За Гранью. Книга первая - Литта Лински

— И как вы собираетесь это осуществить? — мать вместо того, чтобы ужасаться самой идее, как обычно, озаботилась практической стороной ее воплощения.

— Как, как, — пробормотал в ответ Рейлор, отводя глаза. — Кинжал в сердце или яд.

— Ты много смыслишь в ядах, сын мой? У тебя есть возможность проникнуть на кухню, где готовятся блюда для короля?

— Куда проще подсыпать яд в тарелку или кубок короля во время трапезы, чем в процессе приготовления. И тем самым исключить риск случайно отравить кого-нибудь еще, — вмешался Лан. — В конце концов, мы всегда сидим подле его величества.

— На глазах у всех, — добавила мать. — Имейте в виду, у нас только одна попытка. И еще, — она обвела мужчин глазами. — Мы не можем прибегнуть к чужой помощи. Во-первых, потому что довериться кому-либо — огромная опасность. Даже собственным слугам. Пусть мой покойный муж и отбирал с особым тщанием самых верных людей. Я знаю, многие из них готовы жизнь отдать за Таскиллов, но мы не вправе ставить их перед таким страшным выбором — верность своим господам или своему королю. О том, чтобы возложить эту миссию на человека постороннего не может быть и речи. Во-первых, Лан прав в том, что нет практически никого, кто стоит к Йеланду ближе, чем мы. Во-вторых, потому что Таскиллы и Линсары никогда не унизятся до того, чтоб лишить своего короля жизни, прибегнув к помощи наемного убийцы. Каким бы чудовищем не был Йеланд, он — король Элара и имеет право умереть от руки человека благородной крови. И по той же причине яд представляется мне недостойным оружием.

— Но, мама, — возразил Лан. — Яд — единственный, пусть и призрачный шанс избежать расплаты за содеянное.

— Именно, поэтому мы не имеем права к нему прибегнуть. Если уж мы берем на себя ответственность за жизнь короля и судьбу страны, то должны делать это открыто. Мы — заговорщики, но не подлецы.

— Я убью его! — Рейлор чувствовал, что бросает вызов всему миру. — Открыто, глядя в глаза.

— Ты? — голос матери дрогнул, а пальцы впились в подлокотники кресла.

— А кто же еще? Ты сама сказала, что мы не имеем права посвящать в заговор посторонних. Эдан, что бы он там не говорил, не сможет даже подобраться к королю. Он и в столице-то находится незаконно. Хорошо, что мы можем положиться на наших людей и быть уверенными, что о его присутствии не станет известно Йеланду. Остаюсь только я.

— И я, — голос Лана прозвучал спокойно и уверенно, но глаза выдавали смятение.

— Лан! — мать даже повысила голос, что случалось на его памяти крайне редко.

— Не говори ерунды, братишка! — Рейлор увидел, как задел Лана его тон и постарался смягчить сказанное. — Никто не сомневается в твоем мужестве, и дело даже не в годах. Просто я — герцог Таскилл, а оттого только мне принадлежит сомнительная честь отправить нашего недостойного короля за Грань.

— Хватит уже делить право вонзить кинжал в сердце Йеланда. Лучше подумайте, что будет потом, — Рейлору показалось, что мать просто решила сменить тему. Еще бы — слушать как твои сыновья спорят, кто из них станет цареубийцей, а затем отправится на казнь.

— Ничего хорошего, — буркнул Эдан. — Если Рейлора схватят, я сдамся и отправлюсь на плаху вместе с ним. Лучше бы, конечно, убийство короля стало моим уделом, но вы правы в том, что мне к Йеланду не подобраться. Однако я готов держать ответ за решение, которое принял еще до того, как посвятил вас во все это.

— Я не об этом, — прервала эна Таскилл. — Кто по-вашему займет трон после Йеланда?

— Нейри, разумеется, — Рейлор пожал плечами.

