Рейн. Испытание Дионаи - Екатерина Неженцева

Ведь сказал ей перед входом, оставить все условности за дверью. Не удивительно, что Колючка её перебила и нахмурилась. Зато она пообещала дать Катрин рукописи о магах холода. Я их как-то прочитал — с тех пор смотрю на мир другими глазами. Раньше у меня все делились по сословию и титулу, после той информации, я понял, насколько люди слепы. За столько веков и не заметить, что ими управляют!

Но лично меня устраивает присутствие таких негласных «смотрителей». Как ни крути, а они действительно не дают людям создавать беспорядки и разжигать войны. Историю наших королевств я также изучал. Знаю, какой бардак тут творился, когда отец Эринора был вынужден уйти, так и не дождавшись сына. Потому я за «ледышек» во всех их проявлениях! Особенно за синеглазых, светловолосых и очень удивлённых, которые смотрят на Колючку с приоткрытым ртом. Да что Кейт такого увидела в Амайе? Я вдруг вспомнил, что Хазард второй день вынужденно голодает и поинтересовался:

— Колючка, а нас накормят в этой обители уныния? Кейти ела последний раз вчера.

У Катрин был такой ошарашенный вид, будто я не еды попросил, а половину объединённых королевств и острова в придачу. Обожаю её за такую нестандартную реакцию! Пришлось хватать её под локоть и вести к дивану, когда Амайя позвала слуг и начала отдавать приказы. Мне нравилось смотреть на Кейти, с губ которой не сходила улыбка. А искренняя радость девушки, хоть и приправленная растерянностью, приводила меня в полный восторг. Когда мы остались вновь втроём, Колючка вдруг ехидно поинтересовалась:

— Кейти, а это правда, что ты преследовала Рейна целую неделю в академии и довела его до заикания?

Я возмущённо посмотрел на Амайю. Она теперь мне всю жизнь будет мстить за Орталон? Ведь эта её неприкрытая радость во взгляде говорит о том, что ей понравилась сама мысль о моём заикании! Вот делай после этого добро людям. Неблагодарные. А я, между прочим, её спасал.

Надо было замаскировать ауру — пожалуйста. Девушки из академии захотели её прибить

— я заключил с Амайей договор. У неё была трагедия, и не хотелось жить — я устроил ей встряску. Начала падать самооценка — так я дал понять Колючке, что она девушка, причём желанная. Ладно. Допустим, с домашними заданиями я перегнул, мог бы и сам их делать. Но у меня тоже в тот момент был не самый лёгкий период в жизни! Мать чуть не женила, отец в ужасе шарахался, дар сводил с ума. И что теперь, мне начать жаловаться?

Пока я пыхтел от несправедливости в жизни, Хазард подавилась чаем от неожиданности.

Я хмыкнул, когда понял, что девушке неимоверно стыдно и заметил, что её щёки заалели. Это правильно! Нечего доводить бедного меня до состояния шока. Но долго издеваться над Кейт я не мог, потому похлопал её по спине, чтобы она откашлялась и улыбнулся.

Мы же так и не поговорили с Амайей после той встречи в кабинете у императора. Видимо, Колючка очень хотела узнать, действительно ли Кейти та самая девушка, о которой я рассказывал. Потому я вкратце расписал, как Хазард издевалась надо мной все эти годы. Причём сделал это теми самыми словами, которыми жаловался Колючке на Кейт. Но заметив обалдевшие взгляды обеих девушек, рассмеялся и объяснил, отчего меня так зациклило на Катрин.

Амайя улыбнулась, она сразу всё поняла, когда я упомянул странности в поведении Хазард. Посмеявшись, я закончил рассказ о наших взаимоотношениях, выслушал о Ледире и её обидах. Пожаловался, что Катрин меня чуть не убила своим признанием в любви на полосе препятствий. А после всё моё хорошее настроение было испорчено напрочь, когда Колючка сказала о храме. Кейти внезапно расстроилась. Аура девушки начала покрываться тёмными пятнами горечи. И я услышал наконец-то настоящую причину, по которой Хазард так усердно на меня шипит.

