Ворожея. Выход в высший свет - Елена Помазуева

– Поняла, – машинально повторила, чувствуя, как коленки начинают дрожать от таких предупреждений.

Наставник открыл двери, и мы вошли внутрь. Если Броссар говорил об избранных, то он явно ошибался в их количестве. Принца невозможно было рассмотреть за спинами самых родовитых аристократов королевства. Они стояли плотно, плечом к плечу, словно закрывая собой будущего короля от неприятеля.

Броссар уверенно начал обход по кругу, с кем-то здороваясь, кому-то приветливо улыбаясь, и упрямо тянул меня за собой. Характерный шепоток витал между придворными. Проходили в основном между мужчин, всем своим видом показывающих важность своего пребывания здесь. Представительные метрессы также присутствовали, но их было намного меньше. Возраст и обилие драгоценностей говорили сами за себя. Складывалось впечатление, что они снизошли до визита в покои будущего короля. Ох, и тяжело придется Роберту управлять такими подданными.

– Мэтр Бертлен, как поживаете? – тихо поинтересовался наставник, наконец-то останавливаясь.

– Вашими молитвами, – весело хмыкнул коннетабль.

– Думаете? – в том ему отозвался Броссар.

– Уверен, моя жизнь в ваших интересах, – с намеком заметил Бертлен.

– Вы правы. Его высочество обещал Суд чести на следующий день после свадьбы. Так что да, буду весьма рад встретиться с вами на поединке, – с довольной улыбкой произнес Броссар.

Они опять об этом? Богиня, да они совсем повернутые на поединке и этом Суде чести, что бы это ни значило. Кстати, а если наставник погибнет, кто засчитает мне практику? Надо срочно вмешаться!

– Мэтр Бертлен, – сладко пропела я, медленно просачиваясь между двумя мужчинами, – разве сейчас удачное место? Неужели нельзя разногласия отложить на другое время?

И давно рассчитанный взмах ресницами. Сегодня ради праздника позволила себе воспользоваться косметической магией. Реснички чуть длиннее, губы поярче и легкий румянец. Абсолютно естественная девичья красота, способная смягчить любое черствое мужское сердце.

– Вы абсолютно правы, метресса Алузье, – расплылся в довольной улыбке Бертлен.

Так-то лучше! Не хватало, чтоб они прямо здесь сцепились, выясняя, кто родовитее. Да эти напыщенные мэтры растопчут любого, кто позволит себе мысль быть равным им.

– Его высочество принц Роберт! – громко перекрыл гул собравшихся мужской голос.

Важные мэтры соизволили сделать поклон. Я поспешно присела в реверансе.

Роберт спокойным шагом вошел в комнату, обвел всех присутствующих безразличным взглядом. Смотрела в знакомое лицо и не узнавала. Он запомнился мне приятным собеседником с живым интересом в глазах, сейчас же принц смотрел на всех с превосходством и надменностью. Пренебрежение к окружающим сквозило в каждом жесте.

Места камердинеров заняли двое почтительного возраста мэтров. Роберт вышел к нам в нательной рубашке и легких штанах, теперь же его облачением занялись самые родовитые аристократы. Степенно вышагивая, они подходили к принцу и надевали очередную деталь одежды.

Долго, медленно, с чувством собственной значимости мэтры наконец-то одели его высочество. Я даже выдохнула с облегчением, когда вынесли королевские регалии на бархатной подушечке. Неужели церемония подходит к концу? Почти перестала надеяться.

Один из мэтров взял в руки королевскую нагрудную цепь с рубином неимоверных размеров. Вместо привычных колечек звенья представляли собой квадратные пластины, в середину каждой был вправлен драгоценный камень. Даже представить страшно, сколько весит такое украшение. А ведь Роберту в нем идти до самого храма, а потом проводить две церемонии.

Принц продолжал стоять с гордо поднятой головой. Помощнику принесли специальную лесенку из двух ступенек, и почтенный мэтр взобрался на нее, чтобы возложить королевскую регалию на плечи будущего государя. Роберт даже не шелохнулся, когда эта тяжесть повисла на нем. В этот момент личный камердинер принца вынырнул откуда-то и быстро прихватил булавками пластины к одежде. Теперь уж нагрудная цепь точно никуда не съедет и останется на месте, где и положено ей быть.

В правую руку Роберту подали скипетр, навершие которого венчал огромный рубин. Что-то показалось знакомое в его очертаниях, и перешла на магическое зрение. Правильно! Как я сразу не догадалась. Это не просто драгоценный камень, это кристалл, заряженный магией.

– Мэтр Броссар, – потянула за рукав наставника, и когда он наклонился, зашептала ему в ухо: – Кристалл в скипетре, он зачем?

Ответить Броссар не успел. По залу пробежался громкий выдох, и раздался гулкий, падающий звук. Мы встрепенулись, устремив взгляд в сторону принца. Его высочество лежал на том месте, где только что стоял.

– Что случилось? Он не выдержал веса нагрудной цепи? – спросила первое, что пришло в голову.

В ответ получила насмешливый взгляд, но сам Броссар выглядел обеспокоенным. Видимо, такое протоколом нудной церемонии не предусматривалось.

К принцу Роберту подбежал его личный камердинер, попытался поднять, но у него ничего не получилось.

– Здесь есть целитель? – громко спросил он.

Присутствующие мэтры, оглядываясь друг на друга, презрительно усмехались. Что вызвало такую реакцию, понять не могла. То ли их недовольство вызвало предположение, что здесь, среди них – аристократов, мог затесаться целитель, то ли они обсуждали принца, не способного справиться с тяжестью королевской регалии.

– Есть! – громко выкрикнул Броссар, поняв, что никто не торопится прийти на помощь будущему королю.

Броссар торопливо пробирался к Роберту, расталкивая в стороны мэтров, недовольных таким непочтительным поведением.

– Что он себе позволяет?

– Мальчишка!

Недовольные реплики сыпались ему вслед, но наставник не обращал на них никакого внимания. Я пробиралась следом, не желая оставаться одна среди напыщенных мужчин и чопорных метресс. Мне становилось не по себе в их присутствии. Все-таки с ворожеем как-то спокойнее, несмотря на его непростой характер.

– Роберт, – тихо позвал Броссар, присев рядом с принцем и пощупав пульс на шее, затем медленно поднял голову и в упор посмотрел в глаза камердинеру. – Бездна!

Лицо будущего короля побледнело, губы серели на глазах. Камердинер ответил на прямой взгляд, внутренне весь подобравшись.

– Он что, умер? – не сдержавшись, спросила я в полный голос.

– Клер! – прикрикнул на меня наставник, но было уже поздно.

По залу пролетели мои слова, несколько раз повторенные множеством голосов.

– Что с его высочеством? – грозно навис над нами мэтр Бертлен. – Броссар, ты все-таки убил его?

– Не мели чепухи, Бертлен. Вызывай целителя немедленно, а я выведу принца из обморока, – оборвал громкую речь недруга Броссар.

– Что ты мне рассказываешь? Какой обморок? – продолжал реветь над нами коннетабль.