Тсалмот - Стивен Браст

— А может быть, помочь им. Или отойти в сторонку. Но — да, нам надо узнать, что они затеяли с Рыболовом.

— За восемь сотен золотых?

— За восемь сотен золотых.

— Вообще — то за четыре сотни.

— С чего бы?

— По восточным традициям, после того, как мы поженимся, половина будет моей.

Я не мог не ухмыльнуться.

Пройдя еще немного, мы добрались до знакомых мне мест, что всегда помогало мне чуть расслабиться.

— «Гипотетически», — пояснила Коти, — значит «не доказано», или же «основано на предположениях».

— Я так и понял, — отозвался я, — просто из, э…

— Из контекста?

— Ну да.

— Владимир, если хочешь, я не буду так делать.

— Боги, да ну что ты! — воскликнул я, и мы пошли дальше.

— А куда мы идем? — вскоре уточнила она.

— Оставить послание для друга, — загадочно объяснил я.

Добравшись до улицы со странным названием Винтнер, мы прошли по ней, пока не наткнулись на уличную торговку с тележкой, которая продавала бусы и бисерные плетения. Креота средних лет, как ее зовут — я никогда не интересовался; меня она вроде бы не узнала, что и понятно, мы только однажды и пересекались. Как все торговцы — ну хорошо, как многие торговцы, — деньги значили для нее больше, чем гордость, так что она кивнула нам достаточно заметно, чтобы это сошло за поклон, адресованный куда — то в пространство.

И сказала:

— Могу ли я показать вам некоторые…

— Нет, — я вручил ей несколько медяков, — однако, если не возражаете, передайте Киере, что малыш кормит уток.

Монеты исчезли, а повторный наклон головы оказался глубже — раз уж мы с Киерой друзья, значит, во мне примечательны не только усы, так — то.

— Киера? — спросила Коти, когда мы пошли дальше. — Киера Воровка?

Я кивнул.

— Ты ее знаешь?

— Знаю о ней.

— Она хорошо относится ко мне.

— А при чем тут кормежка уток?

— Фонтан Зерики на Рисовой чаше.

— А, ну конечно. И мы встретимся с ней там?

— Нам — по крайней мере, мне, — следует пойти туда и подождать, возможно, несколько часов, и возможно, она так и не придет, в этом случае я вернусь туда завтра и подожду еще.

— Знатный способ связи, — сказала она.

— Это Киера Воровка, — отозвался я. — Можешь предложить другой?

— И то правда, — согласилась Коти.

Мы пришли туда, купили хлеба и несколько часов кормили уток, а потом пошли домой. На следующий день вернулись и продолжили их кормить, и вскоре после полудня Киера появилась.

Поцеловав меня в щеку, она кивнула Коти.

— Это Коти, моя невеста, — представил я, — а это Киера.

Улыбка Коти была, возможно, чуть неуверенной, но не холодой. А Лойош сразу перелетел к Киере.

— Приятно познакомиться, — сказала та, почесывая головку Лойоша. — Пойдем пропустим по чашечке?

Лойош вновь забрался мне под плащ, и мы нашли неподалеку местечко, где сидели почти что одни теклы. Заняли столик на изрядном расстоянии от всех прочих, и хозяйка таверны — также, какой сюрприз, текла, — с поклонами и чрезвычайно быстро подала нам лучшее свое вино, которое оказалось не таким и хорошим. Кланялась она в основном Киере, чего и следовало ожидать.

— Итак, — проговорила Киера. — Кинжал джарегов. Конечно, я слышала о тебе. Впечатляющие успехи.

— Спасибо, — отозвалась Коти. — Но больше я этим не занимаюсь.

— Если это не слишком грубый вопрос — а чем ты сейчас занимаешься?

Коти усмехнулась.

— Пока еще в процессе. Возможно, продолжу как независимый подрядчик, или попробую другие варианты.

Киера кивнула.

— Если вдруг заинтересуешься возможностью стать специалистом по перераспределению собственности, поищи меня.

— Обязательно, спасибо.

— Что ж, — проговорил я, — придешь к нам на свадьбу?

— Извини, Влад, но нет. Я на свадьбы не хожу. Когда — то, много лет назад, имела плохой опыт… В свое время надо будет рассказать тебе об этом. Однако я всем сердцем рада за вас обоих.

— Спасибо, — сказал я. — Понимаю.

Киера чуть пригубила вино и отпила крохотный глоточек.

— Полагаю, ты связался со мной не только для того, чтобы передать приглашение на свадьбу.

— Ага. Я тут вроде как спутался с Левой Рукой, и надеюсь, ты сможешь дать мне совет.

— Конечно. Распутайся.

— Ха. Спасибо. Еще варианты?

— Ради чего все это?

— Восемьсот золотых.

— Неплохая сумма, — согласилась она. — И что ты за нее должен сделать?

— Собственно, это я как раз и прорабатываю.

— Владимир, — заметила Коти, — ты бы хоть подробностями поделился.

— Вот я как раз это и хотела сказать.

— Ну да, прости. — Я сделал глубокий вдох. — Один тип был убит, задолжав мне восемь сотен. Я начал проверять его дела, пытаясь вернуть эту сумму, и выяснилось, что он был задействован в незаконном производстве благовоний, и когда я копнул в этом направлении, наткнулся на Левую Руку.

Киера нахмурилась.

— Никогда не слышала, чтобы Левая Рука как — то связывалась с такой банальщиной, как серый рынок благовоний.

— Я тоже. А вот.

— Везет же некоторым, — улыбнулась она. Ага, ей смешно.

— Так что полезного ты можешь мне рассказать?

Я разлил по чашкам остатки вина и подал знак принести еще бутылку.

Хозяйка послушалась, хотя я и не Киера.

— Влад, на чем именно ты с ними спутался?

— Да я и сам пока не знаю толком. Они заняты чем — то таким, что включает перегонку хиши, и тут еще как — то задействованы слезы Вирры, и…

— Это в смысле камень?

— Ага.

— Как — то попадался мне такой. Вроде его, в основном, используют для некромантии?

— Ага.

— Опасная штуковина.