Дневная тень - Джеймс Баркли

Вороны спешили на север вдоль ущелья, в котором провели ночь. Печь Уилла, упакованная в кожаный мешок, снова заняла свое место на спине Фрона. Оборотень возглавлял отряд, Безымянный шагал рядом. Хирад был замыкающим, охраняя с тыла Илкара, Денсера, Ирейн и Уилла.

Они обсудили множество вариантов захвата лодки, однако самый простой — отправить магов под прикрытием «Плаща-невидимки», чтобы они украли лодку и спустили ее на воду — отмели по банальнейшей из причин. Никто из них не смог бы отличить нос от кормы. Все страшно развеселились, пусть и ненадолго, когда Илкар признался, что не только не умеет плавать, но еще и панически боится воды. Кроме того, Вороны хотели причинить врагу хотя бы некоторый урон.

В конце концов Денсер согласился с первоначальным планом Илкара, несмотря на то что Хирада мучили сомнения.

Денсер так и не пришел в себя, следовательно, Илкару может угрожать опасность, когда они будут подниматься на сторожевую башню.

Решили сначала добыть лодку и лишь потом немного расшевелить неприятеля. Фейерверк, предложенный Илкаром, выдаст их местоположение, и им придется спасаться бегством, однако его идея была принята единогласно. Все понимали, что задерживаться нельзя, но Илкар хотел сделать хотя бы что-нибудь, чтобы затруднить атаку врага на университеты.

Спуск оказался трудным и вывел Воронов к берегу, где из воды торчали обломки камней. Отряд старался держаться в тени скал, уходящих прямо к лагерю висминцев. Вскоре Фрон приказал остановиться — они подошли слишком близко, и враг мог их заметить, несмотря на то что ночь выдалась темная. До ближайшей палатки оставалось около ста ярдов.

— Будем идти вперед, пока не досчитаем до трехсот, если только они не поднимут тревогу, — сказал Фрон. — Вы знаете, где встречаемся. Готовы?

Илкар кивнул, Денсер пожал плечами.

— Что ж, займемся делом, — сказал он, и Хирад с сомнением на него посмотрел.

— Постарайся сосредоточиться на своем задании, Денсер, — посоветовал он. — Любая ошибка убьет вас с Илкаром. Мы не можем себе этого позволить.

— Я еще не лишился зрения, да и здравого смысла тоже, — отрезал Денсер.

— Ты только потерял смысл своего существования, — заметил Илкар.

— А также я по-прежнему уважаю друзей, — наградив суровым взглядом Илкара, проговорил Денсер.

— Рад слышать. Хорошо. В путь.

Илкар и Денсер начали едва слышно произносить заклинание, двигая руками вдоль тела. После короткого кивка Денсер сделал шаг вперед и исчез. Илкар последовал за ним.

— Только бы он не наделал глупостей, — пробормотал Хирад.

— Все будет в порядке, — заверила его Ирейн. — Что бы ни происходило, Денсер не дурак.

— Просто он чувствует себя несчастным, страшно упрям, и с ним невозможно иметь дело, — проговорил Хирад.

— Идеальных людей не бывает, — заметила Ирейн и вымученно улыбнулась.

— Да уж.

Как и договорились, Илкар шел впереди, Денсер за ним. «Плащи» скрывали тела, делая их невидимыми, но не заглушали шагов, и Илкар старался обходить стороной высокую траву, растущую по краю скалистого уступа.

— Не останавливайся, когда подойдем к лестнице, — • сказал Денсер.

— Разумеется, — резко ответил Илкар. — Мне известно, что заклинание действует ограниченное время. Старайся говорить потише.

— С удовольствием, — прошипел Денсер.

— Что с тобой произошло, Денсер? — шепотом спросил Илкар, гнев которого мгновенно улетучился.

— Ты не поймешь, — ответил черный маг, и в его тихом голосе вдруг прозвучала боль.

— Попытайся объяснить, вдруг пойму.

— Потом. Когда мы будем в башне, ты пойдешь налево или направо?

— Налево, как договаривались.

— Я просто хотел проверить.

В лагере царила тишина. Проходя мимо стоящих с краю палаток, над которыми развевались флаги, маги замедлили шаги. Из-за плотной ткани доносился могучий храп. Где-то неподалеку заржала лошадь; ветер принес запах свиней, промчался над лагерем, натянул веревки, державшие палатки, подхватил обрывки разговора висминцев, сидевших у главного костра…

Илкар еще раз задумался над тем, что им предстояло сделать. Когда они обсуждали план в относительной безопасности лощины, задача представлялась ему не слишком сложной. Сейчас же башня выглядела чересчур высокой, а висминцев около нее собралось слишком много.

Башня достигала в высоту около двадцати футов и стояла на четырех подпорках, укрепленных на земле камнями. До самой платформы наверху шли перекрещивающиеся деревянные балки, предназначенные для придания конструкции большей надежности. На платформе караулили два стражника. В левом углу с одной из опор крыши свисал колокол; язык колокола был привязан, чтобы его не раскачивал ветер или не задел случайно часовой.