Путь хранителя - Маркус Кас

Теперь его пошатнуло и я, в свою очередь, подставил плечо. Многовато для парня откровений за одни сутки. Которые, к тому же, ещё не кончились.

А я надеялся, что такое «кино» просто приход от клятвы верности. Показывает, чьих будет новый подданный. Потому что в ином случае я знаю лишь одних ребят, способных по крови увидеть род до махрового колена. Хранители.

Если так, то у меня ещё большие проблемы, чем я думал. Не хотел я оказаться тем самым нулевым меридианом. Точно ведь спокойной жизни не дадут. Откуда вообще нулёвки берутся? С этими помешанными на евгенике аристократами должна быть информация. Придется удивить Лазаря ещё одним необычным интересом.

— Илья, — теперь сипел Герман, у которого в горле пересохло от таких новостей. — Ты правда призвал духа рода?

Теперь то что уж скрывать. Тем более предать меня оракул не сможет, клятва не позволит. Я кивнул и слегка улыбнулся, подумав о мохнатой.

— А можно… — нерешительно начал граф, сглотнул и закончил: — А можно его увидеть?

Видимо, хочет окончательно себя добить. Я махнул в сторону двери, а когда мы зашли внутрь, указал на диван:

— Ты сядь тогда лучше.

Парень закивал и быстро присел на самый краешек, вытянувшись вперед, распахнув глаза и перестав моргать.

Хранительница явилась не сразу. Пришлось повторить слова призыва духа и добавить, что точно можно. Не забыла всё таки наш разговор про посторонних рядом.

Мантикора явно хотела произвести неизгладимое впечатление, потому что материализовалась с распахнутыми крыльями и осанкой львицы. Но лапы расползлись по скользкому полу, крылья снесли одежду с вешалки, а хвост застрял в перекладине балки.

— Нда… — торжественно представил я Кару графу.

Но Германа эта грация картошки нисколько не разочаровала. Глаза парня засияли от восхищения, он сполз на пол, бахнувшись на колени и благоговейно забормотал:

— О, всеблагие, великий дух-хранитель!

— Воооот, — довольно промурчала хранительница и победоносно посмотрела на меня: — Вот как надо со мной обращаться!

Я лишь непочтенно хмыкнул, освобождая застрявший хвост. Оракул же распахнул рот и замер в священном трепете, не переставая пялиться на мохнатую. Ту в итоге такое смутило и она фыркнула, поворачиваясь и принюхиваясь ко мне:

— Ты завязывай крови столько лить, взял в привычку… Скоро так ничего не останется. Ну и воняет от тебя, — под конец отчитывания она громко чихнула и лапы снова разъехались в стороны.

Её изысканный нюх с постоянным «тут воняет» начал немного напрягать. Хотя мне думалось, что это её способ сказать, что она чувствует какой-то запах. Просто для эфирного создания сложно описать его иначе, как и различать. Всё, кроме крови.

— Больше не буду, — примирительно сказал я, решив не выставлять напоказ наши препирательства.

Потрепал по голове, на что клацнули зубы, а граф завороженно продолжал следить за каждым движением мантикоры.

— Слушай, — тихо сказала она. — Чего он так уставился то? Он часом не блаженный?

Граф, естественно, всё слышал и наконец моргнул, чуть нахмурившись.

— Простите мне мою наглость, о великий дух рода, — важно произнес он и поклонился.

— Не, точно из этих… — задумчиво посмотрела на него Кара, склонив голову набок и высовывая язык. — Ты чего, Илья, думал его вылечить этой, шоковой терапией?

Герман нахмурился сильнее. Похоже до него начало доходить несоответствие представлений о «великих духах» и откровенным издевательством наглой котяры.

— Кара, — я перехватил её под шеей и поднял, помогая сесть нормально. — Это Герман, он мой, хм, кровник. Будь так добра и перестань оскорблять моего друга.

— Ааа, — зевнула она. — То-то я думаю, что и от него также воняет.

Мантикора с трудом поднялась и осторожно переступая лапами подошла к сидящему на полу графу, отчего он испуганно отпрянул. Но разглядывать хранительницу не переставал. Та обнюхала парня, фыркнула ещё раз и кивнула:

— Надо же, и правда. Ну ты даешь. У самого ни кола, ни двора, у великого духа приличной конуры и то нет, а кровников заводишь. Дом сначала построй!

— Нафига мне его строить то? — возмутился я обвинениям и требованиям. — Купить проще. Да и быстрее.

— Вот ленивое поколение, — проворчала Кара, даже голос стал похож на старческий. — На всем готовом хотят… Ладно, хотя бы купи уже! Сколько можно жить в таких условиях?

Я удивленно оглянулся. После генеральной уборки и помощи княжны место стало выглядеть вполне прилично. Мебель хоть и не царская, но недешевая и небезвкусная. Ковер вон даже на полу лежит. Что за капризы вдруг?

— Эй, великий дух, а у тебя случайно не эти дни?

Боги упаси, конечно, от такой напасти. Тут никакая отвага не поможет, только бегство, что в таких обстоятельствах отнюдь не трусость, а великая мудрость. Но, скорее всего, хранительница выделывалась перед восторженным зрителем. Надеюсь…

— Чего? — не въехала мантикора, но на всякий случай недобро прищурилась и зарычала.

Сообразил граф и хохотнул, явно нервы сдали уже. Кара клацнула зубами уже на него и Герман быстро перестал ржать, пытаясь вернуть выражение полного обожания. Получилась такая жуткая гримаса борьбы с неравными чувствами, что отшатнулась уже кошка, плюхнувшись на задницу.

— Не, точно блаженный. В общем, больше меня в эту помойку не призывай! — нагло заявила она и, увидев, как я собираюсь достойно ответить, испарилась.

— Илья, — оракул всё же доржал, а затем выдал: — А можешь мне тоже духа призвать?

Мои брови поползли вверх. Может, моя хранительница не так уж и не права по поводу его диагноза?