На волоске - Марьяна Брай

Не думая долго, я отправилась к другим нашим схронам. Из кустов достала сухари в тряпичных мешках, аккуратно достала нож и немного постояла еще в своем тайном месте.

Вдруг я услышала шепот на лестнице. Обычно девушки редко выходили ночами, только в туалет, и чаще под самое утро. А тем более, парами. Дружба между ними здесь не была в почете. Каждый был за себя. Скоро начинался новый цикл, когда все эти домики будут заняты гостями, и та, что останется невостребованной, скорее всего, должна будет отправиться в пустыню. Дежурство там не было желанным.

Я не то, чтобы двигаться, я боялась дышать. Обнаруженные при мне запасы, а тем более нож, точно бы решили мою судьбу, и ускорили мой выход из этого дома вперед ногами. По шепоту я не могла понять кто это, да и слов было не разобрать, но срывающийся с шепота на плачь голос был мне очень знаком. Пару минут они стояли на лестнице, но потом поднялись в комнаты.

Выбежав из своего укромного местечка я стрелой понеслась к домику, и обнаружила там только Дашалу. Она сидела на подушках, скручивала в рулончик пришитые к ткани волосы, как я учила Криту. Видимо, она успела рассказать ей, что надо делать.

— А где Крита? – я по привычке уже спросила шепотом, но девочка все равно испугалась и резко подняла на меня глаза.

— Она пошла мыться. Я не пойду, вчера меня уже помыли, а если я буду мыть тело каждый день, оно станет белым, как у Палии, - совершенно серьезно заявила та.

Как я могла пропустить Криту? Может быть она прошмыгнула как раз тогда, когда я пряталась в кустах, и именно поэтому шепчущаяся с кем-то Палия ушла в комнату?

Убрав все припасы в один из сшитых рюкзаков, я быстро засунула его под подушки. Дашала не придала этому значения, и я, выдохнув отправилась к душу, чтобы найти Криту. Мы не планировали сновать по двору всю ночь, но какая-то суета явно начиналась, и меня это пугало.

В душе никого не было, и мое сердце упало. Еще страшнее стало, когда кто-то схватил меня сзади и, прижав одной рукой к себе, второй лапищей закрыл рот.

— Я Лафат, Мали, не кричи, - спокойно, как всегда, сказал великан и ослабил хватку. Я выдохнула и обернулась к нему.

— Криту не видел?

— Нет. Она не с тобой? - он заметно запереживал.

— Кто-то шептался на лестнице, но Крите не с кем там разговаривать, - задумчиво предположила я.

— Значит, есть с кем, - еще тише ответил Лафат и глубоко вздохнул. Мы стояли за душем, возле того самого бревна, которое поворачивалось и открывало выход, если знать где нажать.

— Я иду к дому. Жди нас прямо за стеной, - прошептала я Лафату и шагнула в направлении домиков, молясь про себя, чтобы Крита была там, и ее исчезновение оказалось банальной невнимательностью с моей стороны, хоть и понимала, что разминуться с ней было просто негде.

— Я собрал все вещи, еду и другое, необходимое нам.

— Хорошо. Мы скоро, - уже чуть слышно ответила я.

Ладошки вспотели, в горле стоял ледяной ком, будто только что проглотила огромный холодный кусок мороженного. «Господи, прошу тебя, лишь бы все прошло как хотели, лишь бы просто выйти отсюда, а о том, что будет дальше, буду переживать после», - говорила я про себя, пытаясь заглушить биение пульса в голове.

— Ну что? – голос Криты от дома моментально растопил холод в горле и руки перестали дрожать.

— Лафат ждет нас. Нужно идти, - тихо сказала я и подтолкнула ее в дом. Дашала смотрела на нас широко раскрытыми глазами и молчала.

— Дашала, сейчас мы вместе тихо уйдем отсюда, далеко – далеко, и там, где мы найдем дом, мы будем жить, - собирая свои инструменты, спокойно говорила я в сторону девочки. На самое дно сумки, завернутые в одежду служанки, легли светящиеся водоросли. Кто знает, может, продав их, мы сможем оплатить дорогу или просто пригодятся на новом месте. Крита складывала сухари, сушеное мясо и какие-то тряпки. У меня не было времени узнать где она их взяла.

— А если нас поймают? – шепотом спросила Дашала.

— Не поймают, - ответила я и, уложив подушки тремя колбасками, накрыла их покрывалом. Мы всегда спали с приоткрытой дверью, и я не знала – присматривают ли за нами? Дверь оставим приоткрытой, и если кто-то заглянет, то легко подумает, что мы спим, накрывшись с головой - такое здесь практиковалось, ведь жили все в соседстве с тремя, а то и пятью девушками. И хоть какое-то личное пространство можно было получить, только накрывшись с головой.

— Я пойду без сумки, а вы стойте вот там, у стены. Молча. Вам будет видно меня возле душа. Если я махну рукой вы быстро бежите ко мне и сразу прячетесь за его стеной, - тихо и спокойно говорила я, надевая свой раздувшийся от набитого барахла рюкзак на плечи Дашалы.

— Хорошо, Мали, мы поняли, да ведь, Дашала? Мы будем жить вместе и никогда не позволим нас обижать. Все будет хорошо, Дашала, - Крита тихо шептала и я видела, что девочка кивает, соглашаясь. Боялась я только одного – что она испугается и поднимет крик, мол, я передумала, куда вы меня тащите. Или испугается Лафата, коли у них так обстоят дела с противоположным полом.

Я подождала, когда они вместе встанут к кустам, где обычно пряталась я, проверила нож в сапоге и подумала, что я легко его использую, если кто-то встанет на моем пути.

Возле душа я постояла, прислушиваясь к тишине, тихохонько, ногтями поскребла по дереву и бревно знакомо скрипнуло. Деревяшка поднялась, и я увидела просвет в стене. Там была моя свобода.

Я вернулась к душу, из-за угла еще раз осмотрела территорию двора, подняла руку и помахала. От стены отделились две фигуры. Маленькая очень быстро и тихо, как кошка, побежала в мою сторону, а большая, с огромным рюкзаком за спиной, вдруг остановилась возле лестницы.

Я чуть не умерла, когда на форе лун, которые вот-вот должны были сойтись в единый полный светящийся «блин» заметила, что на лестницу вышла еще одна фигура. Крита махнула ей рукой, и она начала спускаться.