Хозяин - Александра Лисина

— Ничего себе! — неприлично присвистнул Весельчак, разглядев находку. — Похоже, нас занесло на то самое поле!

— Это центр того места, где когда-то была Битва тысячи магов, — глухо отозвалась Белка. — Амулет Изиара поддерживает здесь заклятие остановленного времени, поэтому все выглядит так, будто прошло всего два десятка лет, а не девять тысяч. Тут много костей. Весь Проклятый лес, считай, растет на костях — человеческих, гномьих, эльфийских. Везде, где лилась кровь, теперь шумят деревья. Кстати, здесь, рядом с Лабиринтом, — низина, где время течет совсем иначе. Ее потому и назвали Ямой, что она все время идет под уклон, а еще чуть ли не до верха наполнена доспехами и костями. Так что смотрите не споткнитесь.

— А тут змей, случайно, не водится? — опасливо покосился по сторонам Ирбис.

— Тут вообще никто не водится. Мы со Шранком были здесь дважды и ни разу ничьих следов не видели, Траш тоже посторонних не учуяла, да и Танарис сказал, что вокруг чисто. Но на всякий случай все равно поглядывайте, мало ли чего.

Воины угрюмо кивнули и дальше двинулись еще осторожнее, стараясь не тревожить старые кости. Но, как и сказала Белка, их оказалось так много, что вскоре вся поляна была покрыта ими, как снегом. Тут были скелеты и эльфов, и гномов, и людей, и даже странные, изломанные непонятной магией кости поистине чудовищных размеров. Мелькали чьи-то гигантские клыки, вполне сравнимые с зубами недавно виденного питона. Пару раз попадались скелеты гигантских зверей. А еще были останки громадных ящеров и хмер. Скелетов оказалось так много, что разум упорно отказывался поверить в увиденное.

Их были тут десятки, сотни тысяч! Изрубленных до неузнаваемости и искалеченных. Тех, кто сначала с остервенением сражался друг с другом, а затем плечо к плечу встал против новой угрозы — тварей из Нижнего мира. Многих демонов объединенная армия сумела уничтожить, но скольких же жертв это потребовало? Сколько существ сложили здесь свои головы и остались гнить в неизвестности?

Под чьей-то ногой снова отвратительно громко хрустнуло, и воины мрачно переглянулись. Все. Дальше они пойдут по черепам и полурассыпавшимся скелетам. Впереди, насколько хватало глаз, кости громоздились уже в несколько слоев, загораживали все доступное взгляду пространство. Возвышались целыми холмами, между которыми с трудом удавалось рассмотреть крохотные проходы, сделанные непонятно когда и непонятно кем. На фоне бесконечного белого поля почти терялись древние доспехи и ржавое от пролитой когда-то крови оружие, темными пятнышками мелькали сломанные наконечники копий, полуразложившиеся ножны и щиты. А между ними, бесцеремонно раздвинув мертвые останки, победно пробивалась все та же необычная трава, что уже взмывала вверх на полтора человеческих роста.

В какой-то момент незваные гости всей кожей почувствовали: там, внизу, под толстым слоем земли, костей не меньше. А то, может, и больше, чем наверху, потому что прошедшие века не могли не сказаться на этом страшном месте.

Впервые раздавив чей-то череп, Весельчак скривился и невольно замедлил шаг. Однако лучше не стало: отвратительный хруст доносился со всех сторон, перемешанный с доброй порцией ругательств, сдавленных проклятий и едва слышным шипением эльфов, которые находили кощунственным топтать прах своих предков грязными сапожищами.

Белка, по обыкновению, не обернулась ни разу. То ли чувствовала, что все живы и здоровы, то ли прислушивалась к чему-то еще, то ли просто размышляла. Таррэн не знал ответа. Он лишь старался не отстать, краешком глаза следил за остальными и внимательно посматривал по сторонам, выискивая вход в пресловутый Лабиринт. И в какой-то момент так увлекся, что едва не пропустил момент, когда Гончая отодвинула с пути очередную охапку зеленых стеблей, сделала пару шагов вперед и внезапно остановилась.

— В чем дело? — обеспокоился Элиар, выходя следом за ней на маленькую площадку, лишенную растительности. — Что-то чуешь?

Белка встала на треугольном пятачке, со всех сторон окруженном костями, которые, словно страшноватая мозаика, возвышались над головами чужаков.

Ничего необычного в этом зрелище, на первый взгляд, не было — просто очередные кости, уложенные какой-то неведомой силой в правильные белые пирамиды: две — на востоке, разделенные черным провалом, еще одна — на севере и, наконец, последняя — строго на юге. Настораживало то, что рядом с ними не виднелось ни одного куска железа — ни доспехов, ни оружия, ни конской сбруи. Только белые ровные кости да густая трава, которая отчего-то не решилась переступить невидимых границ треугольника и обогнула костяные пирамиды по широкой дуге.

— Белик? — нетерпеливо помялся Элиар.

— Нет, ничего не чую, — наконец отозвалась Гончая. — Но в этом-то и загвоздка. Таррэн, чего застрял? Иди сюда, ты мне нужен.

«Нужен?» — эхом повторил он, но быстро опомнился и послушно приблизился.

— Что-то не так?

— Все не так.

— Как я должен это понимать?! — озадаченно огляделся темный эльф.

— Да не туда смотришь, — с досадой сказала Белка и, цапнув его за руку, оттащила в самый центр образованного пирамидами треугольника. — Ну? Теперь понятно?

Таррэну потребовалось несколько секунд, чтобы стряхнуть знакомое оцепенение от ее близости. Лицо осталось совершенно невозмутимым, хотя сердце и заколотилось, а руки в перчатках вспотели. Он с некоторым трудом заставил себя смотреть на нерадостный пейзаж, а не в глаза Белки, еще раз внимательно оглядел пирамиды и мысленно пожал плечами.

— Куда дальше?

— Боги! — почти простонала она. Маленькие руки бесцеремонно рванули эльфа за подбородок и насильно повернули на восток. — До чего ж дурной! Ну? Ничего не видишь знакомого?!

Таррэн непонимающе моргнул, все еще разрываясь между ее волнующей близостью и остальным миром. Тяжело вздохнул, тряхнул черной гривой, прогоняя неуместные эмоции, и… в следующую секунду с его глаз словно пелена упала: возвышающиеся вокруг одного из проходов костяные горы внезапно сложились в совершенно отчетливую, до боли знакомую картинку — родовой герб правящего дома Л’аэртэ: гигантского дракона, держащего в пасти жемчужину древнего знания, которая на этот раз оказалась не изумрудом, хранящим бессмертие его рода, а зияющим входом в многоуровневое подземелье.

Ну конечно! Это же самый настоящий дракон! Вот и громадная морда, скалящая страшноватую пасть, вот и шея, и все остальное! За пирамидами легко угадывалось массивное тело, хвост пропадал где-то в необозримой дали… хотя нет, он обвивался вокруг поляны. Только был не из живой плоти, а искусно сложен из старых, слегка потемневших от времени, отполированных холодными ветрами костей. А врата, самые настоящие врата расположились между двумя восточными пирамидами, которые смутно напоминали драконьи зубы. И над ними, прячась среди беспорядочно накиданных, каким-то чудом держащихся на одном месте обломков, неярко белело блеклое и почти незаметное изображение ясеня.

Темный эльф изумленно выдохнул и наконец нашел в себе силы отстраниться.