С момента Лотэссиной помолвки он недолюбливал принца и пусть в итоге соперник тоже остался ни с чем, отношение Рейлора к нему не изменилось. Однако это никак не меняло того, что Нейри Ильд — законный наследник престола.

— Само собой, — кивнул Эдан. — Какие еще могут быть варианты?

— Я рада, дети мои, что никому из вас не пришло в голову претендовать на престол. Ваша кровь в некотором роде позволяет это, но у короля есть преемник, в отличие от брата не запятнавший себя недостойными деяниями. Хоть я и не считаю, что из Нейри выйдет хороший король, но в любом случае править он будет лучше Йеланда.

— Можно подумать, кто-нибудь из нас стал бы хорошим королем. Разве что, Лан. Видно, ваша рассудительность, матушка, вся без остатка досталась ему. Но никому из нас и в голову не придет претендовать на корону. Да и не на что ее надевать будет, скорее всего, — мрачно усмехнулся Рейлор и тут же осекся, взглянув в глаза матери. — Вы считаете, мы должны поставить принца в известность? — он поспешил перевести тему.

— Ни в коем случае! Мы не имеем права ставить Нейри Ильда перед столь ужасным выбором. Надо полагать, он понимает, какой бездарный король вышел из Йеланда. И, без сомнения, у Нейри есть основания для ненависти, но но ни то, ни другое не является причиной для участия в заговоре против брата и короля. Если мы доверимся принцу, то он будет обязан немедленно схватить нас как государственных изменников, коими мы и являемся. Впрочем, такая обязанность будет лежать на нем и в случае, если наше покушение окажется успешным.

— То есть, мы посадим его на трон, а он в ответ лишит нас жизни? — Эдан не желал мириться с таким раскладом. — Это несправедливо! Ведь мы идем на цареубийство не ради себя, и не ради Нейри Ильда, а для блага Элара. Почему бы не рассказать принцу все, что я узнал от Лотэссы? Я поверил ей, вы поверили мне. Почему бы и Нейри не поверить? Он ведь любил Лотэссу.

— Лучше бы ей самой поделиться с женихом этой необыкновенной историей. Кто знает, возможно Лотэссе удалось бы его убедить, — вздохнула мать. — Ей, но не нам. Даже если принц поверит, вряд ли, он изменит долгу и голосу крови. Не стоит на это рассчитывать.

— Вы правы. Значит, и говорить больше не о чем, — мрачно подвел итог Рейлор. — Мне надо побыть одному, — и он вышел из комнаты.

Не так уж просто смириться с мыслью — стать убийцей собственного короля, пусть тот и оказался последним подлецом и ничтожеством. Перспектива обагрить руки кровью Ильдов страшила Рейлора куда больше собственной смерти, которой суждено было стать неминуемой расплатой за цареубийство. Мысль о казни даже в некотором роде успокаивала, ему не придется жить с таким грузом на душе.

Выхода нет. Король, предавший собственный народ и весь мир заодно, не будет наслаждаться плодами своей грязной сделки. Хотя, если их и впрямь ждет Закат Мира, то он, выходит, даже окажет Йеланду услугу, избавив от необходимости лицезреть плоды своих решений.

Но как бы муторно и страшно ни было на душе, он сделает, что должен. Увидеть бы Лотэссу еще хотя бы раз, сказать бы ей, что он отомстил и за нее. И почему она не доверилась ему раньше? Кто знает, как бы тогда все сложилось. Мысли о Тэссе принесли новую боль. Когда она разорвала помолвку с Нейри, Рейлор против воли вновь обрел надежду завоевать сердце любимой девушки. Провожая Тэсс в Норту, Рейлор верил, что сможет заслужить право стать ее мужем. А он предпочла Дайрийца! Отказавшись от защиты Рейлора Таскилла, она решила искать покровительства у захватчика. И что хуже всего — отдала ему свое сердце. Уважая свободную волю Лотэссы, этого решения Рейлор не мог ни одобрить, ни простить. И все же не в силах был разлюбить ее.