Сумеречный Дозор - Сергей Лукьяненко

— Хорошо, оставайтесь, — буркнул я. — Я нескажу, что мечтаю о повторении шоу… Снимите иллюзию с магических предметов!

— Как скажите, Светлый, — Арина провелаладонью по волосам, оправляя прическу.

И домик чуть-чуть изменился.

Вместо чайника на столе оказалась маленькаяберезовая кадушка. Из кадушки еще шел пар. Телевизор, впрочем, остался — нопровод теперь не тянулся к несуществующей розетке, а был воткнут в большойбурый помидор.

— Оригинально, — кивая на телевизор заметил я.— И часто приходится менять овощи?

— Помидоры — каждый день, — пожала плечамиведьма. — Кочан капусты два-три дня работает.

Мне еще никогда не доводилось видеть такогооригинального способа получения электричества. Нет, теоретически возможно… нона практике…

Впрочем, больше всего меня интересовал шкаф скнигами. Я подошел, вынул первый попавшийся томик, тонкий и в мягкой обложке.

«Боярышник — практическое применение вдомашнем колдовстве».

Книга была отпечатана на чем-то вродеротапринта. Выпущена год назад. И даже тираж был указан — 200 экземпляров. Идаже ISBN стоял! Типография только какая-то незнакомая, ООО «ТО».

— И впрямь ботаника… Неужели печатаете своикниги в типографиях? — восхитился я.

— Бывает, — скромно сказала ведьма. — Не нееже от руки переписывать…

— От руки — это еще ничего, — заметил я. —Бывает, что и кровью пишут…

И выудил из шкафа «Кассагар Гарсарра».

— Своей кровью, заметьте, — сухо произнеслаАрина. — Никаких гадостей!

— Эта книга — сама по себе гадость, — заметиля. — Ну-ка, ну-ка… «Наущение людей друг противу друга без лишних усердий…»

— Что вы мне пытаетесь инкриминировать? — ужераздраженно спросила Арина. — Это все… академические издания. Антиквариат.Никого я не науськивала.

— Правда? — пролистывая книгу, сказал я. —«Успокоение почечных хворей, изгнание водянки…» Допустим…

— Вы же не станете обвинять человека,читающего де Сада, в намерении кого-нибудь замучить? — огрызнулась Арина. — Этонаша история. Различные заклинания. Без деления на деструктивные и позитивные.

Я хмыкнул. В общем-то она была права. То, чтоздесь собраны самые различные магические рецепты, вовсе не состав преступления.К тому же… вот «Как унять роженице боли и не повредить ребеночку». Впрочем,рядом имеются «Извести плод и не повредить роженице» и «Извести плод вместе сроженицей».

Все как обычно у Темных.

Но несмотря на все эти пакостные рецепты инедавнюю попытку заморочить меня, что-то в Арине вызывало симпатию. В первуюочередь — то, как она обошлась с детишками. Что ни говори, а старая умнаяведьма могла бы найти им самое чудовищное применение. А еще… еще было в нейчто-то тоскливое и одинокое — несмотря на всю ее силу, несмотря на ценнуюбиблиотеку и притягательный человеческий облик.

— В чем провинилась-то? — сварливо спросилаАрина. — Ну, не тяни волыну, чароплёт!

— Регистрация у вас есть? — спросил я.

— Что я, вампирша или оборотень? — вопросомответила Арина. — Штамп мне поставить захотел… ишь выдумал…

— Никто не говорит о печати, — успокоил я ее.— Вопрос лишь в том, что все маги первого и выше уровня обязаны сообщать врегиональный центр о месте своего жительства. Дабы их перемещение не былосочтено враждебными действиями…

— Я не волшебница, я колдунья!

— Маги, и приравненные к ним по силе Иные… —устало повторил я. — Вы находитесь на территории Московского Дозора. Вы обязаныбыли уведомить нас.

— Раньше того не было, — пробормотала ведьма.— Чароплёты-первыши друг другу о себе говорили, вампиров и оборотней на учетбрали… а нас никто не трогал.

Что-то странное…

— Когда «раньше»? — спросил я.

— В тридцать первом, — неохотно сказалаведьма.

— Вы тут живете с тридцать первого? — неповерил я. — Арина…

— Я тут два года живу. А до того… — онапоморщилась, — неважно, где была. Не слышала про новые законы.

Может быть она и не врала. Это бывает у старыхИных, особенно тех, что не работают в Дозорах. Забьются куда-нибудь вглухомань, в тайгу или леса, сидят там десятилетиями, пока совсем тоска неодолеет.

— А два года назад решили тут поселиться? —уточнил я.

— Решила. Что ж мне, дуре, в город переться? —Арина засмеялась. — Сижу, телевизор вот смотрю, книги читаю. Наверстываюупущенное. Нашла одну старую подругу… та мне книжки из Москвы шлет.

— Что ж, — сказал я. — Тогда обычнаяпроцедура. Лист бумаги найдется?

— Да.

— Пишите объяснительную. Имя, происхождение,год рождения и инициации, состояли ли в Дозорах, на каком уровне силы,находитесь…

Арина послушно достала бумагу и карандаш. Япоморщился, но предлагать ручку не стал. Пусть хоть гусиным пером пишет.

— Когда последний раз вставали на учет илииным образом заявляли о своем местопребывании в официальных органах Дозоров…Где находились после этого.

— Не стану писать, — Арина отложила ручку. —Развели бумагомарак… Кому какое дело, где я старые кости грела?

— Арина, бросьте этот лексикон деревенскойбабки! — попросил я. — Вы же раньше нормально разговаривали!

— Маскировалась, — не моргнув глазом заявилаАрина. — А, как угодно. Только и вы казенный тон оставьте.

Она быстро, аккуратным убористым почеркомисписала весь лист. Протянула мне.