Рыцарь или трус - Саша Мэри Миллер

По крайней мере, в лояльности Горина ей сомневаться не приходилось. Равно как и в верности его людей. Хотя много лет назад Иса, считай, выгнала его отца, графа Бжодена, когда тот приехал просить позволения переселиться на юг вместе с частью своего народа. Теперь она раскаивалась в своих поспешных действиях. Все Флориан виноват — он был невыносимо груб с графом. Оглядываясь назад, Иса понимала, что Бжодена просто спровоцировали и его предложение выправить манеры Флориана следовало бы рассмотреть повнимательнее. Послушай она его тогда, многое сложилось бы по-другому. Она до сих пор помнила его слова:

«Ваши манеры хуже, чем у самого последнего мужика, — спокойным и приятным голосом сказал граф, — и останься я на часок наедине с вами, я бы направил вас на путь истинный, к радости вашей матушки».

Да, Флориан мог бы остаться в живых и даже стать неплохим королем, прислушайся она тогда к словам Бжодена. Может быть, знай она о его родстве… но она не знала. Так что нечего теперь тратить время на пустые сожаления. К счастью, сын Бжодена, Горин, был очень похож на отца. Когда она впервые его увидела, ей показалось, что это Бжоден, к которому вдруг вернулась его юность.

Слишком поздно узнала она о близком родстве Бжодена и короля Сйорно. Бжоден был принцем, хотя никогда не величал себя этим титулом. Стало быть, его сын Горин — тоже принц. Когда придет срок, он будет стойким союзником. Королева мимолетно подумала о том, как там поживает Ясенка замужем за таким блистательным человеком, а потом решила — а не все ли равно, пока принцесса-лягушка, ненавистное напоминание неверности покойного мужа, держится вдали от государственных дел.

Она перешла к воззванию, предназначенному для Морских Бродяг. Снолли, конечно же, слишком высокороден, чтобы призывать его в армию. Да и, видимо, слишком стар для чего бы то ни было, кроме символического лидерства. И кто тогда их возглавит? Этот мальчишка, которого Оберн почему-то привез ко двору? Как бишь его там… Королева порылась в памяти. Рохан? Сейчас он уже почти мужчина. Что-то в нем есть, в этом сыне Оберна, и что-то мучительное сидит в ее памяти, связанное с ним. Но Иса никак не могла вспомнить, что именно.

И королева написала его имя под именем вождя Морских Бродяг, надеясь, что прискорбное влияние принцессы-лягушки не окончательно сгубило юношу.

Ясенка взяла бумагу, покрытую крупными, красивыми письменами с именами Снолли и Рохана, с заглавными буквами, начертанными красным и золотым, посмотрела на знакомую подпись и печать внизу листа — зеленого воска, с красно-золотой лентой. Она поплотнее запахнулась в подбитый мехом плащ — хотя и стояла весна, все еще было холодно, — и посмотрела на Рохана.

— Зазар тут ни при чем, — сказала она. Рохан только что вернулся после почти недельного пребывания у знахарки, получив наставления в том, чего Зазар не хотела доверять Ясенке.

— Нет. Дело во мне. Почтенная Зазар сочла это интересным и дала мне четкие указания по поводу того, как вести себя среди знати.

— Значит, решено, — сказала Ясенка. — Ты должен присоединиться к армии королевы.

— Мои люди уже готовы, сейчас они устраиваются вместе с вашими солдатами на ночь. Не грусти, Ясенка, — сказал Рохан. Он подавил смешок и подмигнул ей. — Ты всегда сможешь водить меня за ручку, если подумаешь, что в Ренделшаме меня обижают.

Ясенка рассмеялась, но не слишком весело.

— В этом гадюшнике, среди интриг? Спасибо, лучше я останусь в Крепости Дуба. Однако к словам Зазар могу прибавить свои рассказы о придворных делах, а заодно и о ямах, в которые ты можешь свалиться. Хотя кое-что, наверное, уже устарело.

— Буду весьма тебе признателен, — сказал Рохан, чуть посерьезнев. — Я как раз и приехал расспросить тебя, пока еще есть время. Ведь мой отец…

— Да. Твой отец был убит королем. Но помни — Оберн забрал своего врага с собой. Думаю, это весьма важно для Морских Бродяг.

— И не только для них, — вошел в комнату Горин. — Привет тебе. Как я понимаю, ты ведешь отряд, Рохан?

— Да, хотя нельзя сказать, чтобы они были под моей командой. Дед постарался — надо сказать, что и я весьма ему в этом помог, — чтобы Морские Бродяги не слишком серьезно воспринимали меня. Я недостаточно суров, чтобы они признали меня.

— Будем надеяться, что твой веселый нрав не так скоро успокоится.

Рохан улыбнулся старшему другу:

— Ну, тут нечего бояться, милорд.

В этот момент в комнату влетела Хегрин со сложенной бумажкой в руке.

— Папа, ты забыл! — сказала она и тут же замерла на месте. — Рохан! — Она бросилась к юноше, шелестя шелковыми юбками, и повисла у него на шее. — Я думала, ты уехал в Новый Волд! Так ты еще поживешь у нас?

— Нет, боюсь, нет, — Рохан высвободился из ее объятий и отодвинул девочку на длину вытянутой руки. — Дай-ка посмотреть на тебя. Недели не прошло — а ты опять подросла. Какой же красавицей ты станешь, когда вырастешь!

— Что за бумага? — спросила Ясенка, не слушая веселого лепета Хегрин, наполнявшего всю комнату.

Горин смущенно ответил:

— Это такая же грамота, как та, что показал тебе Рохан.

— О нет…

— Не бойся, Ясенка. Мне не нужно ехать в армию. По крайней мере пока.

— Только мелкое дворянство, — пояснил Рохан. — Неопытные юнцы вроде меня. — Он опять усмехнулся и позволил Хегрин стащить себя с кресла.

— Не хочу, чтобы кто-то уезжал, — сердито сказала девочка. — Всегда так! Только Рохан приезжает — и на другой день уже покидает нас! Мне так кажется.

— Времена такие, дочка, — сказал Горин.

— Я люблю Рохана, — заявила Хегрин, с обожанием глядя на юношу. — И когда-нибудь я на нем женюсь.

Рохан расхохотался:

— О нет! Ты мне сестра! А на сестрах не женятся!

— Ой, — сказала Хегрин, — об этом я и не подумала. Ладно, тогда я надену доспехи и поеду с тобой.

— А для этого, сестренка, ты еще слишком маленькая.

Обычно счастливое личико Хегрин помрачнело. Она нахмурилась. Серо-зеленые глаза затуманились.

— Для этого слишком маленькая, для того — слишком большая, для третьего — сестра… Хоть для чего-то я гожусь или нет?

Рохан снова рассмеялся и обнял ее.

— Вот станешь чуть-чуть постарше, сама все поймешь, обещаю. Ладно, пошли, расскажешь мне, что у тебя на уме, а я позабавлю тебя своим маленьким волшебством. Честное слово, я совсем чуть-чуть поколдую! — посмотрел он на нахмурившуюся Ясенку. — Просто забава, чтобы развеселить милых дам.

Ясенка покачала головой:

— Увы, боюсь, что твой дед, как бы мне ни неприятно было в этом признаваться, прав насчет тебя. Ты действительно очень легкомысленный. Обещай: то, что я расскажу тебе о твоих врагах, с которыми тебе придется сидеть за одним столом при дворе старой королевы-вдовы, не вылетит у тебя из головы сразу же!