - вздохнул Руслан.

Язык княжества давался ему с трудом, уж очень не похожими оказались принципы строения слов: впереди корень, а сзади столько всяких морфем, что порой одно слово с успехом заменяло целое предложение. Но в свое время он умудрился выучить четыре филиппинских диалекта, а понимал с пятого на десятое практически все. Между прочим, их там полторы сотни... Так что задача была, в принципе, подъемной.

- До сих пор не верю, что ты едешь со мной. Ты же должен ненавидеть меня, - с недоумением сказал Нари.

- Кому я должен - всем прощаю.

Принц бесшумно и стремительно, как недавно в бою, развернулся на носках и уставился на Руслана темными, подозрительными глазами:

- Ты близко знаком с Императором-Оборотнем?

- Один раз видел на официальном приеме, - честно ответил Руслан, - они с супругой прошли мимо и на этом знакомство закончилось. А почему ты спросил?

- Потому что это его любимое выражение. Он им на оба континента прославился. Если бы у Дженга уже не было девиза, его бы и выбили на щите Рамера Девятого.

- Какой правильный парень, - рассмеялся Руслан. - Ну, выражение-то известное. И не только императорам.

Парус над головой, висящий тряпкой, вдруг поймал ветер и выгнулся дугой. Снасти загудели, а весла взметнулись вверх и посыпались на палубу. Через мгновение "Селедку" качнуло так, что Руслан с размаху шлепнулся на палубу и только чудом не расшибся. Принц устоял.

Небо стремительно темнело с востока. Ощутимо похолодало. Вода из серебряной и легкой сделалась стальной и даже на вид неприветливой.

Вернув себе вертикальное положение и придерживаясь рукой за борт, Руслан посмотрел туда, где сгущались тяжелые серые тучи. И честно признал, что ему не по себе. Море выгибалось горбом - даже издалека это выглядело опасно.

Но, может быть, он слишком мнителен? Ведь моряки, наверняка, раз сто попадали в такие передряги. Или нет?

Все, что творилось на "Селедке" в следующие несколько минут, было здорово похоже на хорошо и глубоко спрятанную панику. "Морские волки" спешно снимали и скатывали парус, привязывали все, что можно было привязать, проверяли, насколько крепко закрыты трюмы и каюты... словом, изображали полезную деятельность и суровую компетентность. Вот только поменьше бы страха в глазах.

Улучив момент, Руслан спросил пожилого Дегни:

- Что происходит?

- На нас идет шторм, - охотно ответил он. Похоже, моряк был из тех, кому близкая опасность развязывает языки. Удачно!

- Это настолько серьезно? Мне показалось, что "Селедка" - довольно крепкий корабль, да и вы не в первый раз вышли в море.

- Все так, - кивнул матрос, - только судьба весельных галер вовсе не в том, чтобы подставлять себя штормам. Нам нужно спокойное море.

- Тогда зачем?..

Руслан недоговорил, но Дегни его понял:

- Для штормов сейчас не сезон. Да и не было никогда возле побережья Реарна таких волн. Сколько лет хожу - первый раз вижу.

Погода портилась стремительно. Ухудшилась видимость так, что в нескольких метрах за бортом было уже не разглядеть ни неба, ни воды. Руслан немедленно промок до исподнего. В воздухе висело нечто: то ли дождь такой, который хлещет и сверху, и со всех боков разом, то ли просто брызги вперемешку с морской пеной.

Оглушительный грохот волн похоронил все надежды, на продолжение приятной и познавательной беседы.

Дегни сунул ему толстую, разлохмаченную на конце веревку и показал знаками, что нужно привязаться к скамье.

Моряки сняли мачту и попытались с помощью огромного рулевого весла повернуть корму к ветру. Получалось плохо... "Селедку" мотало, как пробку - пенные гребни плескались  вровень с бортами, иногда перехлестывая через них. Понятно теперь, почему здоровенные черпаки с длинными ручками были прикручены к палубе цепями... только непонятно - ими что, реально собирались вычерпать море?

Руслан напряг память и попробовал определить класс шторма по шкале Бофорта, ориентируясь на высоту волн. Выходило баллов пять. Не ураган... но для деревянного суденышка водоизмещением чуть больше тазика хватит с головой.

Почему же капитан, увидев грозовые тучи, не поспешил к берегу? Был убежден, что опасности нет, потому что в это время года и в этих водах ее никогда не бывало. Хреновая защита, вообще-то.

Тем временем еще больше стемнело. Ветер усилился, усилилась и болтанка. От качки и крена "Селедки" ощущения были непередаваемые: вот ты почти лежишь на спине, и, спустя мгновение, оказываешься перевернут к горизонту носом, словно кот, взятый за шкирку.

Волны были короткими - на тех широтах, где Руслану в молодости довелось так же встрять, от волны до волны можно было чашку чая выдуть, а тут мотало непрерывно и жестоко. Хорошо еще, что про морскую болезнь психолог знал, разве, в теории... А из практики - пара часов таких качеле

Волны били в борта и заливали палубу. Руслана колотила крупная дрожь и даже он сам не мог сказать: страх это был или тривиальный холод. Сколько это длилось? Черт его знает... Вечность, может, чуть меньше.

Принц, привязанный рядом, кажется, молился. В какой-то момент завеса облаков словно слегка раздвинулась, мелькнула белая молния и из бури, прямо на плечо Нари свалилась потрепанная морская чайка - огромная и сильная птица с встопорщенными перьями и совершенно безумными, стеклянными глазами.

Откуда она взялась? Затянуло в шторм? Принц вцепился в чайку, как голый в свечку, заговорил быстро - некоторые слова и устойчивые обороты Руслан уже разбирал, но рычание моря заглушало все звуки, кроме собственной жуткой песни.

А мальчишка вдруг взял - и сунул чайку за пазуху... Но разве это не опасно? Клюв-то у нее ого-го какой, да и когти не хуже. А чайка то ли обалдела от шторма, то ли и сама была не прочь спрятать бедовую голову кому-нибудь подмышку. Словом, крови не случилось и через пять минут Руслан забыл про птицу. Не до нее было.

...В какой-то момент показалось, что качать стало меньше. Неужели все обошлось и они живы? Или ему помстилось, что шторм так суров и опасен - просто у страха глаза велики?