Маска власти - Алексей Бессонов

– Пусть я ошибусь, – заметил орти, вставая. Его гортань издала урчащий низкий звук, и многотонная махина люка с хрипом исчезла в стене. Мы вышли на солнце.

– Держите оружие под рукой, – посоветовал на прощание безымянный Лорд, – на дорогах полно бандитов. Больше чем обычно.

Уэртон кивнул и захлопнул дверцу. Обогнув ангар, наш лимузин медленно выполз на древнее шоссе – дороге этой было никак не меньше сотни лет, и вряд ли ее хоть раз ремонтировали за весь послевоенный период. Покрытие, выжженное беспощадным солнцем, поплыло пологими волнами и местами растрескалось. Ленивый горячий ветер не спеша гнал по серому пластику ручейки ядовито-желтого песка.

– Кто он? – спросил Детеринг, неторопливо раскуривая сигару.

– Имени его никто не знает, – ответил Уэртон. – Он появился в Портленде лет десять назад, и сразу же за ним потянулась тяжелая слава… Тут ведь немало законченных подонков и вообще идиотов-бретеров, цепляющихся к каждому чужаку. Так он их всех просто убивал – без особых церемоний. Он, видимо, не обычный кастовый солдат, он из какого-то старого клана. Навыки у него еще те… правда, чувствуется, что учили его на астронавта.

– И ты ему доверяешь?

Уэртон негромко рассмеялся.

– Он благороден… по-своему, конечно. Мы с ним давние друзья. Мне кажется, какое-то время он был пиратом. Деньги у него есть. Дело с ним иметь можно, не волнуйтесь.

– Я никогда не волнуюсь, – пробурчал Детеринг, – забудь это слово.

Через полчаса на пустынном шоссе стали появляться редкие автомобили. На наш самоходный антиквариат никто не обращал внимания. Машину полковник Уэртон выбрал верно – кого мог заинтересовать обшарпанный гроб на колесах? Таких тут немало. Правда, шикарных новых моделей тоже навалом, но вот они-то как раз и могут привлечь внимание праздношатающейся публики. А трое сурового вида хомо на облезлом «Корсаре» – да кому они нужны?

Портленд-Сити Уэртон знал хорошо. «Корсар» уверенно обогнул припортовые районы и углубился в квартал увеселений. «Бомбу бы сюда, – думал я, глядя через окно на мрачные башни, щедро украшенные голографическими транспарантами на всех известных мне языках. – Милое место, притон на притоне и притоном погоняет. Какие дела делаются там, за грязными серыми стенами многоэтажек первых послевоенных лет? Чьи судьбы ставятся на кон?»

Уэртон притормозил, легким движением кисти вывернул руль вправо, и массивный нос «Корсара» послушно занырнул в темную арку. Автомобиль въехал в узкий сумрачный колодец двора, заваленного какими-то бочками, контейнерами и прочим хламом. Проехав метров десять, Уэртон остановил машину возле пошарпанной бронедвери, на которой хищно щурились стволы двух спаренных лазеров, нацеленные точно на порог. Детеринг издал блеющий звук, означавший веселое удивление. В некоторых ситуациях он частенько выражал свои эмоции при помощи мычания, гыгыканья и фырканья – я уже успел освоить этот язык.

Уэртон выбрался из машины и встал перед дверью. Через полминуты она ушла в сторону, и на пороге появилась светловолосая женщина средних лет, одетая с вызывающей откровенностью. Впрочем, меня ее наряд отнюдь не разочаровал, я даже позавидовал ее хозяину. Выслушав полковника, мадам приветливо улыбнулась и кивнула в сторону дверного проема. Мы с дорогим шефом покинули наш лимузин и прошествовали вслед за мадам по аккуратно отделанному коридору. Фигуристая блондинка привела нас к здоровенной, обитой кожей двери и скрылась за ней, сделав нам знак подождать. Спустя минуту она вернулась и мягким голосом сообщила, что хозяин нас ждет. Детеринг слегка дернул плечом и решительно потянул вызолоченную ручку в виде львиной лапы…

На нас смотрели четыре ствола. Пятый – самый обычный офицерский «бекманн» – лежал на массивном письменном столе в сантиметре от холеных пальцев довольного крупного молодого мужчины с умным породистым лицом. А четыре десантных «крузера» мирно покоились в мускулистых лапах четырех громоздких парней, сидевших в креслах по углам кабинета.

– Уберите пушки, – спокойно приказал хозяин. – Это свои.

Детеринг молча сбросил капюшон и одарил Сэма страшным мертвым взглядом. Тот содрогнулся, лицо его вытянулось, как резиновая маска, и Гугнивый вдруг кулем осел в дорогом кожаном кресле.

– Вон! – скомандовал он охране серыми губами.

Четверо лбов недоуменно переглянулись и быстренько испарились, оставив хозяина наедине с непрошеными гостями.

– Один лишь раз я отступил от своих правил, – произнес Детеринг со зловещим равнодушием. – Один раз, милорд… а? И слово было сказано… Какое слово, милорд? Или, если угодно, мастер Сэм… Ну-ну, не стесняйтесь, что же вы? Здесь все свои.

Гугнивый Сэм молчал, глядя на Детеринга белыми от ужаса глазами. Давно я не видел таких перепуганных людей. Мне как-то и в голову не приходило, что мой любезный патрон может быть страшнее, чем просто смерть. Для кого-то…

– Вы его знаете? – спросил Уэртон.

– Я-то знаю, – дернул плечом Детеринг. – А вот ты – нет… Перед нами милорд Адриан Соммерсби, капитан Имперских планетарно-десантных сил, занесенный в списки павших при исполнении… его имя выбито на Золотой Скале ПДС. Возможно, покойник изволит рассказать, при каких обстоятельствах он пал жертвой столь досадного недоразумения? А также вспомнит, какое слово взял с него некий рейнджер, держа его в прицеле?

– Что я могу для вас сделать? – сипло проронил Сэм.

– Это уже более конструктивная речь, – непринужденно заметил Детеринг, плюхаясь в одно из оставленных охранниками кресел. – Я понял, что вопрос о вашем прошлом звучит несколько… болезненно, ведь так? Что ж, мы можем его замять, пока.

Он неторопливо раскурил очередную сигару и взмахнул рукой, предлагая нам с Уэртоном садиться. Хозяин кабинета начал тем временем слегка розоветь. Жизнь возвращалась в его перекошенное лицо.

– У нас есть одно… дело, милейший Сэм. Одно дело, да… – Детеринг быстрым движением откинул со щеки непослушный локон и вздохнул: – Щекотливое, знаешь ли, дело. Ходят слухи, что ты хорошо знаком с «антикварами», а?

Гугнивый Сэм куснул палец и пораскинул мозгами – процесс этот отчетливо отразился на его почти ожившей физиономии.

– Знаком, – осторожно согласился он.

– Тогда устраивайся поудобнее, – дружелюбно предложил Детеринг, почесывая ухо. – Мне до смерти интересна эта тема. Э?

– Что именно? – спросил Сэм.

– Все.

– Все?.. Ну, знаете ли…

– А ты представь себе, что я владею информацией лишь в общих чертах. Тем более что так оно, в сущности, и есть. И вперед. Ну, для затравки так: роль и место «антикваров» в жизни Портленда. М-м?

– Это сложно… – Сэм задумался. – Ну хорошо: «антиквары» – самое таинственное и самое закрытое из всех явно криминальных формирований. Пожалуй, и самое опасное.

– Формулировочки у тебя… но продолжай, продолжай. Что значит «таинственное»?