Её слова о том, что я герцог, а она собирается стать верховной жрицей и вернуться на свои острова, меня слегка задели. Но если честно, это можно преодолеть. По крайней мере, есть вариант, где я буду жить на островах вместе с Кейти. И я уже рассмотрел его, как довольно приемлемый. Только девушка напомнила о моих сегодняшних размышлениях — она маг холода и будет жить намного дольше меня. Имею ли я право на отношения с ней? Ведь после моей смерти Кейт останется одна с разбитым сердцем.

Я посмотрел на Катрин, которая опустила голову и всё сильнее впадала в уныние. Затем перевёл взгляд на Амайю — та лишь печально усмехнулась и с сочувствием покачала головой. Вот она сразу всё поняла, ещё в кабинете у императора. Да и Эринор это знал, но отчего-то захотел, чтобы я боролся. Но за что бороться? За короткий миг счастья, который сделает несчастной Кейт? От этих мыслей стало паршиво на душе, и я очень обрадовался, когда нас позвали за стол.

Катрин Хазард

Я настолько ошалела от всех событий, что ни разу не задумалась, а куда меня собственно ведут? Всех адептов отправили домой, только вот мой дом на островах! Неужели меня перекинут туда? Но это невозможно, на островах стоит защита, и порталом туда попасть не получится. Тогда, куда же мы идём? На мой закономерный вопрос, Рейнод улыбнулся и сказал не переживать. Вот он смешной. Любой человек захочет узнать, куда его ведут, и где он будет жить целых три месяца. А если учесть, что у человека — то есть у меня — нет ни одной даже самой мелкой монетки, можно понять такое беспокойство.

В итоге, всю дорогу до арки портала я вздыхала, поскольку Рейн так и не ответил на мои вопросы. Но стоило нам оказаться в просторном зале, полностью состоящем из мрамора, как я начала нервничать. Это место мне было незнакомо, и наличие большого количества офицеров в форме имперской службы безопасности, спокойствия не прибавило. Я прижалась ближе к Рейноду, на что получила довольную улыбку от парня и тут же отодвинулась в сторону.

— Одну минуту, маркиз де Шантайс, — проговорил маг с эмблемой целителя на тёмной мантии. — Это последняя проверка, после чего вас пропустят.

Нас с Рейном окутало сияние. Я ощутила, как магия прошла насквозь и тут же схлынула, оставляя странное «послевкусие» морского бриза. Целитель улыбнулся, поклонился и нам разрешили выйти из зала. Рейнод схватил мою руку и практически бегом направился вперёд по коридору. Я только успевала быстро переставлять ноги, чтобы не упасть и не начать волочиться по полу вслед за ним. А когда мы остановились около огромных двустворчатых дверей, он тихо проговорил:

— Выдыхай, Кейти, теперь мы в безопасности. Кстати, маленький совет, не дёргайся и помни, что в этом замке все условности не имеют смысла.

После этих слов, двери перед нами распахнулись, и я увидела гостиную — просторную, изящную, светлую и явно принадлежащую императорской семье. Такой вывод я сделала по белоснежной отделке помещения и сидящей в кресле императрице. При нашем появлении, она вдруг вскочила с кресла и практически подбежала к нам. Молча осмотрев сначала Рейнода, потом и меня с ног до головы, императрица вдруг всхлипнула и обняла Рейна.

— Вы решили довести меня до сердечного приступа? — шмыгнула она носом.

В тот момент императрица больше напоминала мне обычную девушку, но никак не жену великого правителя. Я так удивилась, что замерла, глядя на неё широко открытыми глазами. Только, когда она повернулась ко мне и улыбнулась, я внезапно осознала, что они с Рейном очень близкие друзья. Странно, как это до меня не дошло раньше, ещё в кабинете императора? Наверное, тогда мне было не до разбора отношений между парнем и семьёй правителя.