Волчья сотня - Дмитрий Даль

Шли осторожно. Старались лишний шум не поднимать. Хорошо что снег мокрый, не скрипит, а то такой скрипучий отряд было бы слышно издалека. Правда, Шустрик сказал, что и на этот вариант хитрость особая есть. При случае, мол, покажу. Серега надеялся, что случай такой представится не скоро.

Было решено разделиться на три отряда и войти в деревню с разных сторон. Отряду Карима было поручено устранение дозорных и зачистка южного края. Хмурый Карим пообещал все сделать в лучшем виде. Серега не сомневался в его силах. Судя по бешеным искрам, плясавшим в глазах, ни один упаурык этой ночью живым из деревни не выйдет. Даже если в снег зароется да попробует туннель прорыть на другую сторону планеты, все равно Карим его за причинное место выдернет, да потом сразу и отрежет.

Еще в той первой мертвой деревне на Карима смотреть было больно. Когда он увидел, что вытворяли с мирными жителями упаурыки, побледнел, весь подобрался, словно гепард перед прыжком на добычу, да обозлился не на шутку. Поэтому Серега его с собой и взял. Знал же, что если оставит с Дориным, Карим ему этого не простит. На начальство с ножом не полезет, но обидится жутко.

Второму отряду было поручено проделать схожую работу с северной стороны деревни.

На себя Серега взял конюшню. Вырезать дозорных дело плевое, а вот сделать это так, чтобы не напугать лошадей, и они своим ржанием не разбудили бы дикарей, задача посложнее. Правда, тут Лех Шустрик вызвался помочь. Кому как не вору знать, как незаметно войти и выйти из дома. В этом деле ему равных не было, а лошади не помеха. Если к ним подход знать, то они и волноваться не будут.

После того как окраины будут зачищены, три отряда должны были встретиться в центре деревни возле дома старосты, где и должна была начаться главная потеха. Относительно того, как поступить с шикбеком, командиром отряда, и солдатами, засевшими в главной избе, мнения разделились. Лодий выступал за незаметное, тихое умертвление. Он попросил дать ему полтора часа на подготовку, и он сможет изготовить дымные растворы из подручных средств, которыми, словно гранатами, можно закидать дом. Из него уже никто никогда не выйдет. Ядовитый дым уничтожит врагов тихо и незаметно для окружающих. Но умрут они в страшных мучениях. Легкие будут заживо разлагаться.

План безусловно хорош. Сереге он понравился. Можно было провернуть всю операцию с минимальными потерями. Он уже готов был согласиться с Лодием и отрядить ему в помощь на сбор подручных средств пару бойцов, когда Карим встал на дыбы. Он с яростью возражал против предложения Лодия.

– Где это видано, чтобы паскуд травить, как тараканов! Они убийцы, и мы должны умыть свои руки в их крови! Лично отомстить за каждого убитого ими ребенка и женщину, старика и мужика! Они должны за все заплатить!

Каримом двигало чувство мести, и это было понятно. Он не отступит и будет стоять на своем. Ему главное не результат, а процесс. Пока он не расквитается с упаурыками и не уймет огонь ненависти в своей душе, не успокоится. Тут два выхода из положения: либо он сам справится с огнем и потушит его, либо пламя выжжет его изнутри.

Споры возобновились. Карим предлагал взять главную избу штурмом и вырезать каждого упаурыка. Все равно дело ночное, многие спят. В сумятице не смогут сразу сообразить, что к чему, так что половина дикарей полягут с голыми задами, никому не причинив вред.

Вихрь разозлился на Карима и шумно ему возражал. Говорил, что Карим никогда не воевал с упаурыками, а отсиживался в своих лесах да грабил крестьян, поэтому ему невдомек, что упаурыков нельзя застать врасплох. И если их разозлить, то каждый будет сражаться за десятерых.

Карим тоже в долгу не остался. Напомнил Вихрю, что тот во время войны с упаурыками тоже на передовой свою задницу не светил, а по лесам шастал с луком и стрелами в поисках кабанчиков. Так что лучше бы он заткнулся и не путался под ногами.

Серега оборвал их ссору резким криком. Тоже нашли место для выяснения отношений. Он также напомнил, что в деревне замечен магик. И при лобовом столкновении магик может преподнести немало неприятных сюрпризов. Так что на рожон лезть нельзя, но и травить врага, как крыс, тоже. Он, как и Карим, желает отомстить за вырезанные деревни и мечтает лично вырвать сердце у шикбека. К тому же упаурыки убеждены, что преследователи мертвы, соответственно у них имеется маленькая фора и ей нужно воспользоваться.

Тогда в разговор вступил Лех Шустрик. Он сделал предложение, от которого никто не смог отказаться. Он предложил схему, в которой и овцы целы и волки сыты. Тотчас в лес были отправлены несколько человек на поиски сухостоя, из которого были сплетены с десяток вязанок. Каждый отряд взял запас розжига с собой. Было решено обложить главную избу и подпалить ее со всех концов, но двери оставить открытыми. Изба загорится. Кто задохнется от дыма внутри, кто ломанется на выход. Тут их в мечи и встретят волчьи солдаты. Все будут довольны, а враг уничтожен.

Одного только опасался Серега – встречи с магиком. Что от него ждать? Какой сюрприз он приготовил? Одинцов не надеялся, что магик угорит в избе. Он был уверен, что так просто от него не отделается. Стало быть, предстоит бой и явно неравный. Тут остается молить богов и уповать на удачу. В конце концов, он даже из схватки с фартерами сумел выйти победителем.

Об этом думал Одинцов, когда шел по колено проваливаясь в снег к деревне.

Перед конюшней светился огонь костра. Двое дикарей в длиннополых кафтанах, поверх которых были небрежно накинуты кольчуги, сидели на бревнах и передавали по кругу мех, к которому то и дело прикладывались. Судя по густому сильному запаху, в мехе плескалась далеко не вода. Послышались шаги и каркающий голос, явно чем-то недовольный. Из-за угла появился третий дозорный, завязывая на ходу пояс на штанах. Судя по раскрасневшейся и довольной морде, возлияниям они предавались давно и успешно. Значит, и взять их будет несложно.

– Я в конюшню, лошадей успокою, – тихо прошептал Лех Шустрик и, не дожидаясь согласия, исчез. Как сквозь землю провалился.

– Вихрь и вы двое – идете со мной. Ничего не делаете, пока я не позову, – приказал Одинцов.

Он был уверен, что его приказ будет выполнен. Значит, никто неуклюжими действиями не поставит операцию на грань провала.

Остальные солдаты остались за деревенской изгородью в ожидании следующего приказа.

Пригнувшись, Серега скользнул вдоль стены конюшни. Он слышал, как фыркали и перешагивали с ноги на ногу животные в стойлах. Пахло теплом и сухим сеном. Одинцов вытащил из ножен кинжал. Надо действовать аккуратно, чтобы не наделать шума. Он выглянул из-за угла и убедился, что упаурыки продолжали доблестно нести службу, отдавая ей должное крепким вином. Третий боец присоединился к товарищам и сидел лицом к Сереге. Незаметно подкрасться не получится. Сразу, сука, его увидит и поднимет шухер.

Надо что-то придумать. Отвлечь их чем-нибудь. Серега повернулся к своим ребятам, смерил их взглядом и приказал:

– Ты и ты, обойдите конюшню с другой стороны. И чуть-чуть пошумите. Но так чтобы без фанатизма. Не надо будить всю деревню. Надо чуть дозорных отвлечь.