Контракт на мужа - Марина Ли

И тут свою роль сыграло моё богатое воображение. Я в красках представила себе эту взаимопомощь. В нарисованной картине присутствовали два обнажённых тела, один диван и один на двоих, но зато разнузданный и безрассудный, секс. Не вовремя вспомнился пошлый анекдот про монашку (Тот, который «Не образом, батюшка, а подсвечником»), и кровь отлила от сердца, ударив в голову.

Не нужно мне никакое оружие. Я его голыми руками задушу!

— Чем больше мы сопротивляемся, тем сильнее будет физическое влечение, — не подозревая о моих кровожадных мыслях, пояснил будущий покойник, поднял с пола принесённый с собой свёрток и без спросу двинулся в сторону единственной жилой комнаты в нашей квартире. — Вот я и подумал, если мы станем время от времени ночевать под одной крышей, возможно, получится дожить до назначенного тобою срока в здравом уме. Обещаю не приставать и лечь спать на диване.

И добавил, споткнувшись о воздух на пороге спальни:

— Или не на диване. — Поглядел по сторонам, с сомнением оглянулся на меня.

— У вас одна постель на двоих?

— И жуть до чего холодный пол, — злорадно усмехнулась я. — Всё ещё хочешь остаться?

Не знаю, как бы я отреагировала, если бы Элар после моего заявления ушёл, но внутренний голос подсказывал, что, скорее всего, разочаровалась. Но дюк уходить отказался и поэтому теперь я злилась. Нелогично? Увы, я сама прекрасно это осознавала и только ещё больше психовала, понимая, что с появлением Элара в моей жизни, прежние правила перестали работать.

— Слушай, а какой-нибудь матрасик у вас есть? Или запасное одеяло? — присматриваясь к коврику у дивана, поинтересовался дюк и внезапно бросил мне на колени свой свёрток. — Кстати, это твоё.

— Подарок? — удивилась я, трогая холщовый мешок, внутри которого угадывалось что-то мягкое. — А я-то уже было решила, что ты начинаешь потихоньку к нам свои вещи перетаскивать. Подушки, покрывала… Зубную щётку.

Элар рассмеялся, откинув голову назад, а я прикусила щёку изнутри, чтобы к нему не присоединиться.

— Пока воздержусь, — наконец, сказал он. — И нет это не подарок. Ты ждала от меня подарок?

Я задумалась. Подарки — это всегда приятно, но принимать их лучше от хорошо знакомых людей, а ещё лучше от родных и близких.

— Нет.

— Я так и подумал, — кивнул Элар, устраиваясь в Брошкином кресле. — Поэтому для начала решил вернуть тебе твои вещи.

И добавил, когда я в недоумении приподняла бровь:

— Те, что ты в «Оливковой роще» оставила.

О, Божечки! Я же совсем про пеплос Кето забыла! Нижнее платье — Бог с ним! — я за свои кровные покупала, а вот пеплос медуза мне одолжила.

— Спасибо, — смущённо поблагодарила я. — Мне это платье одна медуза взаймы дала, на праздник. Некрасиво получилось бы, если бы я ей его не вернула.

— Спасибо на хлеб не намажешь, — тут же отозвался Элар и радостно продемонстрировал мне белизну своих зубов. — А вот масло, а лучше, сыр — очень даже. Вель, у тебя перекусить не найдётся? А то у меня с завтрака маковой росинки во рту не было.

— Да ты совсем обнаглел! — всплеснула я руками. — Хозяйка, воды не найдётся, а то так есть хочется, что переночевать негде…

— А я тебя в ответ завтра в городе обедом накормлю. По рукам?

Очень хотелось отправить его наглеца подальше, но, сама не знаю, почему, я всё же поплелась на кухню. Выложила на стол кусочек сыру, остатки вчерашнего хлеба, одинокий помидор и мисочку с маринованными оливками.

— Небогато, — протянул злюк, брезгливо рассматривая угощения.

— На ночь жрать вредно! — огрызнулась я и ухватилась за тарелку с сыром, намереваясь убрать её обратно в холодильник. «Небогато»… Я, можно сказать, последнее от себя отрываю, а он нос воротит!

— Небогато, но мне хватит, — перехватил уплывающую закуску дюк, внезапно оказавшись за моей спиной.

От него пахло чем-то свежим, нежным, как зелёный чай, и вместе с тем резковатым, мужским. От приятного запаха закружилась голова, а пульс, под обхватившими запястье пальцами зачастил перепуганным зайцем.

Вторую руку Элар опустил на моё бедро, и я безвольно опустила веки, из последних сил борясь с желанием откинуться на горячую мужскую грудь.

— Что ж ты такая ершистая? — царапнул хрипотцой голос дюка. — Не нужно из-за каждого моего слова выпускать колючки.

Губами прижался к коже за ухом, а я, проглотив всхлип, немного наклонила голову, безмолвно призывая задержаться, продлить эту незамысловатую ласку ещё хотя бы на один миг.

Влажный жар мимолётного касания. Тяжёлый вдох, похожий на шипение… И Элар отступил, отпуская. Я же едва не расплакалась от разочарования и внезапного холода, пробежавшего по коже гусиными лапками. Вот же я дурочка! Вздумала стоять у раскрытого холодильника…

— Я постараюсь, — прокашлявшись, ответила я и щёлкнула по кнопке электрического чайника, решив от широты душевной, напоить злюка остатками персикового пакетированного чая.

Ой, ладно, вру! Просто боялась обернуться и встретить взгляд Элара. Чёрт его знает, что бы я в этом взгляде прочитала, как на это отреагировало моё либидо и чем бы это закончилось. Всё-таки в квартире мы были одни, а пускать постороннего мужика, даже если он уже и не совсем посторонний, в нашу с Брошкой семейную постель я была категорически не готова.

Залив пакетик кипятком, я поставила перед Эларом чай, молча пододвинула сахарницу и села напротив.

— Это чай? — уточнил он, подозрительно рассматривая жёлтые разводы, поднимающиеся вверх от прижатого ложкой бумажного мешочка.

— Чай, — без зазрения совести соврала я, потому что чаем эту бурду мог назвать разве что производитель и Брошка в пылу беременных хотелок. — Заварку сразу не доставай, дай ей настояться пару минут.

— Чай с сахаром — это горячий лимонад, — отодвигая сахарницу, произнёс Элар, глянул на меня из-под ресниц и отвернулся.

Я незаметно потрогала щёки кончиками пальцев. Вроде не горячие, а значит, есть шанс, что смущение не полыхает на них предательски алым цветом.

В тишине мы прождали положенное время, а потом дюк двумя пальцами перехватил верёвочку и брезгливо отложил истекающий мутным соком пакетик на тарелку, где ещё недавно был сыр. Обнял кружку смуглыми длинными пальцами, поднёс ко рту и сделал один глоток.

После чего, по-прежнему не говоря ни слова, пододвинул к себе сахарницу, а я вылетела из кухни, торопливо обронив:

— Запасное одеяло достану. Не на коврике же тебе спать, в самом деле.

— Буду весьма признателен, — с тоскою вздохнул Элар.

Ворвавшись в спальню, я суетливо пробежалась по периметру, поправила шторы и, остановившись у чешской стенки, которая нам досталась вместе с квартирой, два раза стукнулась лбом о лакированную дверцу, истово надеясь, что это поможет мне взять себя в руки.