Любимая адептка Его величества - Яся Недотрога

– Мррмярву, – прозвучало злобненько. Но кот спрыгнул на пол и сделал несколько слишком уж бодрых шагов по направлению ко мне.

В гостиной имелся не только стол с креслами, но и небольшой шкафчик со скромным набором посуды. Я позаимствовала блюдце, чтобы выложить в него колбаски. А в миску, похожую на салатницу, щедро налила воды.

А наблюдая за котиком поняла, что Жрец он не только по имени, но и по жизни! Просто он не ел, а именно жрал! Жадно, с чавканьем и урчанием.

– Слушай, зачем ты всё-таки ко мне пришёл? – не выдержав, повторила уже звучавший вопрос, но кошак опять не ответил.

Только у меня по-прежнему оставалось ощущение, что объясниться он способен. Не словами, но жестами или мимикой, или чем ещё.

– Остаёшься до завтра, – буркнула я. – Потом Филиния тебя заберёт.

И вот, говорю же, что Жрец способен к общению! Кот посмотрел насмешливо!

Жёлтые глаза презрительно сузились и «его величество» продолжили трапезу. А я подумала и решила не раздражаться. Вот не раздражаться, и всё.

Следующий час я посвятила распаковке чемоданов, раскладыванию вещей и попытке понять, в чём идти на нелегальное приключение.

Мужской стиль в одежде женщин здесь не приветствовали, но пара брючных костюмов у меня всё-таки была.

Предполагалось, что это прилично только для верховой езды, но я комплексовать не стала. Более того, меня куда больше беспокоила возможность выйти из общаги ночью, а потом незаметно вернуться. При заселении никакого свода правил мне не дали, и я понятия не имела существует ли он вообще.

Спросить тоже было не у кого – в итоге, пришлось закусывать губу и рискновать.

Когда я выскользнула из комнаты, за окнами царила тьма. Общее освещение в общаге тоже уже приглушили, как бы намекая, что приличные девушки ночами не шляются, а мирно спят.

Сначала, когда пробиралась по преподавательскому этажу, так и думала – мол, все уже отдыхают, одна я неправильная. Но, когда начала спускаться по лестнице, в районе третьего этажа до меня долетели звуки смеха, затем послышался бубнёж неразличимых громких разговоров.

На первом же этаже я нос к носу столкнулась с компанией из трёх девиц. Все они были при макияже и в лёгких плащах, а на закутанную в плащ по брови меня посмотрели с удивлением.

Они ничего не сказали, я тоже промолчала, но небольшой совершенно пустой холл мы миновали вместе. А выйдя на улицу расстались – девицы шмыгнули в одну сторону, а я ринулась к ближайшим кустам.

Темнота была густой, тонкий серп луны то и дело закрывали тучи. Но я решила подстраховаться, поэтому шла не по дорожкам парка, а мелкими перебежками и в обход.

В одном из укромных парковых уголков наткнулась на увлечённую поцелуями парочку, потом ночной куст напугал до одури – из листвы с криком вылетела какая-то сумасшедшая птица.

Когда добралась до памятника Дитаврии, луну в очередной раз заволокло тучами, и создалось ощущение смоляной бочки. Но это не помешало заметить трущегося в отдалении парня. К нему я и направилась.

Крадучись подошла почти вплотную и позвала шёпотом:

– Джим, привет.

Резкий разворот, шаг навстречу, захват, и я оказалась в крепких объятиях.

– А! – мой сдавленный писк.

– Привет, красавица. Только я не Джим.

Секунда острой паники, но тут луна опять проявилась, и я увидела лицо – слишком добродушное, чтобы быть опасным.

– Ты кто? – спросил незнакомец, притиснув сильнее.

– Марго. А ты?

– А я Псих! – радостно сообщил он.

Тут я всё-таки поперхнулась. Как-как?

– Псих, – верно истолковал этот кашель парень. – Прозвище такое.

Наличие в этом пафосном ВУЗе прозвищ в голове не укладывалось. Но одновременно было таким знакомым и родным!

– А ты Псих какой? Тихий или буйный? – я как могла отодвинулась, но улыбки не сдержала.

Снова проблеск луны, и парень заметил. Улыбнувшись в ответ, отпустил.

– По обстоятельствам, – сказал он, отвешивая церемонный поклон. – Как повезёт.