Утраченный покой - Любовь Пушкарева

Ник и Тод, вожак и преемник. Еще один сложный разговор, а я на грани. Взвинчена, издергана и переполнена новой для себя информацией, да и чужая сила все еще на губах как помада. Воспоминание о глотке, подаренном Элвисой, сбило меня с шага, как подножка.

– Эй, хозяйка, ты малость не в себе, – как бы шутя, но все же встревожено выдал Тони.

– Угу. Не малость.

– Хозяйка, – он загородил дверь в мой кабинет, – так не пойдет. Успокойся, обними меня.

Секунду тупо я таращилась на него, а потом до меня все же дошло, что это предложение силы. Я приняла его и обняла Тони, прижимаясь к нему всем телом. Такой горячий, такой сильный и такой простой. Я прекрасно понимала, что Ники нашла в нем, жаль, мне нельзя расслабиться и отдаться этой простоте и чужой силе, переложить все проблемы на него.

– Спасибо, Тони, – отстраняясь, я чмокнула его в щеку, как брата. Мне стало намного легче. Постояв еще несколько секунд, я втянула в себя его силу, окутавшую меня, словно теплая шаль, и восстановила щиты из виноградной лозы.

Вот теперь я готова к встрече с вожаком свободной стаи и его преемником.

– Извините, господа, но вы пришли во время званого ужина, и я не могла бросить своих гостей, – произнесла я, входя в кабинет. Тони, все так же без единого звука, последовал за мной.

– Filius numinis извинилась, где-то небеса упали на землю, – пробурчал Стивенсон.

– О, я слишком молода и не считаю зазорной обычную вежливость. Что привело вас ко мне? – я села в кресло напротив диванчика, на котором расположились гости.

– Удивительная деловитость для женщины, да еще и «розовой», – опять пробурчал вожак, не в силах справиться со своим раздражением.

– Вы отстали от жизни, весь город знает, что я универсал.

– Леди Дженьювин, – вдруг подключился к разговору Тод. – Вы не обещали нам помощь, но и не отказывали в ней. Сейчас ситуация стала критической. Мы еще раз просим о помощи. Я прошу.

– МЫ просим, – встрял вожак. – Мы просим о помощи.

– Если вы по поводу тех двух майамцев-ярлов, то зря. Седрик хоть и не любит вас, но не дурак. Он недвусмысленно дал им понять, чтоб выметались из города и искали себе стаю помельче да попроще.

– Что ж, это добрые вести. Одной проблемой меньше. Но пришли мы не из-за чужаков. Френк Сугава. Через пять дней полнолуние, и Сугава убьет Тода.

– Откуда такая уверенность?

– Мне донесли об этом больше месяца назад: Сугава оскорбит Тода на сборе стаи и вынудит его вызвать себя на поединок чести. И убьет. Перед прошлым полнолунием я смог отослать Тода из города, но сейчас уже не смогу. Сугава самый сильный волк среди нас. Если бы мы жили, как южные стаи, он давно был бы вожаком, а я сгнил с перегрызенной глоткой. Но мы – северные – мы больше люди, чем звери. Мы строим свою жизнь, решаем проблемы, как люди. Это у зверей кто самый сильный, тот и наверху, а у людей к силе должны прилагаться мозги, – наставительно закончил он. И этот его менторский тон выдал, насколько он на самом деле стар.

С последним утверждением я была согласна, а вот с тем, что наши волки строят свою жизнь и решают проблемы, как люди, я бы поспорила. Но не сейчас.

– У вас есть план? Я ведь не могу просто прийти и забить кнутом вашего Сугаву. Да у меня и не выйдет, даже если б хотела.

– Не выйдет? – обеспокоено спросил Стивенсон. – Почему?

Я пожала плечами

– Я белая, проявлять агрессию мне совсем не свойственно. Я на нее способна только при серьезной угрозе моей жизни или тому, кто мне дорог.

– А он вам дорог? – вожак кивнул на подпиравшего стену Тони. Мой волк грациозно, на публику, приблизился ко мне, стек на колени и заглянул мне в глаза.

– Тони дорог мне, – нервничая, ответила я. – Но причем тут это? Я никому не позволю угрожать ему.

– Слова настоящей filius numinis, – насмешливо ответил Стивенсон.

Я в возмущении открыла рот и … захлопнула его. А вожак безжалостно продолжил.

– В прошлое полнолуние, когда мы узнали, что шавки Седрика напали на своего, бывшего своего, Пса-хаски, то еле сдержал стаю. Они тоже хотели поохотиться на ренегата. И знаешь, Росео, сейчас я их уже вряд ли удержу.

– Это угроза? – металлическим голосом спросила я.

– Нет, – ответил Тод, но я и бровью не повела, уставившись на вожака.

– Нет, – устало ответил он. – Это предупреждение. Я не всесилен.