На той стороне 2 - Владимир Журин

время визита ко мне, запал на светлую, что и немудрено перед этой дамой все мужчины теряют свою голову. Разве что я, как явный дефект системы выпадаю из этой длинной очереди безумцев. Естественно он, не задумываясь о последствиях полез среди ночи в особняк для объяснений с предметом своих возвышенных чувств. После чего был пойман, обязательно дежурившим ночью синтаки Дома.

Теперь наконец проснувшись и сообразив, что случилось как Оябуми Дома, мне стало вовсе не весело. Это хорошо, что этого придурка, Торкнилос поймал сразу после его преодоления забора, а если бы он его обнаружил в комнате Синриэль, то за жизнь светлой эльфийки можно было бы пожалеть медную монету. Я знаю свою жену и ее отношение к этикету Домов.

Похоже рыжеволосая дама это тоже хорошо понимает. Соскочив с пола, та, резко подшагнув к юноше плюнула ему в лицо, зло выговаривая.

— Что бы ты подох на куче говна. Ублюдок.

Роллос, сграбастав снова светлую за волосы, оттянула ее прочь, от недоумевающе моргающего юноши. Я же, кивком головы указал на кляп в его рту. Торкнилос, придерживая Брандона, наконец выдернул у того свернутую тряпку изо рта, дав возможность говорить.

— Вы ответите за это. Мой отец заставит вас пожалеть о своих оскорблениях. Эта женщина все одно будет моей как бы вы не мешали моей любви к ней.

В целом все ясно поэтому я кивнул своему синтаки и кляп вернулся на место, лишив возможности дергающегося юношу изливать мне свои угрозы. Да, ситуация я вам скажу. Кто мы, вместе взятые всем Домом, и кто всего один человек на должности канцлера. А говорят не место красит человека. Врут, успокаивая себя.

Тяжело вздохнув, думается мне еще аукнется этот ночной визит, указываю на молодого человека.

— Проводите господина Брандона до ворот города.

Когда горящего негодованием юношу повели на выход я незаметно с боку подошёл к Синриэль. Эльфийка, оставленная в покое не видела меня, зато я прекрасно видел ее полный ненависти взгляд на уходящего юношу. Заметив меня рядом, она вздрогнула и после поклона, огорошила своим пояснением.

— Мою подругу Сатиэль по приказу ее хозяина засунули в колодки и пользовали всем скопом. Заставляя сознаться в измене своему владельцу. Когда это развлечение надоело ее хозяину в ход пошел жеребец. Естественно она созналась, оговорив себя, напрасно надеясь на лёгкую смерть. Умирала она в выгребной яме, ее топили там под наши одобрительные выкрики. Всем было до жути страшно оказаться на ее месте оттого и старались показать свое призрение к” провинившейся “. Иногда мне это снится как напоминание о своей судьбе.

Вот тут я отчетливо понял-рабство для кого сладкая сказка, а для кого-то ужас рвущий твою душу на части. Прямо смотря на светлую, я поправил ее всклокоченные Роллос волосы, проговорив негромко.

— Идите спать. Думается мне последствия этой ночи не заставят себя ждать уже сегодня днем. И да, спите без снов.

Как в воду смотрел, едва солнце поднялось над краем земли к моему особняку пожаловала карета с гербом города. Я правда ожидал ее к обеду и с почетным караулов в пол сотни гвардии города. Ну хоть что-то не угадал.

Из кареты вышел невысокий человек в строгом камзоле и окинув меня изучающим взглядом, протянул мне свернутый в трубочку лист бумаги с крупной сургучной печатью. Зычно огласив при этом.

— Мали-Кили Инглос вы немедленно вызываетесь в канцелярию города. Ваш отказ будет расценен как покушение на устои вольного города. Со всеми вытекающими из этого последствиями.

Ожидаемо, неповиновение не по нраву никакой власти. Таких возмутителей спокойствия и сложившихся правил, сразу обвинят в самых страшных злодеяниях и под довольные вопли народа, раздавят подобно мерзкому клопу.

В канцелярии снующие туда-сюда чиновники встретили меня холодными, а вернее враждебными взглядами. На их лицах так и читалось негодование от моего присутствия. Разместившись в приемной канцлера на диванчике, я пытаюсь понять, чего ожидать от этого вызова. Вот ведь, золотой мальчик пошалил, наплевав на всех, а расхлебывать именно тем, на кого он наплевал. Неутешительная правда жизни, в данный момент наглядно демонстрируемая мне сильными мира сего.

Стоящая рядом Роллос тоже явно нервничает, вытянутая в струнку спина и чуть суженные глаза говорят сами за себя. Ждать пришлось долго, господин Брекстон был занят государственными делами ну или просто мариновал меня для моего дозревания и осознания своей ничтожности.

Но вот наконец дверь кабинета беззвучно приоткрылась и все тот же мужичек в строгом камзоле, пристально смотря на меня проговорил.

— Вас ожидает канцлер вольного города Магебург.

Глава 21

Глава 21

Войдя в кабинет канцлера самого большого и могущественного вольного баронства, я растерялся от увиденного интерьера. Дело в том, что обстановка в помещении была настолько сухо официальной не вяжущейся с высокой должностью хозяина кабинета что вводила в ступор, а туда ли я попал. Добил меня окончательно взгляд Брекстона, сидевшего за письменным столом на столешнице которого ровными рядами были разложены стопки документов. Взгляд до того сухой и продирающий что я невольно начал втягивать голову в плечи ища призрачного спасения в этом движении.

Вот как они это делают и самое главное где этому учат, я тоже туда хочу попасть на обучение. Один взгляд, и я отчасти возомнивший себя уже прошаренным в жизни малым, превратился в раскисшую промокашку. Попытавшись собраться и не поддаться этому давлению, я еще больше впал в прострацию, замерев истуканчиком сразу за закрывшейся за моей спиной дверью кабинета.

Брекстон явно довольный произведенным давлением от своего взора, заговорил ледяным тоном.

— Проходите господин Инглос. У меня не так много времени на запланированный разговор.

И движением глаз указал мне на одинокий стул возле дальней от него стены. Что явно имело определенное значение в данном помещении.

Осторожно присев на край стула, я буквально силой удерживаю в себе рвущуюся наружу фразу-Вызывали. Возможно кому-то покажется забавным мое поведение, но я, то, отчетливо понимаю, что одно слово сидевшего напротив меня и все. Все, это именно все. Мой Дом перестанет существовать. И все далекие и могущественные великие эльфийские Дома мне не помогут своим заступничеством. После же, конечно возникнет определенный резонанс, от которого в результате упорных переговоров они получат свои выгодные преференции в виде отступных от вольного баронства. Только при этом мне ясно и то, что в этих переговорах Магебург не упустит своего, перевернув все с ног на голову и получив свою определенную выгоду тоже. В мире больших и хищных рыб таким как я головастикам,