Альдов выбор - Дарья Быкова

Все мои инстинкты кричат, что надо любой ценой вырываться и бежать, ведь взывать к разуму бесполезно, это уже не Йар, это худшее, что в нём есть, помноженное многократно на запрещённое зелье. Вот только вырваться нечего и мечтать… я же не ящерица, чтобы ускользнуть, оставляя в руках напавшего хвост. Но и просто стоять и ждать невыносимо…

То, что я делаю, продиктовано совсем не романтикой. Я вовсе не о том думаю, что последнее впечатление, которое мне доведётся испытать в жизни – его поцелуй, я не надеюсь, что сама по себе моя попытка поцеловать заставит сменить гнев на милость, и страсть убивать заменит на другую, менее разрушительную… Я рассчитываю лишь на старую добрую ликавку. После признаний Йара получасовой давности я столько её сжевала, чтобы не броситься за ним, сдаваясь на милость победителя, что меня даже это общее безумие не взяло. Я, кажется, вся пропитана ликавкой, и в моём поцелуе её куда больше, чем в дыме от костра.

Йар отвечает на поцелуй сразу же. Мне даже кажется, что он делает встречное движение, что мы встречаемся посередине, и это ещё вопрос – кто кого целует, а кто отвечает. Сначала жёстко и зло, сминая мои губы до боли, затем уже чуть нежнее, отпустив моё многострадальное запястье, но зато впечатывая меня в себя, так, что я не могу вдохнуть и всерьёз опасаюсь, что альд пойдёт до конца, невзирая на обстоятельства и свидетелей… Затем объятия становятся мягче и наконец Йар меня отпускает. Уже очень осторожно и бережно. Делает шаг назад. Я почему-то не решаюсь сразу посмотреть ему в глаза, а через секунду это уже и невозможно – альд склоняется над Лишей, снимая с неё заклятие, замедляющее время. Она рычит и бьётся в руках альда, сыпля на его голову проклятиями – видимо, её тоже зацепило зельем. Я видела, как она бросила браслет в костёр, и прекрасно понимаю, кто виновник моей чудом не свершившейся гибели, а ещё я под ликавкой, так что Лишу мне ни капельки не жаль.

Впрочем, Йар не делает ничего, только держит, а девушка начинает задыхаться, и в её прояснившемся взгляде появляется паника.

– Сняв браслет, ты себя убила, – с удовольствием говорит ей Йар. – Но у тебя ещё есть небольшой шанс. Расскажешь всё, что знаешь, и я остановлю для тебя время на срок, достаточный, чтобы доставить к целителям. Каждая секунда промедления, Лиша, крадёт твою жизнь. И я с наслаждением посмотрю, как она закончится!

Девушка судорожно дышит. Пару секунд она молчит, затравленно оглядываясь, а затем, запинаясь и глотая некоторые слова, начинает говорить.

– Нет, – истерично шепчет она. – Это неправильно, я не должна была пострадать! На меня накладывали специальное заклятие, чтобы когда я сниму браслет…

Девушка замолкает из-за приступа кашля.

– Именно оно тебя и убивает, – пожимает плечами Йар. – И мне интересно не то, как ты собиралась выжить и с этим жить, а кто тебя завербовал.

Лиша прерывисто дышит… и не верит.

– Ты ничего мне не сделаешь, альд! – выплёвывает она. – Я не поддамся на твои штучки!

– Я так рад, – в ответ проникновенно мурлыкает Йар, – что ты выбрала смерть!

От обещаний, которые слышатся в его голосе, мне становится так же жутко, как и несколько минут назад, когда, казалось, он раздавит голыми руками сначала моё запястье, а затем и горло.

