Окно в Полночь - Дарья Гущина

— Мам, привет, — я, не сдержавшись, зевнула.

— Доброе утро, доча. Спишь ещё? — улыбчиво озвучила очевидное мама и быстро добавила: — Ты Але звонила на дорожку? Они в аэропорту уже. Мы с отцом специально в райцентр выехали, чтобы позвонить нормально и с наступающим их поздравить, а ты до сих пор спишь?

Ой… Впрочем, мой склероз оправдан.

— Сейчас позвоню!

— У тебя всё в порядке? — озаботилась мама. — Голос кажется больным… Ты не простыла? Перезвони, как с Алей поговоришь.

— Угу, — пообещала торопливо. И набрала номер сестры: — Привет, путешественница! Думала, не позвоню? Ага, люблю удивлять. Нормально собрались? Уже в самолёте? Тьфу-тьфу, удачного взлёта! А? Себя привези и девчонок — здоровыми, отдохнувшими и загоревшими! А Гену? — я смешалась. — И его за компанию, ладно… Варюшка рядом? Зайка, привет! А прости свою бессовестную тётку, а? Ну, пожа-а-алуйста! Конечно, увидимся. Как только вернётесь, честно-честно. Нет, подарки не открывала. Под ёлку положила. Ах, открыла? Понравилось? — я улыбнулась. — Я рада! Варюш, себя привези! Здоровой, отдохнувшей и загоревшей! Не боишься лететь? И не бойся, всё будет хорошо! И тебя с наступающим, солнышко! Девочкам привет! Что, Аль? Да-да, я помню, что обещала писать. Вечером напишу. Всё, мягкой посадки!

Положив трубку, я снова улыбнулась. Варюшка — тёплое солнышко, лучик света… Мы с ней похожи во всём. Алька ворчала в шутку: мол, носишь девять месяцев, рожаешь в муках, ночами не спишь, а она, видите ли, на тётку похожа… Но что есть, того не отнять. Варюшка — высокая, тоненькая, с длинной светлой косой и наивными голубыми глазищами на пол-лица. И с тщательно замаскированным омутом, в котором парочка чертенят уже точно завелась.

Отвлекая от приятных мыслей, надрывно заорал будильник. Я отключила его и перезвонила маме. Бодро доложила о скором отпуске, о бездне новых идей, о кайфовой ёлке и платье к корпоративу, о том, что у меня всё чудесно, выслушала новости и пообещала заехать в гости, как только они вернуться из деревни. И с облегчением положила трубку. Ненавижу врать… Как же я ненавижу врать родителям… Но раз правдой не порадуешь, пусть хоть не волнуются…

Я быстро умылась, покормила кота и поставила греться блины. Опять. Никак у нас с бигусом не складывается… Сайел спал в огненном цветке, а вот Муз исчез. В известном направлении. И хорошо, если явится здоровым и синим-синим… во всех смыслах этого слова. После прошлого вечера его помощь будет ой как кстати…

Мысли о вчерашнем я гоняла долго и упорно, мужественно впихивая в себя безвкусные блины и лихорадочно думая о чем угодно, только не о… Но после завтрака, собирая в мусорные пакеты прожжённые валенки, штаны и куртку, захлюпала носом и «сломалась». И, поддавшись безумному порыву, опять попыталась дозвониться до Валика, но набранного номера не существовало. А ведь почти поверила в то, что всё приснилось… Меня вчера душили, валяли, катали, обжигали, обморозили наконец, но… Никаких признаков нападения. Вообще. И этому я объяснений не нашла. И, снова умывшись, собралась на работу. Есть такое волшебное слово — надо.

