Глаза ворона - Татьяна Русуберг

На дневном привале радость влюбленного несколько померкла: возле Майкен опять увивался Аркон. Пока они с Каем поили мулов и лошадей, Токе все косил глаза, стараясь не упускать парочку из виду, хотя поделать все равно ничего не мог. От злости и бессилия он обратился к Арову телохранителю:

— Слушай, не покажешь мне ту подсечку, которой ты уложил меня вчера?

Кай смерил его взглядом, потом покосился на гоголем ходящего вокруг Майкен Аркона:

— А зачем тебе?

— Ни за чем. Жалко тебе, что ли?

— Положим, не жалко. — Он выпрямился. — Попробуй ударить меня, как вчера, только медленно.

Токе замахнулся, и все повторилось, как накануне, разве что встреча его с землей была более мягкой.

— Ну как, запомнил? — Кай помог ему подняться.

— Не совсем. Давай еще раз.

Молодой воин снова медленно показал все движения, которые казались очень простыми:

— Не нужно быть сильным, чтобы выполнить этот прием. Ты используешь напор нападающего против него самого. Чем он мощнее и быстрее, тем хуже для него. Понял?

— Да я еще вчера это понял, — усмехнувшись, потер нос Токе.

— Давай, теперь ты. Сначала медленно. — Кай замахнулся, целясь парню в лицо, но тот перехватил его руку, скользнув вдоль предплечья к локтю и… вот уже настала очередь учителя лежать на песке.

— Неплохо. Попробуем еще пару раз.

Когда плащ Кая стал совсем сизым от пыли, он снова встал против Токе:

— Хорошо. Теперь в обычном темпе. Ты готов?

— Готов. — И тут же мир Токе взорвался фейерверком звезд. Когда в глазах немного прояснилось, он увидел склонившийся над ним капюшон:

— Ты не был готов, — упрекнул Кай.

Токе ощупал свое лицо и убедился, что к распухшему носу прибавился великолепный фонарь под левым глазом.

— Давай еще, — он упрямо встал на ноги, игнорируя протянутую руку.

— Ну, смотри сам… Готов?

Токе глубоко вздохнул. Кай был быстр, но это против него же обернется…

— Готов!

Шлам! Учитель Токе лежал лицом вниз, сплевывая пыль и то ли кашляя, то ли смеясь:

— А ты схватываешь на лету!

Победитель бросился на помощь, но тут сзади прозвучал голос Аркона:

— Не боитесь, что Урману это не понравится?

— А что ему может не понравится? — взъерошился Токе. — Ну показал мне парень подсечку, что в этом такого?

— Ах да! Великий воин воспитывает юную смену, — в голосе охранного слышалась неприкрытая издевка.

— Шел бы ты… туда, куда ты шел, — предложил Токе.

— А я не с тобой разговариваю, малыш, — отстранил его с дороги Аркон. — Может, ты, гроза гайенов, и мне пару своих штук покажешь?

Аркон встал напротив отряхивающего плащ Кая, возвышаясь над ним на целую голову. Капюшон качнулся из стороны в сторону:

— На сегодня представление закончено. — С этими словами Кай попробовал пройти мимо охранного, но плечо его сдавила железная пятерня:

— Ты что же, только с мечом храбрый да за спиной своего господина?

— Оставь, Аркон! Ему же запрещено драться! — попытался вмешаться Токе.

— А кто говорит о драке? Он покажет мне пару своих штук, а я ему, — Аркон недобро ухмыльнулся, — пару своих. Вот и посмотрим, кто первый заступит круг. Такое ни хозяин его, ни сам Урман запретить не может.

Аркон был прав. Игры в круге были не только разрешены, но и уважались законами пустыни. Игры, по сути, не были поединком. Очень редко участники выходили из круга с увечьями. Противники, как правило из охранных, вступали в круг, чтобы продемонстрировать свое воинское искусство в рукопашной схватке. Проигрывал тот, кто первым заступал за начерченную на песке линию. Игры служили не только развлечению уставших от однообразного путешествия людей. Здесь молодые учились у более опытных бойцов, воины перенимали друг у друга новые захваты и броски, разминали затекшие после дня, проведенного верхом, мышцы… Если один охранный вызывал другого в круг, отказаться было для вызванного позором. Но Кай не был охранным.