Ведьмино счастье - Елена Шмидт

— Биб, — тихо позвала я фамильяра, когда поднялась по деревянной лестнице с резными балясинами наверх. При каждом шаге ступеньки натужно вздыхали, словно жалуясь на время. — Ты чувствуешь, как здесь несёт мертвой энергетикой? Ужас, куда меня тётушка засунула!

— А ты когда к ведьмаку направлялась, на что рассчитывала? — пушистая мордочка высунулась из сумки и тут же юркнула назад. — На цветочки в горшочках? — глухо пробубнил он из сумки. — Всё, я отказываюсь выходить. Хватит мне твоей распрекрасной родственницы. Вон, хвостик до сих пор какой!

Из четырёх спален на втором этаже, я выбрала ту, что выходила окнами на улицу. Плющ затянул лишь малую их часть, свешиваясь густой зеленью сверху, он только напоминал о своём присутствии на стене. Комната была небольшая и необычайно светлая. Голубые шторки колыхались от лёгкого ветерка из приоткрытого окна. Белая мебель с лёгкой позолотой, слегка истёртая от времени, радовала глаз. Я присела на край кровати, поглаживая рукой разноцветное покрывало в нежно-розовый цветочек. Хотелось отдохнуть, но меня ждал хозяин. Интересно, кому могла принадлежать эта комната. Неужели у ведьмака была семья? Или он у кого-то купил этот дом?

Определившись с местом обитания, я нашла в конце коридора скромную ванную, где, как ни удивительно было всё необходимое. Даже белое пушистое полотенце висело на стене, радуя глаз. Смыв с себя дорожную пыль, я переоделась и снова спустилась вниз. Биб, несмотря на то, что был голоден, категорически отказался идти со мной.

Старик гремел посудой в другой части дома, и я, недолго думая, направилась на звук. Достаточно просторная кухня с двумя небольшими буфетами, навесными шкафчиками и полками встретила меня запахом курицы, жареной картошки и салата из огурцов. Здесь тоже явно кто-то убирался, чувствовалась во всём женская рука. Даже белые занавески на окнах были словно только вчера постираны и накрахмалены.

— Садись, — скомандовал ведьмак, бросив на меня быстрый взгляд, и указал на овальный стол возле стены, рядом с которым стояли мягкие стулья с тёмной обивкой и изогнутыми ножками.

— Не… — не согласилась я. Он что, будет готовить, а я рассиживаться. — Давайте я вам помогу.

— Без тебя управлюсь. Хочешь оказать услугу — не болтайся под ногами, — заявил он мне. — Ты сегодня у меня гость, а вот с завтрашнего дня будешь постоялицей. Вота и будешь хлопотать по хозяйству. Что хоря своего не взяла?

— Откуда вы про него знаете? — искренне удивилась я, точно зная, что Биб просидел в сумке всё то время, что я общалась с ведьмаком.

— Я чё, жизнь зря прожил? — старик отложил в сторону нож, которым нарезал хлеб. — Думаешь, не увижу, ведьму с фамиляром. Ты хоть и слаба, но живность с собой таскаешь. Неси его вниз. Он, верно, голоден. Дам ему еды. Потом сама о нём заботиться будешь.

— Спасибо вам, господин Могула, — растрогалась я.

— Чё, — прищурился он, оглядывая меня, — как ты меня всё время называешь? Ты, ведьма, часом на солнце не перегрелась? Когда это ведьмаки господами были?

— Это в знак уважения, — пояснила я. — Тётушек в городе часто госпожами называли.

— Ты бы меня ещё дубом назвала. В знак своего… этого… как его… расположения, — хмыкнул он. — Это я бы ещё понял, а вот господином… — он покачал седой головой. — Эх, молодо-зелено. Ведьмак Могула меня все кличут, и ты так зови. Иди давай, неси своего хоря и есть будем.

Кивнув, я ушла за Бибом. Пока поднималась в комнату, всё думала, откуда он узнал, что у меня хорёк, и как мне уговорить своего зверя, чтобы не ерепенился. Но фамильяр удивил меня, стоило только позвать его, он молча вскарабкался мне на плечо и больше не издал ни единого звука. Я даже забеспокоилась, не приболел ли он часом? Ведьмак окинул нашу парочку насмешливым взглядом и кивнул мне на стул, приглашая присаживаться.

— Ну, давайте обедать, — старый Могула поставил передо мной тарелку с картошечкой и куриной ножкой. Бибу достался солидный кусок грудки.

— Это больше напоминает ужин, — уточнила я, пробуя изумительно вкусную картофелину, обжаренную с разных сторон. — Время-то ближе к вечеру. Как вкусно вы готовите!

— Это не я, — ведьмак захрустел огурцами. — Это Эльза приходит.

— Кухарка, да?

— Привидение, — пояснил он, отправляя в рот кусочек крылышка и разжёвывая абсолютно целыми зубами. — Сегодня ночью познакомишься. Только громко не ори! Она женщина с утончённой психикой. Иностранка! Ещё перепугаешь её чего доброго, — поднял он вверх узловатый палец.

— Приви… — поперхнулась я. — У вас готовит привидение?

— И убирает, — он отставил в сторону пустую посуду. — Что глаза вытаращила? Смотри, — Могула ткнул в закашлявшегося Биба, — и хорь твой подавился. Я же тебя предупреждал, а ты сказала ерунда, а сама от одного упоминания закашлялась.

— Да… — продышавшись, я посмотрела на свою тарелку. — Наверное, ерунда…

И тут же вспомнила одного знакомого мне упыря, нечто подобное мне уже приходилось встречать у ведьмака Архипа. У них что, нежная любовь к усопшим? Я только не пойму, как они это делают?

— Во, — довольно развалился на стуле Могула и принялся перечислять достоинства призрачной горничной, — она ещё песни поёт и крючком вяжет. Ладно, не пугайся. Эльза осторожная, просто так на глаза не показывается. Если будешь сама у себя за порядком следить, она к тебе и не заглянет.

— Буду, буду, — замахала я руками, — я всё сама. И уберу, и есть приготовлю.

— Вот и славненько, — потёр руки ведьмак. — Сама, так сама. А в Ольцпухоне зачем пожаловала?

— Хочу лавочку открыть, — мечтательно произнесла я, не рассказывать же ему, что помимо этого мне надо охомутать Инквизитора. Ещё подумает, что у меня с головой того… не всё в порядке.

— А торговать чем собралась? Дай угадаю. Зельями, да? Только не знаю, получится у тебя, али нет.

— Почему не должно получиться?

— Ну... — хитро посмотрел на меня старик, — а документы? А школу-то со своим даром смогла окончить?

— Школу смогла, — вздохнула я. — А вот диплом мне в руки не отдали.

— Как это!? — уставился он на меня. — Это что за беспредел у вас там творится!

— Это не беспредел, — вздохнула я, — а наш ковен. Не велено слабой ведьме до тридцати покидать лоно семьи.

— Во как! — ведьмак вытаращил на меня глаза. — А ты что, сбежала? Постой-ка… А записка-то у тебя от ведьмы была.

— Да не сбегала я, они сами меня отпустили.

— Достала родню? — понимающе хмыкнул мой собеседник.

— Гримуар приказал.

— Во как... И что было велено?

— Самой ума-разума набираться.

— Это сложный вопрос, — он с интересом разглядывал меня. — Если бы разум кто терял, то можно было и набрать, да только его никто не теряет. И чё ты будешь делать?

— Завтра пойду в Городскую управу, — вздохнула я, — получать разрешение на ведение торговли.