Лэя - Виктор Кувшинов

Лэя, удивляясь себе, почувствовала, как озорная улыбка в мгновение ока превратила инопланетное чудовище в забавное и веселое создание. Но даже сквозь смех ощущался его взгляд, продолжающий внимательно изучать ее. Девушка не могла не оценить комплимент чужака и ответила смущенной улыбкой:

— А я подумала, что кажусь вам большой плюшевой игрушкой, как мой Хлюп.

— Нет, если и игрушкой, то не плюшевой, а шелковой. И потом, у игрушек не бывает таких красивых и умных глаз, — продолжал расточать инопланетные комплименты Женька.

— У нас, наверное, мало времени… — напомнила Лэя о том, что ее пребывание в астрале может оборваться когда угодно.

— И правда! — спохватился Женя и сразу решил исправиться. — Тогда разрешите представиться: мы с планеты Земля. Я — душа человека по имени Женя или Женька, если возникнет желание поругаться. Этот тип сзади — ангел. Зовут его Язык-сломаешь, а короче, Буль. Это еще потому, что он все время булькает, как перегретый чайник. В общем, не ахти что, но за неимением лучшего… Так что прошу любить не любить, но хотя бы жаловать. А передо мной, как я понимаю, находится ангелоподобное и венценосное создание небесной красоты по имени Лэя?

Девушка изумленно пыталась следовать за витиеватой мыслью инопланетянина и не расхохотаться в лицо от его необычно смешной манеры излагать вполне серьезные вещи. «Как же весело и легко можно относиться к обыденным вещам!» Девушка подумала, что начинает немного завидовать этому смешному «чудовищу», которое смотрело на мир как на повод повеселиться. Но это не было пустосмешеством — она чувствовала, что за шутками прячется уважение к ней и попытка найти психологический контакт. А ничего лучше ломающего преграды, чем смех, нельзя и найти. Лэя сама решила пойти ему на помощь и постаралась ответить в том же духе:

— Вы совершенно правы. И моей первой высочайшей просьбой к вам будет немедленно забыть о всяких коронах и перейти на «ты».

— Огромное спасибо! На самом деле это неприлично для развитых и цивилизованных инопланетян выкать друг другу и выпендриваться всякими висюльками и побрякушками, которые они вместе со своими родичами на себя понавесили. Так что рассчитываю, мне будет позволено обзывать тебя Лэйкой, когда буду не на шутку сердиться?

Лэя рассмеялась в голос, будучи не в силах сдерживаться:

— Нет! Можно, если только «на шутку» рассердишься!

— Это как? — выпучив удивленно глаза, зачмокал, словно пробуя на вкус непонятное выражение, Женька. — Что-то сурдоперевод барахлит…

Теперь уже Лэя озадаченно пыталась понять, что значит сурдоперевод. Буль, воспользовавшись паузой, тут же по-деловому встрял в беседу:

— Кончай этот межгалактический базар, а то мы никогда не доберемся до дела.

— Ну, что я говорил? — воскликнул Женя. — Опять забулькал.

— Ничего, где лейка, там и булькает, — продолжая веселиться, ответила девушка.

Не прошло и трех минут, как все инопланетяне почувствовали себя старыми друзьями, собравшимися на очередную вечеринку, и можно было приступать собственно к делу.

— Прошу всех не посвященных в дело удалиться для сохранения конфиденциальности, — обратился Буль к Лену и остальным присутствующим.

— Это были твои родители? — участливо спросил Женя, когда на поляне остались только они втроем.

— Да, мама с папой и Арсен — мой ангел-хранитель.

— Обещай, что познакомишь меня с ними, когда мы установим связь с реалом, — попросил землянин, давая Лэе понять, что он с большим уважением относится к ее родственникам.

— Лен, Глен, Арсен — имена какие-то одинаковые… — недовольно проворчал Буль.

— А еще Лин, Лика, Лэя… — засмеялась Лэя. — Что тут поделаешь, если нам так нравится. Это сокращения, сами имена длинные и неудобные в пользовании.

— Ерунда, у нас на Земле тоже, как начнут склонять: Джин, Джейн, Джей, Джон, Жан, Шон… попробуй разбери, когда все Иваны, — подвел итог дискуссии Женя. — Все, за работу! Лэя, ты должна приготовить в реале, ну, то есть на Сэйларе, одно лекарство из травы, которую ты, надеюсь, знаешь. Буль, покажи изображение этого растения.

Буль театральным жестом щелкнул пальцами, и под их ногами растительность сменилась на траву, достигающую им коленей и цветущую желтыми цветочками, собранными в небольшие колоски. «Чем-то зверобой напоминает», — подумал биолог.

— Так это же лепт! — узнала траву Лэя. — Он частенько растет по обочинам дорог. Его еще можно заваривать, как успокаивающее средство.

— Отлично, теперь мы даже знаем, как ее называют, — обрадовался землянин. — Буль, твои программки, случаем, не запомнили, где эта травка растет в их долине?

— А как же! Обижаешь, начальник. — Буль опять защелкал пальчиками, и перед ними развернулась уменьшенная копия долины, в которой жила девушка. На схеме двумя яркими красными кубиками засветились постройки. — Лэя, видишь ваши дома и озеро?

— Да, — кивнула девушка, заинтересованно разглядывая трехмерную карту.

— А теперь запомни места, где эта трава растет особенно густо, — произнес ангел, и перед ними засветилось зеленым цветом несколько участков, разбросанных по долине.

— Хорошо, я запомнила, — послушно, как прилежная ученица, ответила Лэя.

— Теперь переходим к следующему пункту, — подытожил Женя и стал подробно рассказывать, как эту траву нужно собрать, отжать сок, выпарить, отфильтровать сквозь ткань и смешать со спиртом, чтобы высадить нежелательные соединения. Тут возникла заминка.

— У вас спиртные напитки употребляют? — задал наводящий вопрос землянин.

— Если ты имеешь в виду вино и сгон, то, конечно, есть. Мужички очень даже любят приложиться…

— Вот где оно — родство цивилизаций и инопланетных разумов! Даже самогон и сгон звучат созвучно. Уверен, теперь мы без помех найдем общий язык с любым представителем мужской половины… — Женя осекся на полуслове и заинтересованно спросил: — А женщины?