Рус. Точка отсчета - Вадим Крабов

- Впервые вижу маленького Этруска, но это полбеды. Впервые вижу Этруска, который совершенно не умеет драться! Ты где воспитывался, сынок?

- Секрет, - хмуро ответил Чик, - ты мне зубы не заговаривай, а учи. Андрей, ты согласен поселиться в этом пансионе?

- За твой счет - всегда! - но согласился бы и за свой.

Как он раньше не знал о таком чудном месте? Цена на полном довольствии всего драхма в день, а как кормят и следят за чистотой, уже убедился. Свободные комнаты наличествовали.

- Хм, - хмыкнул гладиатор и задумался.

- Задатки есть, пожалуй, возьмусь, но в контракте пятьдесят на пятьдесят, не меньше и не вздумай торговаться.

- Десять на девяносто, - не согласился Чик.

- Чего!? - возмутился Леон, - за это вон, пусть тебя Андрей учит!

- Я согласен, - мгновенно встрял студент.

- Двадцать на восемьдесят.

Гладиатор шумно задышал и выдал:

- Дарки с тобой, сорок на шестьдесят и точка.

- Тридцать на семьдесят и по рукам. С меня выпивка.

- Хых! Решил меня вином купить!? - Леон чуть не брызгал слюной, - тридцать пять на шестьдесят пять - последнее слово! Иначе убирайся отсюда!

- Согласен! - глупая торговля еще только предполагаемым контрактом бальзамом растеклась по сердцу. Соскучился по дому. Но Чик быстро согнал грустинку.

Леон, со словами "впервые вижу Этруска - купца" пожал ему руку. На что Чик резонно возразил:

- А сколько всего ты нас видел?

- За всю жизнь - двоих и оба были гладиаторами, - где, когда, живы ли до сих пор - не уточнил.

Вернулись в комнату Леона и, наконец, наелись до отвала. Один Андрей просто клевал ложкой туда-сюда. Он наелся до "показа умений", ему двигаться было без надобности, полный желудок - не помеха.

Опытный воин быстро определил, что юркому Чику идеально подойдут парные мечи наподобие каганских. Короткие, узкие, слегка изогнутые, носимые за спиной. Так называемые "близнецы", левый и правый. Была у него пара таких. Правда, дрянного качества, но для постоянного ношения в самый раз. А это необходимо для привычки, чтоб руки сами на рукояти ложились и выхватывались мгновенно, не путаясь в перевязи.

Воины всего мира мечтали обладать настоящим Альганским или Каганским оружием, но мечи ржавели в чужих руках. Как ни ухаживай - бесполезно. И, естественно, теряли Знаки. У Каганов-рабов Знаки уже пропадали, а были они такими, что рубили и щиты и кирасы и кольчуги, зато качество стали в их руках сохранялось, и было бесподобным.

Распорядок дня у "вдовы Галатеи" сложился такой: подъем в первую утреннюю четверть, тренировка. Легкий завтрак - тренировка. Обед, небольшой перекур - тренировка до ужина. Еда - сон. Чик уматывался до нельзя и первое время проваливался в спасительное забытье, едва коснувшись постели. Потом втянулся, стало полегче и немножко разнообразней в личной жизни: по ночам в кровати стала появляться горячая служанка пансиона вдовы Галатеи.

Он постоянно с благодарностью поминал Тифона: какой он молодец, что приказал последить за каганом! Конечно, атакующих и оборонительных связок тот в веселом представлении не показал, но движения! Теперь он в точности вспоминал те шаги, повороты, смещения, действия руками-ногами и главное - движения как бы сами встраивались в тело. Боевые связки для парных мечей, которые показывал Леон, казались ученическими и запоминались легко, почти с первого раза. Впрочем, не забывали и щит с мечом, и с ним натренировался изрядно. Это были совершенно другие приемы, не те, что против зверей.

Для Чика главное было захотеть и всей душой поверить, и тогда получалось все. Он захотел стать гладиатором, точнее воином, и поверил, абсолютно уверился, что станет лучшим. Обучение пошло с немыслимой скоростью. Впрочем, ему казалось, что так и должно быть.

Больше он в себе не разбирался - некогда. Да и не было новых "вводных". Духи, оставленные Френомом, пока явно не проявлялись.

Леон постоянно ругал ученика. Ругал и за дело, и, боясь сглазить. Он не являлся великим мастером парных мечей, потому передал все, что знал всего за месяц и еще месяц потратил на короткий меч с круглым щитом. Внутренне был очень доволен успехами Чика, поражен темпом обучения, но вида не подавал. Иногда ему казалось, что перед ним Каган, и тогда он отводил взор с ученика и ругал его мысленно самыми грязными ругательствами. Чтобы боги не позавидовали его радости и не отобрали. Глупое простонародное суеверие, но поделать с собой ничего не мог.

- Русчик! - услышал Чик бас Леона. Только-только рассвело, чего орать? Леон называл его только так. Ни разу не перешел на "Чика".

На его груди, раскидав пышные волосы, спала Орифия. Та самая юркая служанка в голубой тунике. Она была рабыней Галатеи. Без ошейника, они в принципе большая редкость, просто юридически принадлежала хозяйке, о чем была запись в магической метке. Метку Чик чувствовал, как ток воды сквозь глаза и при желании мог бы различить буквы, но… лень. И так уставал с тренировками, да и Андрею пришлось бы признаваться. За шесть декад, он привык к своей чувствительности, больше неприятных ощущений от неё не испытывал.

Осторожно убрал голову служанки и поднялся с постели. Через пять минут Орифия сама подскочит, как ужаленная и понесется работать по дому. На ней уборка и обслуживание постояльцев. Нет, не о чем вы подумали, наоборот, вдова Галатея заранее всех предупреждала: "Персонал не лапать!" и персоналу наказывала то же самое. Если узнает о Чике - посинеет задница Орифии. Хотя… пансион небольшой, вряд ли что проходит мимо неё, знает.

- Чего орешь, - зашептал в окно.

- Собирайся, через четверть поедем в алию Деместоса. Будет решаться твоя судьба.

Чего скрывать и Леона тоже. Забросил он комивояжерство Хранящих, назад не возьмут. Пока всех кормил Чик. Вернее Русчик, как называл его Леон, но потом… гладиатор очень надеялся, что и потом это останется без изменения.

Алия Деместоса находилась в здании мини-цирка. Круглое пятиэтажное строение с пятью аренами и минимумом зрительских мест. Зато было много оружеек, клеток с животными и тренировочных залов со всем необходимым, в том числе "болванами" - механическими "големами". Как ни старались ордена, но не получалось создать магического аналога с похожей скоростью движений.

Деместос не играл сильно занятого бизнесмена, после доклада дежурного вышел лично:

- Приветствую, Леон, да хранят тебя боги! - маленький, худой, лохматый он никогда не был гладиатором, заведение получил в наследство.

- Приветствую тебя, Деместос, да не оставят они своим вниманием и тебя! - ответил Леон и началось: сколько лет-зим, как дела, здоровье и так далее. Присесть гостям хозяин не предложил, так и стояли в просторном холле. О Чике речь пока не заходила, но он ловил частые оценивающие взгляды маленького начальника. Чик стоял гордо, как истинный Этруск, проговорив приветствие сквозь зубы.