Железный король - Джули Кагава

Почти час мы простояли в очереди в клуб.

— Всего этого можно было бы избежать, если б ты меня послушала!— в сотый раз прошипел Грималкин и впился когтями мне в руку.

Я с трудом подавила желание наподдать коту и отфутболить егоза забор.

— Отстань от меня, Грим. Я же пробовала, так что хватит уже.

Люди косились на чокнутую девицу, бормочущую себе под нос,но я не обращала на них никакого внимания. Не знаю, что они видели при взглядена Грима, но уж точно не толстого говорящего кота.

— Обычное заклинание невидимости. Проще не бывает! Котятаучатся такому раньше, чем ходить!

Я бы ответила, но мы уже приближались к вышибале,охраняющему главный вход в «Синий хаос». Накачанный темнокожий гигант проверилдокументы у парочки перед нами и махнул рукой: проходите. Грим вонзил мне вруку когти, и я несмело шагнула вперед.

Холодные черные глаза смерили меня с ног до головы.

— А ты куда, цыпочка? — Вышибала пошевелил пальцами, —Давай-ка дуй отсюда. Тебе завтра в школу.

Во рту у меня пересохло, но тут Грималкин проговорил голосомнизким и убаюкивающим:

— Ты не так на меня смотришь. Вообще-то я намного старше, чемкажусь.

— Ну да? — Качок не поверил, но, по крайней мере, невышвырнул меня из очереди за шкирку. — А документ покажешь?

— Конечно. — Грим цапнул меня когтем, и я, поддерживая котаодной рукой, протянула вышибале старый билет в кино.

Он схватил картонный квадратик и скептически прищурился. Уменя внутри все обмирало, прошиб холодный пот. Грималкин беспечно урчал у меняна руках. Наконец охранник нехотя вернул мне карточку.

— Ну ладно... Заходи тогда.

Взмах огромной руки — и мы уже в клубе.

Внутри творился хаос! Я прежде не бывала в таких заведениях,свет и звук меня сразу же одурманили. Под ногами клубился искусственный дым,напоминая о ползучих туманах Дикого леса. Разноцветные огни превращали танцполв фантазийный фонтан голубого, желтого и рокового. Музыка гремела в ушах,отдаваясь вибрацией в животе; как можно разговаривать среди подобной какофонии?

Танцоры кружились, качались и дергались в центре залa, ритмичнодвигались под музыку, источая пот и энергию. Некоторые танцевали поодиночке,другие — парочками, лапая друг друга за все части тела, отдаваясь энергетикетанца, перерождающейся в подлинную страсть.

Среди них, извиваясь в неистовых корчах, высасывая извоздуха половодье чар, танцевали фейри.

Я заметила фей в кожаных Штанах и сверкающих переливающихсятопах — настоящих лохмотьях по сравнению с нарядами Летнего двора. Девушка сптичьими когтями и перьями вместо волос порхала над толпой, царапая юные тела ислизывая с плоти кровь. Сухощавый юноша с чрезмерно длинными руками,сгибающимися не только в локте, а сразу в двух местах, обхватил танцующую парусзади и вцепился костлявыми пальцами в волосы. Две девицы с лисьими ушамитанцевали вместе, зажав посередине смертного, прижимаясь к мужчине всем телом.Человек откинул голову в экстазе, не чувствуя женских пальцев, скользящих унего по ягодицам.

Грималкин завозился у меня в руках, спрыгнул на пол ипобежал в самую глубину помещения. Пушистый хвост казался перископом в океанедыма. Я последовала за котом, стараясь не пялиться на танцоров из иного мира,круживших в человеческой толпе.

В дальнем от входа углу, возле бара, показалась небольшаядверь с надписью: «Только для персонала». Взгляд невольно скользил мимо двери,чары, мерцающие вокруг дверного проема, мешали сосредоточиться. Я направиласьтуда, но близко подобраться не смогла — из-за барной стойки вырос подозрительноприщурившийся бармен с темными волосами, забранными в хвост, и рожками надолбом.

— Нечего тебе там делать, куколка, — предостерег он и, цокаякопытцами по деревянному полу, переместился к другому концу стойки. — Давай-каугощу тебя вкусненьким. За счет заведения.

Грималкин запрыгнул на табурет и взгромоздился переднимилапами на стойку. Человек на соседнем табурете продолжал попивать коктейль какни в чем не бывало.

— Мы ищем Смальту, — заявил Грим.

Бармен недовольно повернулся к коту.

— Она занята, — произнес сатир, избегая смотреть Гриму вглаза, и принялся равнодушно протирать барную стойку. Грим все гипнотизировалего взглядом. Наконец бармен поднял голову и угрожающе прищурился, — Я скакал,она занята. Так что отвалите, пока я Красных колпаков не спустил. Они вас живов бутылку упихнут.

— Дэвид, так с клиентами не обращаются, — раздался холодныйженский голос. — Особенно со старыми друзьями.

Женщина позади нас, невысокая и субтильная, с бледной кожейи неоново-голубыми губами, сардонически скривилась. Волосы колюче топорщились унее на голове во все стороны; пряди, выкрашенные во всевозможные оттенкисинего, зеленого и белого, казались ледяными сосульками. Кожаные штаны плотнообтягивали ее ноги, укороченная футболка едва прикрывала грудь, а на бокуболтался кинжал. Все лицо незнакомки — брови, нос, губы и щеки — испещряли золотыеи серебряные колечки пирсинга. В длинных ушах позвякивали серьги, которыххватило бы на целый ювелирный магазин. На серебристом гвоздике, Вставленном впупок, болталась крошечная подвеска в форме дракончика.

— Здравствуй, Грималкин, — не слишком приветливопоздоровалась незнакомка. — Давненько не виделись. Что привело тебя в мойскромный клуб? Да еще и с Летней полукровкой? — Искристо-синие глаза слюбопытством осмотрели меня с ног до головы.