Замуж за царя - Юлия Ивлиева

Все остальное растаяло, как утренний туман под палящими лучами солнца. Я видела только его синие, как море, глаза, чувствовала трепетные и страстные губы, ласковые и требовательные руки. Осыпая шею легкими, как прикосновения крыльев бабочки, поцелуями, он стянул сарафан с плеча. Робея от происходящего, но не находя сил противиться, я расстегивала пуговицы на его камзоле, царапая пальцы о золотую вышивку и не чувствуя боли.

Крепко прижавшись друг к другу, будто боясь, что все исчезнет, стоит чуть-чуть отстраниться, мы опустились на ковер. Митин запах будоражил меня, голова кружилась от чувственной сладости, горячие объятия будили волны наслаждения, заставляя тело извиваться, а сознание погружаться в состояние, близкое к обморочному. Время перестало существовать, я не понимала, где нахожусь, мир вокруг меня изменился. Я не принадлежала себе. Я принадлежала ему, и от этого меня уносило куда-то в небеса.

Очнулась я на небольшом диванчике, в комнате, расписанной цветами и павлинами, на плече у дремлющего Митьки. Нашу наготу прикрывал вышитый золотом царский кафтан, целый ряд пуговиц впился мне в тело, но я боялась шевельнуться, чтобы не разбудить Митю и не разрушить очарование мгновения. Оказалось, достаточно легкого движения ресниц – он открыл глаза, долго разглядывал меня с усмешкой на губах.

– Ты действительно царь? – поинтересовалась я, чтобы нарушить молчание.

Он неопределенно закатил глаза.

– Как-то не по-царски все получилось, – заметила, отклеиваясь от пуговиц и спинки дивана. Митя не шевелился.

– Замуж пойдешь? – коротко спросил он.

– Пойду, – просто согласилась я.

– За Митьку или за царя? – ехидно улыбнулся парень.

– За тебя! – ответила я такой же улыбкой.

Митька захохотал, сгреб меня в охапку и перевернулся, оказавшись сверху. Нежно поцеловал в нос.

– Сюда никто не войдет? – обеспокоенно спросила я, смущаясь и одновременно наслаждаясь тяжестью его тела. Нравственные нормы этого мира я все еще не уяснила до конца.

– Побеспокоить царя? – Митька возмущенно вскинул брови. – Нет, не осмелятся. Но выходить к народу я бы рекомендовал тебе одетой.

Я чмокнула его в подбородок, куда достала, и, соскользнув с дивана, принялась натягивать на себя одежду под его пристальным взглядом, ничуть не смущаясь и чувствуя себя абсолютно счастливой.

Перед самым выходом в зал Митька привлек меня к себе.

– Все должно было случиться не так, – тихо сказал он. – Не впопыхах и не здесь.

Я улыбнулась, какое это имеет значение?

– Должна же в моей жизни быть экзотика? – пошутила я. – На царскую кровать и шелковые простыни я и так обречена после свадьбы!

– Не только, – загадочно прищурился Митя. – Мы вернемся к упущенным возможностям в саду Яги и в стогу сена.

Зардевшись, как школьница, больше от неожиданно свалившегося на меня счастья и удовольствия, чем от смущения, под руку с любимым я вошла в зал.

Стоит заметить, финала знакомства дождались не все. Несколько бояр, вездесущий распорядитель и жутко довольная Яга. Закончились официальные поздравления, перед нами распахнули двери, ведущие на балкон. На площади шумела толпа, я даже не успела подумать, что совершаю первые шаги в роли царицы и публичной личности. Все, что происходило со мной, так стремительно закручивалось, так быстро менялось. И в этом калейдоскопе событий я не всегда понимала, что происходит. Эйфория уступила место прозрению ближе к вечеру. Когда неугомонный распорядитель стал набрасывать список ближайших дел. Мне предстояли переезд во дворец, официальные визиты и знакомство с важнейшими государственными персонами, примерки нового гардероба, утверждение списка гостей и составление меню свадебного стола. Моему благоверному, кроме подготовки к празднику, предстояло разобраться с преступницами. Я просила, чтобы мне разрешили принять участие в допросах. Митя остался неумолимым, но обещал рассказать все в мельчайших подробностях.

Пока Наталья устраивала меня в новых апартаментах, состоящих из небольшой уютной гостиной, внушительной спальной комнаты, еще пустующей гардеробной, расписанной полюбившимися мне павлинами и цветами, и дополнительной комнаты, не обремененной назначением, так сказать, «про запас», Яга тщательно обеспечивала безопасность – читала заклинания в каждом углу, окуривала какой-то травкой, капала специальными зельями по периметру. Зачем мне это сейчас, если преступницы пойманы, я спрашивать не стала. Спорить с Бабой-ягой – дело, накладное для психики. А моя психика и так потрясалась с утра, как при землетрясении.

Наталья приставила ко мне двух горничных, Веру и Татьяну, расторопных шустрых девиц, обещавших всячески мне помогать. Яга настояла на дополнительной охране – стрельцах возле дверей. Суета вокруг собственной персоны меня уже порядком утомила, а Яга и Наталья все обсуждали, обустраивали, планировали и решали. Я уже начала подумывать, а не воспользоваться ли мне будущей царской властью – топнуть ножкой, хлопнуть кулаком по столу и выпроводить всех из своих покоев – как объявился Митька и избавил моих попечительниц от первого проявления власти будущей царицы. Царь желал отужинать в обществе будущей супруги. Будущая супруга, то есть я, тоже очень этого желала.

Удобно расположившись в креслах перед мгновенно накрытым столом, мы наконец остались одни.

– Тебя еще вниманием и заботой не замучили? – хихикнул Митька.

– Не насмерть, но существенно, – в ответ пошутила я. Сейчас он был немного растрепанным, слегка уставшим, одет в просторную рубаху без царских регалий, как я и привыкла.

– Я в Митьку ряжусь не от хорошей жизни. Иногда протоколами, этикетами и трепетной заботой с ума сводят, – с улыбкой жаловался парень на горькую жизнь.

– И что, никто так и не догадался, что Митька и царь Дмитрий одно лицо?

– Кое-кто знает: Яга, Фрол Авдеевич, некоторые бояре, – беззаботно перечислял мой будущий супруг. – Осуждают, волнуются, стараются сохранить тайну и обеспечить безопасность. А остальные царя в глаза не видели, в жизни о подобной интриге не подумают.

– Значит, дуришь народу голову?

– Или пекусь о его благополучии. Узнаю о его тяготах и проблемах, живу одной с ним жизнью, – прищурившись, поправил Митя.

Я рассмеялась в ответ. Было легко и хорошо сидеть вот так, напротив него, и болтать обо всем. А еще хотелось бегать, прыгать и громко смеяться от того, как все удачно сложилось. Какая у меня удачная сказка и счастливый сказочный конец! Нет, совсем не конец. Наоборот, самое начало.