Я всё понимаю, Лиша чуть не убила нас всех, чуть не развязала войну, но если и было у меня где-то внутри чувство справедливости, его перехлестнул ужас. Кажется, я делаю судорожный вздох-всхлип, но Йар, к счастью, вовсе не собирается пытать её прямо сейчас – меня уже почти привычно пробирает мороз от сильной магии, и Лиша застывает. Видимо, альд собирается безжалостно допросить её потом?

Поднять взгляд на альда я всё так же не могу. Но зачем-то заставляю себя оставаться на месте, когда он делает шаг ко мне. Вздрагиваю, правда, так, что не заметить невозможно. Йар останавливается. Очень мягко, как никогда раньше, спрашивает:

– Сонное зелье есть?

Я молча, стараясь унять дрожь в руках, достаю из сумки требуемое, и протягиваю ему. Дрожь унять не удаётся, и я чувствую себя невероятно жалкой.

– Бросай, – вздыхает альд, видимо, решив не приближаться.

Послушно швыряю в него небольшой бутылочкой, там сильный концентрат, но я не успеваю предупредить об этом – Йар ловко ловит и тут же всё выливает в костёр. Я поспешно сажусь на землю, задерживая дыхание, но надолго меня не хватает – первый же вдох, и я отчаянно зеваю. У меня и в самом деле хорошие зелья, что ни говори. Интересно, как сам Йар?

Утром всё кажется сном. Мне столько бредовых снов – к счастью, не видений, а и в самом деле только снов – показано за эту ночь, что и история Лиши и её браслета кажется просто фантазией излишне чувствительного воображения. Вот только солнце уже очень высоко, а вокруг никого, кроме неподвижно сидящего у костра Йара. И всё же я понимаю что к чему далеко не сразу. Откидываю чужой плащ, которым укрыта, и сажусь. Во рту до сих пор горечь от ликавки. Кажется, я наелась на годы вперёд…

– Где все? – спрашиваю у альда, который теперь рассматривает меня, ровно таким же ничего не выражающим взглядом, каким изучал костёр.

– Ушли собирать… в основном, – моргнув, отзывается.

Пару секунд мы молча друг на друга смотрим.

– Без меня? – зачем-то я уточняю очевидное.

– Без, – кивает альд, и в глазах его мелькает что-то немного похожее на смешинку. – И без меня.

– Почему без меня? – допытываюсь я.

– Не смогли разбудить, – чуть улыбается Йар. Но улыбается лишь губами, глаза непроницаемы.

– А пытались? – подозрительно уточняю я. И «в яблочко» – альд чуть заметно качает головой. Не пытались. Йар не велел?

Снова повисает пауза, и, кажется, альд читает по моим глазам куда лучше, чем я по его.

– Лиша… – говорю я и беспомощно замолкаю.

– На пути в столицу, с Гридом. И Маиной.

– Маиной? – я всё-таки встаю и иду к костру, принимаю из рук Йара миску с тёплой ещё кашей, усаживаюсь напротив, через костёр. – Спасибо.

Альд молча кивает.

– Не расскажешь? – спрашиваю я, перемешав кашу и облизывая ложку.

– Я чуть не убил тебя, – говорит Йар. Словно это главное.

Я вздыхаю. По глазам альда всё так же ничего не прочитать, да и голос звучит ровно, но я не могу отмахнуться от ощущения, что это его мучает. Сильно мучает. Самонадеянно, вероятно, но, впрочем, скорее всего, дело не именно во мне, а в том, что он потерял над собой контроль.

Я отставляю миску и иду к Йару. Сажусь рядом, чуть задевая плечом, как он меня вчера. Вот только не знаю, что сказать.

– Я бы поклялся ещё вчера, что для тебя самое безопасное место – рядом со мной, – говорит альд, скользнув по мне быстрым взглядом и снова глядя на пламя.

Я тоже смотрю на огонь. Парадоксально, но я до сих пор готова в этом поклясться. А ещё меня затапливает волной щемящей нежности, и мне как никогда хочется его поцеловать. Но я лишь беру альда за руку, переплетая пальцы.