Профессиональный некромант. Мэтр на свободе - Александра Лисина

Вообще-то подобные вещицы – не редкость. Во время войны гильдий их частенько использовали, особенно когда у магов не было полной уверенности в благополучном исходе сражения или велик был риск попадания боевых артефактов в чужие руки. Создание одноразовых жезлов не требовало больших затрат, а применять их могли даже неопытные юнцы.

Как уж эти артефакты попали к адептам, отдельный вопрос. Но факт в том, что по ним было невозможно отследить настоящего хозяина – опознавательных знаков на жезлах не имелось, клеймо мага-артефактора было тщательно затерто, и никаких следов ауры создателя на нем не осталось. Так что я правильно придержал свое любимое заклятие и не стал делать из сопляков одну большую и мерзко воняющую лужу: очень уж хотелось выяснить, что это за «благодетель» такой, у которого есть прямой доступ к подобного рода артефактам.

Впрочем, лежащие на полу, схватившись кто за руку, кто за ногу и жалобно постанывающие детки могли подождать, расспрашивать их прямо сейчас я не собирался – сначала следовало разобраться с оракулом. Признаться, с подобными тварями я раньше напрямую не общался, но наслышан был немало, поэтому, оставив мелких на попечение Зубищи, поспешил к поврежденному алтарю.

Алес, к счастью, почти не пострадал. Длинная ссадина на виске, придавленные осколками алтаря ноги и сломанная рука не в счет – все равно ему она в ближайшую пару минут не понадобится. А вот то, что оракул в его теле по-прежнему был активен, оказалось кстати. Как и руны призыва на истерзанной коже, которые мне сейчас очень пригодятся.

– Думаеш-шь, победил, Невз-зун?! – прошипела тварь, взглянув на меня мутными глазами.

Я сорвал перчатку с левой руки, одновременно активируя начертанные на ногтях руны.

– Не думаю – знаю.

– Глупец! Ты понятия не имеешь, с чем связался!

– Ничего. – Я придавил его грудь открытой ладонью. Как раз напротив сердца, рядом с которым переливался всеми оттенками черного сгусток. – Вот сейчас все и выясним.

Тело Алеса дернулось, когда я прижал к нему пальцы сильнее и позволил светлой энергии просочиться наружу. Немного, но вполне достаточно для того, чтобы темный оракул зазвенел цепями, безуспешно пытаясь освободиться, и захрипел, будто его душили. А когда я с силой вонзил заострившиеся ногти ему под кожу, яростно взвизгнул:

– Ты что творишь?! Остановись или мальчишка умрет!

– Он и так умрет, – рассеянно отозвался я, уверенно погружая пальцы в сочащиеся кровью раны. – Какой-то придурок заставил его слиться с тобой слишком тесно, поэтому, как только контакт будет разорван, он перестанет дышать. А если каким-то чудом ему удастся сохранить жизнь, то разум в это тело с очень высокой долей вероятности уже не вернется.

Со стороны светлых внезапно раздался придушенный вопль, тяжелый рык Зубищи и короткая возня, прервавшаяся сдавленным вскриком.

– Однако дело не в этом, – невозмутимо продолжил я, не отвлекаясь на посторонние вещи. – Я просто хочу побеседовать в более тесной, так сказать, обстановке.

– Что ты хочешь?! – уже не завизжала, а буквально взвыла тварь, почувствовав мои пальцы в опасной близости от средоточия своей псевдожизни. – Что тебе нужно?!

Я на мгновение остановился и, коротко взглянув на исказившееся лицо темного, сухо бросил:

– Ответы.

– Ты не знаешь… Ты не сможешь меня контролировать, – задыхаясь, будто выброшенная на берег рыба, простонал оракул. И вздрогнул снова, когда мои пальцы продвинулись еще на чуть-чуть и легонько коснулись судорожно дернувшейся сердечной сумки. – Ты же светлый! Ты не сможешь убить меня так просто!

Я холодно улыбнулся и сжал пальцы.

– Уверен?

В мутных глазах мелькнула растерянность, колебание, сомнение и, наконец, паника, которая сменилась самым настоящим страхом. После чего «Алес» шумно сглотнул и едва слышно выдохнул:

– У тебя три вопроса!

Я оскалился. Как хорошо, что светлые не успели использовать оракула до моего прихода. Хотел бы я, конечно, чтобы ответов было больше, но тут наша магия бессильна – оракулы всегда отвечают только трижды. Видимо, именно поэтому моих темных коллег часто использовали для призыва.

Кроме того, оракулы – твари хитрые: могут так ответить, что и не поймешь, о чем вообще шла речь. Одна попытка – один провал, и шанс что-то выяснить будет навсегда упущен: на вопрос, заданный дважды, они не отвечали из принципа, и заставить их это сделать ни у кого еще не получилось. Следовательно, вопросы должны быть прямыми, однозначными и конкретными. Иными словами, просто взять и спросить, кто стоит за всеми последними событиями в Сазуле, не получится – имени оракул все равно не назовет, да и заговорщиков наверняка несколько, а если и назовет, то это может оказаться какое-нибудь второе или даже третье имя человека, а то и детское прозвище, от которого не будет никакого проку.

Короче, надо решить, что для меня сейчас важнее.

– Спрашивай! – не выдержав паузы, напомнил о себе «Алес».

Я на мгновение прикрыл глаза.

– Каким именно образом связаны между собой создание темных алтарей, охватывающих королевство по принципу квадратичных заклинаний, появление лича в баронстве Невзун, новая программа обучения адептов АВМ и твой сегодняшний призыв?

Оракул искривил губы в недоброй усмешке.

– Алтари были созданы для наводнения Сазула нежитью. Такой способ их установки выбран, чтобы охватить максимально возможную площадь. Лич – всего лишь исполнитель и одновременно жертва. Новая программа академии умышленно составлена так, чтобы пробудить у адептов повышенный интерес к магии и дать вкусить запретный плод, о котором они так много слышали. Результаты ты видишь сам: светлые начали осваивать исконно темное ремесло и гораздо шире пользоваться нашими услугами, тогда как темные…

Я с трудом удержался от реплики во время недолгой паузы – оракул с легкостью мог бы счесть ее за следующий вопрос.

Демон! Лгать оракул не будет – не в том его предназначение, а вот запутать и посеять ненужные сомнения – пожалуйста. Из ответа ясно лишь то, что все события – звенья одной цепи. Но что первично, а что вторично? Кто создавал алтари? Темные или светлые? А может, имеет место сговор? Лич – пешка? Но был ли он единственным или скоро надо ждать других? А программа? Только ли руководство академии приложило к ней руку? От кого идет инициатива? Кто ищет тех самых самородков, у которых получится сносно использовать и темные, и светлые заклинания?.. Вопросы… Вопросов уже столько, что в них легко запутаться! А у меня осталось всего две попытки.

Оракул, так и не дождавшись моей реплики, снова усмехнулся и продолжил:

– Темные, как всегда, отстранились от дел и не желают ни во что вмешиваться. Поэтому для них эта война уже проиграна.

Я чуть язык себе не откусил, чтобы не спросить почему. А потом перехватил выжидательный взгляд оракула, глубоко вдохнул, выдохнул и задал второй важный вопрос: