Смерть за левым плечом - Юлия Ляпина

Несмотря на приготовленное феями зелье и отдых, чувствовала я себя неуверенно. Однако неугомонная Льюнет, болтая ножками, не прекращала свои комментарии:

– Пригласили как взрослую! Поправь слюнявчик, возьми конфетку и не капризничай!

Я едва сдержала смех, настолько верно фея передала мое самоощущение, поэтому свой домик я покинула с улыбкой.

Девушка проводила меня и телохранителя в самое большое здание, стоящее в центре. Чем ближе мы подходили, тем более удивительный вид открывался нашим глазам. Внешние стены домов покрывала мозаика из продолговатых глазурованных плиток. Они сияли на солнце, и только на определенном расстоянии ломаные линии складывались в узор. К моему удивлению, нас привели не во дворец, а в храм Света.

Провожатая указала нам на вход и отошла, пропуская нас внутрь. Каждый шаг открывал для нас новые красоты – мрамор, расцвеченный яркими пятнами от цветных стекол, вставленных в узкие высокие окна; мозаичные панно; бронзовые светильники, похожие на диковинных зверей и курильницы, подобные распускающимся цветам. Все поражало воображение роскошью и совершенно удивительным ощущением покоя.

У алтаря, украшенного живыми цветами, нас ждала группа женщин в разнообразной по стилю одежде. Среди них выделялась скромным серым одеянием та дама, что встретила нас на перевале. Я приветливо ей улыбнулась, и она улыбнулась мне в ответ. Стоило нам подойти ближе, как вперед выступила невысокая женщина в короне и блио, густо расшитом золотыми нитями. Белоснежный плат прикрывал ее волосы, обрисовывая лицо с четкостью каменной статуи. Я невольно ахнула:

– Королева Майлона!

Дама поощрительно улыбнулась:

– Рада, что ты узнала меня девочка.

– Простите, Ваше Величество! – я присела в почтительном реверансе, чувствуя, как мои щеки заливает краска стыда: так опозориться перед самой великой королевой нашего королевства!

– Пустяки, – царственно отмахнулась дама, еще во время правления прозванная Мудрой, – я рада твоему появлению, малышка. Здесь давно никто не появлялся. Я жду твоих рассказов про моего пра-пра-правнука, да и прочие новости мне интересны.

Я обвела взглядом остальных дам, и Ее Величество тотчас их представила:

– Лиадия Этинская, Катриона Пелейская, Сианила Флоренская…

Дамы, которых представляли, делали полшага вперед и слегка кланялись. Конечно, я не была им ровней, ведь даже в храмовой школе рассказывали о храброй принцессе Этинской, выкупившей своей свободой жизнь целого города. Баллады о любви рыцаря Риальдо и принцессы Пелейской пели барды на свадьбах, а именем герцогини Флоренской называли королевские парки.

– Нивея Тарнийская, наша Хранительница Врат, – королева улыбнулась, представляя даму в сером. – Она предупредила нас о скором вашем прибытии.

Я вдруг поняла, почему меня принимали в храме Света – все эти женщины давно числились умершими! Только в храме я могла не бояться призраков или восставших, Свет Предвечный хранил свой дом от смерти. Очевидно, все эти мысли проступили на моем лице, потому что дамы переглянулись и одобрительно улыбнулись.

Позднее я узнала, что долина оберегает своих жителей от преждевременной смерти, а женщины, принявшие постриг в храме Света, много десятилетий живут, не меняясь. Только и долину покинуть не могут.

Уверив меня в своем присутствии в реальном мире, дамы увели меня в красивую беседку, увитую плющом, и долго расспрашивали о том, что делается за пределами долины. Рассказать я могла немного, но, очевидно, королева Миалона умела спрашивать и делать выводы.

– Сколько же твои родители тратили в месяц на еду? – мимолетно интересовалась она, подливая густой и прозрачный напиток из местных ягод. – Какое жалование тебе полагалось, как фрейлине принцессы? Сколько камзолов у принца Тариса?

Под неспешные разговоры нам подали обед, потом ужин, а я все говорила и говорила. Когда небосклон снова начал светлеть, дамы вспомнили о времени:

– Прости нас, девочка, сюда уже много лет не отправляют принцесс, а купцы не так много могут рассказать о жизни аристократов и придворных, – извинилась ее величество. – Ступай в свой дом, отдохни до завтрашнего дня. Я пришлю к тебе девушку в помощь. А послезавтра начнем тебя учить.

Я, едва переставляя ноги, дошла до выделенного мне домика и рухнула на постель. День выдался невероятно длинным и тяжелым, так что теперь голова бессильно кружилась, не давая уснуть. Пришлось вспомнить свою профессию – я отыскала в мешке успокоительный сбор, капнула немного настойки в чашку с водой, выпила и уснула.

Спала до самого вечера. На закате мистрис Квис разбудила меня, заставила принять очень горячую ванну и напоила пряным бульоном. Когда сонное марево отступило, оказалось, что феечки все еще носятся по лугу, пугая кроликов, а вся гостиная завалена отрезами ткани, лентами, шнурками, булавками и прочим. Две девушки сидели у окна, ловя блики заходящего солнца и аккуратно, мелкими стежками сшивали что-то великолепно-алое.

– Ее Величество прислала к вам швей, госпожа, – пояснила мне мистрис Квис. – Они сошьют вам несколько платьев по ее распоряжению, а отделку и цвета можете выбирать сами. Сейчас они шьют платье для службы Свету.

Я молча обошла комнату. Кто-то очень грамотно выбирал все, что принесли с собой мастерицы. Все цвета и оттенки подходили брюнеткам, а отделка была не настолько пышной, чтобы выглядеть аляповатой. Передо мной лежали отрезы тонких тканей светлых оттенков синевато-фиолетового, желтого, светло-оранжевого и нежно-розового.

Дальше расположились более плотные ткани темных тонов: фиолетовый, коричневый, палевый и черный. Для отделки к ним предлагалась яркая тесьма, полоски меха, шнуры и бархатные ленты. Осмотрев все варианты, я велела мистрис Квис посмотреть, что уцелело в моих мешках и предоставить мне отчет. Оказалось, что добрая женщина уже сделала это, опасаясь, что подмокшая одежда испортится.

Осмотр показал, что дорожная одежда обтрепалась об острые камни и совершенно потеряла приличный вид, а из прочего уцелело немного белья, домашнее платье и парочка скромных блио^[4] времен моей прабабушки.

Своей бедой я поделилась с мастерицами, они переглянулись и заверили меня, что проблема им понятна.

– Не волнуйтесь, Ваше Высочество, – сказала та, что была постарше, – выбирайте на завтра цвет ткани, мы сошьем вам платье для занятий и плащ, обувь принесет сапожник, хотя, боюсь, на такую маленькую ножку туфелек у него не много. А остальное будем шить, не спеша.

Уверенная, что не останусь перед лицом Ее Величества в одной юбке, я вышла в садик рядом с домом, поискать феечек. На мне было второе блио из Старого Дворца – желто-зеленое, отделанное алым кантом, волосы после сна я оставила распущенными, по – привычке подобрав памятным кружевным шарфиком.