Битва Ведьмака - Джозеф Дилейни

— Нет, Джеймс. Я беспокоюсь, вот и все. Теперь местные ведьмы знают, где мы живем. И наши счеты далеко не закончены. Может, никогда не будут закончены. Меньше всего хотелось бы видеть, как страдает еще один мой брат.

— В конце концов, это мамина воля. Значит, так тому и быть. Думаю, время, которое она имела в виду, уже настало, и, если угроза действительно серьезная, я должен помочь брату и его семье. К тому же Джек наверняка не сразу придет в норму. Мой долг — быть с ними. Так уж я устроен.

Я улыбнулся. Я знал, что такое долг, и понимал брата.

Джеймс кивнул на мамин сундук.

— Что в нем? Стоит оно этих бед?

— Думаю, да, Джеймс. Там история маминой жизни, но понадобится время, чтобы во всем разобраться. И возможно, тут скрыто нечто очень могущественное — то, что пригодится нам в борьбе с тьмой. В основном здесь книги; некоторые похожи на дневники. Видимо, она с самого детства записывала все, что с ней происходило. Ну, еще тут деньги. Хочешь взглянуть?

— Да, пожалуйста, Том, очень хочу.

Я поднял крышку, взял мешок, развязал тесьму и вынул горсть гиней.

— Том, да тут целое состояние! — потрясенно воскликнул Джеймс. — И все эти годы монеты просто лежали в доме?

— Наверное. И вон в тех двух мешках то же самое. Нужно разделить деньги на семерых — они принадлежат всем сыновьям, не только мне. На свою долю ты сможешь купить кузницу и неплохо сводить концы с концами, пока не начнешь зарабатывать.

Джеймс покачал головой.

— Очень великодушно с твоей стороны, Том, но мама сама раздала бы всем поровну, если бы хотела. Нет, мешки лежат в сундуке вместе с другими вещами, пригодными в твоем ремесле, значит, деньги тебе могут понадобиться для чего-то более важного.

Эта мысль не приходила мне в голову, а ведь мама ничего не делала без причины. Да, есть над чем поразмыслить.

Между тем Джеймс взял самую большую книгу, ту самую, которая еще раньше привлекла мое внимание, и открыл ее на первых страницах.

— Что это? — недоуменно спросил он. — Вроде бы мамин почерк, но я ни словечка не понимаю. На чужом языке?

— На мамином языке, греческом.

— A-а… Ну конечно, Том, как я не сообразил? Но тебя-то она учила ему. А меня нет. Интересно, почему? — На мгновение он погрустнел, но потом лицо снова прояснилось. — Знаешь, в чем тут дело? В твоем ремесле. Она ничего не делала просто так, и всегда получалось к лучшему. Может, прочтешь немного? Всего несколько слов.

Он протянул мне книгу, открытую на первой попавшейся странице. Я быстро проглядел текст.

— Джеймс, это мамин дневник, — сказал я и прочел то, что было написано сверху, в переводе конечно.

Вчера я родила прекрасного здорового сына. Мы назовем его Джеймсом. Славное имя, и к тому же его выбрал отец. Но у меня есть для мальчика собственное тайное имя — Гефест; так звали бога огня, покровителя кузнечного ремесла. Я вижу свет в глазах сына, как вижу молот в его руке. Никогда я не была так счастлива. Хотелось бы всегда быть матерью, окруженной маленькими детьми. Грустно, что они должны вырасти и исполнить предначертанное.

Я остановился; мы с братом потрясенно смотрели друг на друга.

— И я стал кузнецом! — воскликнул он. — Получается, она с самого рождения вела меня к этому ремеслу.

— Может, так оно и было, Джеймс. Договаривался о твоем обучении папа, но, наверное, не без маминого ведома. По крайней мере, со мной происходило именно так.

Был еще один момент, о котором я не стал упоминать, хотя, возможно, со временем Джеймс осознает сам, что он не случайно открыл книгу точно на той странице, где говорилось о его рождении. Как будто мама потянулась к нам издалека и заставила его выбрать именно это место. А ведь еще раньше дневник привлек мое внимание, и из него выпало письмо с очень важным сообщением.

Если я прав, можно лишь поражаться могуществу мамы. По ее воле ведьмы не смогли открыть сундуки, и теперь те были в наших руках под защитой ее сестер-ламий. Эта мысль прибавила мне оптимизма. Впереди, несомненно, страшные опасности, но если за спиной такая мама и на нашей стороне Ведьмак, может, все еще образуется.