На улице оказалось так холодно и страшно, что до бизнес-центра я домчалась минут за десять. Перевела дух, поздравила себя с очередным преодолением и постояла на крыльце, вспоминая племянницу. Пока у меня есть, ради кого жить, язвить и улыбаться, я буду жить, язвить и улыбаться. Всегда. И неважно, что фальшиво. И рано или поздно научусь жить без Валика. Обязательно. А «обезболивающего» у меня навалом. И творчество, и… гора проблем, важнейшая из которых — я сама, вернее, дар писца. Главное, занять голову, и как следует. Страдать и распускать сопли я никогда не умела и не хотела этому учиться. Даже несмотря на веский повод. Даже…

И только поднимаясь в офис на лифте, я сообразила. А на работе-то как? Что там, вернее — кто?.. И думала застать редакцию в шоке, а Гришу — в истерике, ибо верстальщик — фигура незаменимая: если его нет, лежит всё. Но… На месте Валика обнаружился незнакомый хмырь. Мелкий, бледный, тощий, обросший, слащавый и в очках. При этом улыбающийся так, будто я его хорошо знаю. У меня случилось то, что модно называть когнитивным диссонансом. Вот был человек — и не стало, а все ведут себя, словно его никогда… не существовало. Хотя, вероятно, это мои домыслы…

Язык чесался спросить, где Валик, но я воздержалась. Понаблюдаю, присмотрюсь — глядишь, пойму. Но точно не привыкну. И спасибо тебе, внутренний голос, за мысль об отпуске. Как бы я работала после каникул… с этим левым и не пойми, откуда взявшимся?.. Он — и не мой друг, и таращится так, что хочется завести его за угол и кастрировать от греха подальше. Моего, естественно. «Не убий» который. Пришибу же ненароком, если слюни не подберёт…

Я повесила в шкаф шубу, переобулась в балетки и включила комп. Так, музыка, музыка, музыка…

— Валентин, на пятой полосе макет поправь, — высунул нос из своего кабинета Гриша. — Вась, а ты чего так рано? Но раз пришла — глянь рекламку.

Валентин? Приступ когнитивного диссонанса повторился, причём в усиленной форме. Вот какого чёрта его так зовут?.. Мало того, что чужую должность занимает, так ещё и имя спер! Так, крыша стоять! Вернее… лежать! Короче… место! И только бы не сорваться… Ах да, реклама же есть…

Мне удалось занять себя почти на час, спасибо нудным текстам и оголтелой солистке «Найтвиш». А потом неприятно замелькала аська с ещё более неприятным сообщением.

«Вась, а что ты делаешь сегодня вечером?» — на меня хмырь не смотрел, но экрану улыбался широко и слащаво.

Естественное желание надеть монитор ему на голову я задушила в зародыше. Ещё чего. Не по Сеньке шапка. Пока.

«Занята», — ответила хмуро.

«Чем?» — не отставал хмырь.

«Не чем, а кем. Дома и дети нестиранные, и муж неприбранный, и свекровь неглаженная».

«Обманываешь», — интеллигент, блин… — «Нет у тебя никого, кроме кота и дохлой мыши в холодильнике. Пойдём в кино?»

Неправда! Ещё у меня есть Муз, птеродактиль и саламандр! И… и мой «герой», да.

«Я же сказала, что занята!», — нет, он допросится… И так нервы ни к чёрту…

«Книжки свои дурацкие пишешь? Такая большая, а всё в сказки веришь? Тебе же с них ни денег, ни удовольствия — так зачем время зря терять?»

Много ты понимаешь!.. Я сдержанно зарычала. Судя по довольной ухмылке поклонничка, на весь кабинет.

«У нас же всё начало получаться, так зачем тормозить на полпути?»

Я в ужасе уставилась на хмыря. Я — и он?.. Я — и вот это?.. Да, незнание законов не освобождает от ответственности. И если я ничего не помню, это не значит, что ничего не было, но… Но — нет. Наверняка ничего не было. Я могу забыться, но себя знаю хорошо. И скорее книжки буду всю жизнь писать, чем подпущу к себе… вот это! И никогда у меня на такое не встанет! Я люблю высоких и спортивных… шантажистов. Чёрт. Гриша за монитор прибьёт, но…

«Вась, чего рычишь?» — влез в наш междусобойчик Игорь.