Первый курс - Денис Кащеев

– Дай мне! – слова сами вылетели изо рта Ивана.

– Нет, – в лице Хохлова было что-то от средневекового фанатика. – Я – первый!

– Дай, я забью! – пообещал Голицын.

– Дай Ване! – подключился Глеб.

– Пусть бьет Голицын, у него лучше всех получается, – добавил Семак.

– Прекратить разговоры! – диким зверем прорычал Пашка. – Сказал – я, значит – я! И не спорить с капитаном!

Мяч, пущенный Хохловым, просвистел мимо шлюза, даже не задев дужки.

– Черт! – не смог сдержать эмоций Глеб.

– Ладно, эти щас тоже смажут, – с деланным оптимизмом проговорил Климов. – Кто там у них бьет?

– Мазовецки, – сообщил Семак.

– Промажет! – убежденно заявил Меньшиков. – Два раза в одну воронку снаряд…

– Попадает, – убитым голосом закончил за него Соколов. – Еще как попадает…

Его слова потонули в радостном крике приветствовавших успех своего игрока европейцев.

Игра завершилась.

Кавторанг Гайдуков всепроникающим торнадо ворвался в раздевалку, где понуро сидели проигравшие.

– Позор! – начал он с самого порога. – Стыд и позор! Других слов просто подобрать не могу! Вести «три-ноль» – и так безвольно проиграть! Семак, у вас что, руки отсохли – мячик роняете? – Тут же досталось Генке – он сидел ближе всех к двери. – Ну да что там говорить о вас, когда наш капитан такое вытворяет?! Хохлов, какого лешего вы взялись бить штрафной, когда в команде, по сути, есть штатный пенальтист? – набросился куратор на капитана.

Даже не расстегнувший К-комбинезон, Пашка сидел молча, тупо уставившись взглядом в одну точку. Возможно, он сейчас вообще не видел и не слышал разбушевавшегося Гайдукова.

– Молчите? – не унимался кавторанг. – Нечего ответить?! Хорош капитан! Впрочем, нет – никакой вы больше не капитан! Снимаю вас с этой должности!

– Прошу прощения, од-сун, – поднял внезапно голову Меньшиков. – Капитана может разжаловать только команда…

– Вот как?! Ну, так давайте! Приступайте! Кто за то, чтобы освободить Хохлова от должности, в полном несоответствии которой он только что перед всеми расписался? Ну?

Иван поднял руку. С секундным опозданием к нему присоединился Семак. Еще через пару секунд – Климов.

– Что?! Только трое? – удивился Гайдуков. – А вы что же, Соколов?

– Не вижу в этом никакого смысла, од-сун, – бесцветным голосом проговорил Глеб. – Что толку махать кулаками после драки? Все равно в этом сезоне нам уже больше не играть. А дальше – посмотрим…

– А вы, Меньшиков? – перевел куратор взгляд на Сергея.

– Од-сун… Товарищ начальник факультета! Я – против! – решительно заявил тот. – Зачем вы так? Пашке и так сейчас хуже всех нас!

– И поделом! – бросил кавторанг. – Своими руками отдать победу в руки противника!

– Может, оно и так, од-сун… Только вас, товарищ начальник факультета, там не было! – поднял на Гайдукова полные слез глаза Меньшиков.

– Что?.. – казалось, куратор был обескуражен. По крайней мере, Иван впервые видел кавторанга таким растерянным.

– Мы сами выбрали себе капитана, – дрогнувшим голосом продолжал между тем Сергей. – Сами и проиграли. Ответственность на всех. Разве что Иван с Глебом всегда были против Пашки…

– Я не снимаю с себя ответственности! – вскинул голову Соколов.

– Ну-ну, – хмыкнув, Гайдуков повернулся к Ивану.

В душе Голицына вновь схлестнулись противоречивые чувства.

– Я считаю, что Хохлов, безусловно, виноват в поражении, – тщательно подбирая слова, проговорил он. – Но не он один… И… – Он бросил быстрый взгляд на Глеба – Соколов сидел с каменным лицом. – Мы сами должны во всем разобраться, од-сун!

– Молоко еще на губах не обсохло – самим разбираться! – рявкнул кавторанг, обводя курсантов бешеным взглядом. Пять пар упрямых глаз – Пашка по-прежнему был где-то далеко – так и не опустились под его тяжестью.

– Всех в Москву… – в ярости прошипел куратор. – В двадцать четыре часа – первым же транспортом!.. Вы еще не знаете Гайдукова! Вы еще его узнаете!

Оглушительно хлопнула дверь – покидая раздевалку, кавторанг с мясом вырвал из гнезда мощный доводчик.