Силуэт в разбитом зеркале - Евгений Гаглоев

Тимофей пробыл с Лизой почти до одиннадцати часов вечера. Они навели порядок в ее комнате, а затем смотрели телевизор, сидя в обнимку на диване в гостиной. Лиза потихоньку успокоилась, но он все же не хотел оставлять ее одну.

Время было позднее. Тимофей отлично понимал, что в академию теперь придется пробираться через дыру в ограде, а затем звонить Димке или Стасу, чтобы открыли для него окно в комнате. Но не мог же он вот так взять и уйти. Что, если неведомая убийца вздумает вернуться?

– Если хочешь, могу остаться ночевать, – предложил он Лизе.

– Будешь спать под лестницей, как Гарри Поттер? – поинтересовалась она в ответ.

– Могу лечь прямо на этом диване.

Но тут в особняк вернулись Ирина и Олег. Увидев Тимофея, они ничего не сказали, просто поднялись на второй этаж. Еще полчаса спустя приехала горничная. Теперь Лиза была не одна, значит, его помощь больше не требовалась. Попрощавшись, Тимофей отправился в академию.

По пути он все же позвонил отцу и рассказал ему о случившемся. Егор разволновался настолько, что хотел немедленно вернуться обратно в Клыково, но затем передумал.

– Я поговорю с вашей директрисой, – сказал он, поразмыслив. – После недавнего нападения Нимфы в академии постоянно дежурит несколько отлично подготовленных охранников. Может, Елена Федоровна отправит парочку бойцов к нашему дому. Они-то никого не пропустят в особняк. Но ты уверен, что не узнал эту женщину?

– Она закрыла лицо маской. Сначала я решил, что это Змееносец, но потом понял, что он гораздо шире в плечах.

– Да, дела, – вздохнул Егор. – Стоит только ненадолго отлучиться… Ладно, спасибо, что позвонил. И спокойной ночи, сын. Завтра я приеду, и мы с тобой еще поговорим.

– Хорошо, – ответил Тимофей и отключил связь. Из темноты уже выступали корпуса академии, окруженные высокой чугунной оградой. Территорию ярко освещали прожектора, установленные на крышах зданий. Тимофей уже направился в сторону заветной дыры в заборе, когда увидел неподалеку за деревьями неприметный черный фургон. Пока он соображал, кто бы это мог быть, из фургона уже выбрался человек и заспешил ему навстречу.

Это был Платон Долмацкий. Но в каком виде! Седые волосы едва ли не торчали дыбом, руки тряслись, в глазах застыло смятение.

– Тимофей, – быстро проговорил старик, хватая парня за рукав, – как хорошо, что я тебя встретил! Как раз собирался в академию, но вовремя заметил тебя. У меня к тебе дело…

– Я задержался в городе, но больше этого не повторится, – принялся оправдываться Зверев. – Обстоятельства так сложились…

– Меня не волнует твое нарушение режима, я здесь из-за своей дочери.

– Что-то случилось с Серафимой?

– Да… – кивнул Платон Евсеевич. – Она в плену. У Мастера Игрушек.

– Что?! – опешил Тимофей. В его памяти тут же всплыло клеймо с инициалами «М. И.». – Как это случилось?

– Ты знаешь кое-что о моей работе… – Платон Евсеевич отвел глаза. – Мы получили заказ на один редкий артефакт. И Серафима так загорелась, что отправилась за ним в одиночку. Она не первый раз работает одна, и я был уверен в ее безопасности, поскольку моя девочка всегда находит выход из любой ситуации. Но тут вдруг все пошло не по плану. Хозяин поймал ее в момент кражи.

– И что вы собираетесь предпринять? – забеспокоился Тимофей. – Полицию точно не будете вызывать…

– Конечно. Никто не должен узнать о происшествии, особенно – Первородные… Ведь тогда информация дойдет до Королевского Зодиака, а этого нельзя допустить. Мастер Игрушек – слишком важная фигура в мире Первородных. Если станет известно, что мы с дочерью пытались его обокрасть, нам не поздоровится. Поэтому я умоляю тебя, Тимофей. Я готов перед тобой на колени встать… – задыхаясь, проговорил старик. – Мастер Игрушек пообещал отпустить Серафиму, если за ней придешь ты.

– Я?! – остолбенел Зверев. – А я-то ему зачем?

– Он не объяснил… Сказал только, что много о тебе слышал… Сейчас внимание всех Первородных приковано к академии «Пандемониум» и ее ученикам. Возможно, он в курсе, что ты потомок Огненного волка… Я понимаю, что прошу немало. Но ведь ты способен за себя постоять даже в поединке с таким чудовищем, как Мастер Игрушек. А я не могу лишиться дочери… Я этого просто не переживу.

– Что же вы не думали об этом, когда отправляли ее на такое задание?

– Серафима всегда возвращалась! – горячо воскликнул Платон Евсеевич. – Смелая, решительная, отчаянная девочка… Я не понимаю, как она попала впросак. Наверняка ее голова все еще забита этим мерзким мальчишкой, Климом Поликутиным! Она не забыла его, мысли о нем гложут ее изнутри, вот она и потеряла бдительность. Но с тобой такого не случится.

– Откуда у вас такая уверенность?

– Я знаю, кто ты! И уже не раз видел тебя в деле. Ты сможешь вернуть мне дочь, Ликой. Пожалуйста! Не ради меня, но ради нее. Я знаю, что вы с Симой очень дружны.

– Ладно, – скрепя сердце согласился Тимофей. – Где он живет?

– Я отвезу тебя и буду ждать вашего возвращения. Только забери у него Серафиму!

– Едем, – согласился Тимофей. – Но если со мной что-то случится, вам придется объясняться с моими родителями.

– Если начнется серьезная заварушка, я сам ворвусь в дом и постараюсь вас защитить. Но лучше обойтись без лишней крови. Мастер Игрушек – не тот, с кем можно враждовать…

* * *

– Ты не представляешь, что значит для меня твое согласие, – говорил по дороге Платон Евсеевич Тимофею. – Никто и никогда ничего подобного для меня не делал. И я умею быть благодарным! Только попроси, и я исполню любое твое желание.

– Сейчас я хочу только, чтобы с Серафимой все было в порядке, – ответил Тимофей, глядя, как проносятся в темноте за окном деревья.

– Ни о чем не беспокойся, – заверил его Долмацкий. – Я вас прикрою…

– Я не беспокоюсь, – стараясь придать голосу уверенности, произнес Зверев, хотя глубоко сомневался в исходе своей встречи с Мастером Игрушек.

Естественно, он боялся, хоть и старался не подавать вида. Мастер Игрушек… Платон Евсеевич рассказывал, что он очень опасен, и тем не менее отправлял к нему Тимофея. У Зверева мелькнула мысль, что, возможно, следовало захватить какое-нибудь оружие в арсенале академии. Но тогда пришлось бы объяснять Елене Федоровне слишком много всего, а времени уже не оставалось. Да и к чему ему оружие, если он сам – ходячий огнемет?

Главное, чтобы Серафима осталась цела.

– Что именно вы хотели у него украсть? – спросил Тимофей.

– Лучше тебе об этом не знать, – уклончиво ответил старик.