Украденный свет - Джулия Холл

Стил – один из самых могущественных нефилимов в Академии серафимов, и сегодня вечером он чуть не погиб. Если что-то подобное случится еще раз, когда со мной рядом окажется кто-то из его братьев или сестра, исход может быть смертельным.

Я привыкла к опасностям, привыкла защищать себя, но нести ответственность за жизнь другого человека… Сердце пронзает вспышка ужаса.

До этой секунды я не раздумывала над поведением Стила достаточно долго и даже не думала, что он может оказаться прав.

– Ты чего так смотришь? – спрашивает Эш. – Мне этот взгляд совсем не нравится.

– Наверное, я просто… – Я прикусываю нижнюю губу и начинаю ее пожевывать. Мной целиком овладевает нерешительность, и вот уже чувство вины готово поглотить меня целиком. Если кто-нибудь когда-нибудь пострадает из-за меня, я никогда себе этого не прощу. – Если так подумать, то Стил в некотором роде прав.

Почему я не могу просто оставаться равнодушной? Ведь никто и никогда не думал о моих интересах, и я автоматически должна ставить себя на первое место.

Почему я не могу и изнутри стать такой же жесткой и бесчувственной, какой стараюсь казаться снаружи?

Эш выпрямляет ноги и делает пару шагов, подходя к моей кровати. Осторожно устраиваясь в ногах, она ждет, пока я обращу на нее внимание.

– Нет, не прав. Нам всем когда-то придется столкнуться с Отрекшимися. Это часть нашего предназначения, мистическим способом запечатленная в нашей ДНК. Возможно, Падшие и создали нас как помощь им, но наш инстинкт бороться со злом победил. Просто Стил пережил больше, чем многие другие.

Я подтягиваю колени к груди и обхватываю их руками.

– Потому что его уже берут на задания, ты хочешь сказать?

Эш качает головой – кудри подпрыгивают на плечах и вокруг щек. Она поднимает руку, закручивает волосы в узел на макушке и закрепляет его резинкой.

– Нет, у Стила была сестра-близнец, Сильвер. Она…

– Подожди, так что, в этой семье только близнецы рождаются?

Эш чешет лоб.

– Ну да, это типа отличительная черта семейства Дюран. У них всегда дети по двое появляются. Подробностей я не знаю – это было около шести или семи лет назад, – но семья Стила тогда отдыхала в Швейцарских Альпах. Стил и Сильвер как-то ночью пропали. Я слышала, что стояла метель, но, возможно, это преувеличение. В любом случае поисковые группы их в ту ночь не нашли. На следующий день Стил вернулся. А Сильвер – нет.

– Она… умерла?

– Или так, или все еще хуже. Ее тело так и не нашли. Из того, что я слышала, Стил чуть насмерть не замерз, пока искал дорогу обратно. Он ничего не помнил. Сильвер легко могло замести. Снег в этом районе гор никогда не сходит полностью, и хоть мы и выносливы, все равно можем умереть от холода. Стил вроде об этом никогда не говорит, но, учитывая, что он уже потерял одного члена семьи – свою близняшку, – логично, что он так защищает остальных. С некоторой фанатичностью даже. Я не очень хорошо его знаю, но у меня сложилось впечатление, что он очень серьезно относится к роли старшего брата.

Это еще мягко сказано. Он не только старший брат, но еще и защитник.

Я выдыхаю и снова откидываюсь на спинку кровати.

– Как давно, говоришь, это было?

– Я точно не помню. Я перевелась в эту академию на шестом курсе – это как восьмой класс в человеческой школе, – так что в тот момент меня тут не было. Хотя, думаю, он был ненамного старше Блейза и Авроры.

Такая травмирующая потеря в столь юном возрасте – сложно представить, как она повлияла на Стила.

– Время от времени Грейсон или Стерлинг упоминают в разговоре Сильвер, но не слишком часто. А я не хотела совать нос не в свое дело.

Несколько секунд я молчу, пытаясь осознать ее слова. И не уверена, что смогу это сделать… по крайней мере, не за одну ночь.

– Как я поняла, Сильвер была сердцем всей семьи. Они все ее обожали. Думаю, раньше Стил был гораздо беззаботнее, чем сейчас.

Я провожу рукой по волосам, морщась от их жирности. Быстро же я привыкла к ощущению чистоты.

– Это в любом случае абсолютно ужасно, но он был так мал и вместе с ней потерялся в горах… – Я позволяю словам повиснуть в воздухе.

Теперь я гораздо лучше понимаю, почему Стил ко мне так относится. Легко злиться на кого-то за то, что он ведет себя как придурок, когда думаешь, что он действительно придурок. И уже намного сложнее, когда понимаешь, что причина такого поведения гораздо глубже – что у него, вероятно, есть причины вести себя так и делать то, что он делает.

Я жмурюсь и прижимаю ладони к глазам, пока за закрытыми веками не начинают плясать белые звезды.

– Что мне делать, Эш?

Ее нежная рука сжимает мое колено, и она соскальзывает с кровати.

– Я рассказала тебе все не для того, чтобы ты перестала дружить с Грейсоном и Стерлингом. Не думаю, что стоит потакать страхам Стила. Как я и говорила, чудовища и опасность – часть нашей жизни, и это Стилу нужно смириться с этим. Он не может окружить своих любимых защитным пузырем.

Защитный пузырь. Не удивлюсь, если он правда пытался сделать что-то подобное.

– Я просто хотела, чтобы ты была в курсе, откуда в нем это, и не принимала все на свой счет. Да, мы отчасти ангелы, но это не значит, что мы идеальны, понимаешь?

Я давлю из себя полуулыбку.

– Да уж, это точно.

Она ускользает в ванную, но оборачивается в дверях.

– Не позволяй ему залезть тебе в душу, ладно? Мне кажется, ты бо́льшую часть жизни провела среди людей, уверяющих тебя, что ты чем-то хуже их или чего-то недостойна. Но это не так. Ты достойна дружбы, верности и любви. И всего лучшего, что может предложить нам жизнь. Здесь у тебя появились друзья – не отказывайся от них так легко. Думаю, ты лучше всех остальных здесь понимаешь, насколько они необыкновенные.

От чувств у меня встает ком в горле, поэтому я лишь киваю и улыбаюсь так широко, как только могу. Можно было и лучше, но Эш этого хватает.

Когда она исчезает из поля зрения, я позволяю подобравшейся к уголкам глаз влаге вырваться наружу.

Она права: я всю жизнь провела с людьми, которые принижали меня лишь за то, что я существую. Дружба – драгоценный дар, которого меня все это время лишали, и я уж точно не буду принимать ее как должное. Но зная, чего уже лишился Стил, могу ли я сознательно подвергать опасности его близких просто из-за собственных желаний?

И если так, разве это не делает меня чудовищем?

Глава 24

Я тыкаю пальцем в залитую соусом куриную грудку на тарелке. Наверное, уже остыла – жалко как. Я люблю курицу и не привыкла отказываться от бесплатной еды. Но как тут поешь, когда на тебя смотрят?