Пес Войны. Воин духа - Ерофей Трофимов

Удивлению Менди не было предела. Впервые в жизни она увидела директора в таком состоянии. Больше того, она впервые в жизни увидела, как этот пожилой, солидный человек выскакивает из кабинета и не просто бежит, а по-настоящему несётся к выходу. Заглянув в кабинет, она на всякий случай, заперла дверь и, вернувшись на своё место, переложила пистолет из ящика стола на полочку, рядом с клавиатурой компьютера.

К своему дому директор Сторм летел с сиреной и с визгом сжигаемой на поворотах резины. Но как только его машина остановилась у подъезда, прямо перед ней, едва не дотянувшись капотом до широкого бампера, остановился лимузин сенатора Ливински. Выскочив из машины, директор кинулся к дверям, не обращая внимания на окрики сенатора. Одним движением распахнув дверь, директор ворвался в дом, громко подзывая к себе пса.

Огромный мастифф, громко цокая когтями по паркету, выскочил в коридор, направляясь к нему от подвальной лестницы. Следом за директором в дом вошёл сенатор и, увидев пса, остановился. Быстро потрепав собаку по лобастой башке, Сторм осмотрелся и осторожно направился в сторону лестницы. Вошедшие следом за сенатором охранники, заметив его настороженность, слаженными движениями передёрнули затворы пистолетов и, обойдя Сторма, первыми двинулись по лестнице в подвал, привычно прикрывая друг друга по всем правилам. Сторм, ухватив сенатора за рукав, задержал его в коридоре, давая возможность своим парням проверить подвал.

Неожиданно из подвала показалась физиономия одного из парней.

— Директор, вам лучше самому взглянуть на это, — смущённо проворчал агент, бросая на сенатора непонятный взгляд.

Отпустив рукав сенатора, директор бросился в подвал чуть ли не бегом. Следом за ним, пыхтя и спотыкаясь, спускался сенатор. Но, едва они вошли, как с ходу остановились, словно наткнувшись на невидимую стену. Сторму хватило одно взгляда, чтобы понять невысказанную угрозу. Разложенные на полу плети и вибраторы, костюм в стиле садо-мазо и жёсткий ошейник, наглухо застёгнутый на шее девушки.

— Отстегните её и найдите какую-нибудь одежду, — приказал Сторм, устало приваливаясь к ближайшему шкафу.

— Что всё это значит, директор? — зашипел сенатор, не хуже разъярённой кобры. — Если он посмел прикоснуться к ней…

— Он её не трогал, — со вздохом ответил Сторм. — Это предупреждение.

— Кому? О чём? — растерялся сенатор.

— Нам обоим. Он показал нам, что ни мы сами, ни тем более наши близкие, не можем чувствовать себя в безопасности. А весь этот антураж говорит о том, что в следующий раз она может оказаться в каком-нибудь борделе, далеко отсюда.

— Откуда такая уверенность? — окончательно растерялся сенатор.

— Обратите внимание на то, что он обложил её вибраторами самых разных размеров и расцветок. По-моему, намёк вполне понятный. Отстегните её наконец, — зарычал он на возившихся с наручниками телохранителей. — И выньте кляп. Мне нужно с ней поговорить.

Вздрогнув от его рыка, один из телохранителей быстро расстегнул ремень, которым крепился шарик во рту у девушки. И только теперь Сторм в полной мере оценил полезность этого изобретения. Едва выплюнув силиконовую затычку, Сара разразилась такой тирадой, что оцепенели даже возившиеся с наручниками телохранители.

Удручённо покачав головой, сенатор шагнул к дочери и, взяв её жёсткими пальцами за подбородок, приказал:

— Придержи язык, Сара. Это уже не шутки.

— А не пошёл бы ты, папочка, куда подальше. Мне давно уже осточертели твои нотации. Да, отстегните меня наконец и помогите снять эту сбрую, — завопила девчонка, топая ногами и брызгая слюной.

— Это всё очень интересно, мисс, но вы должны сказать, что с вами произошло? Как случилось, что вы оказались пристёгнутой к трубе в моём подвале?

— Понятия не имею, — фыркнула в ответ Сара. — Машина заглохла, я вышла, чтобы позвать наших охранников, а вместо этого получила по морде и очнулась уже здесь.

— Вас ударили?

— Ну, если в вашем понятии получить по морде — это что-то другое, то да, меня ударили, — окрысилась девушка.

В этот момент наручники звякнули, расстегнувшись, и девица, морщась и охая, принялась растирать запястья. Быстро сняв свой пиджак, сенатор накинул его на плечи дочери и, повернувшись к Сторму, спросил:

— Что вы собираетесь предпринять по этому поводу?

— Ничего. Это было предупреждение, и, если мы попытаемся мстить, нас попросту уничтожат, — мрачно покачал головой Сторм.

— Выходит, вы знаете, кто меня сюда засунул? — с интересом спросила Сара.

— Знаю и могу поклясться на Библии, Торе и Коране одновременно, что вам лучше держаться от этого человека подальше. Целее будете.

— Кто он? — спросила Сара, и по тону девушки директор понял, что будет проще ответить, чем спорить.

— Бывший наёмник по прозвищу Араб. В прошлом он был лучшим в своём деле и, судя по всему, таким и остался. Похитить дочь сенатора, при этом не то что никого не убив, а даже никому мозоль не оттоптав, — это нужно уметь. И поверьте, юная мисс, если этот человек решит продать вас в один из восточных борделей, он это сделает. Сделает, несмотря на нашу охрану и на все деньги вашего отца.

Директор специально избрал такой тон. Он не запугивал и не угрожал, он просто констатировал факты, и это сработало. От его усталого, ровного тона стало не по себе даже сенатору. Вздрогнув, он покосился на разбросанные по полу игрушки и непроизвольным жестом прижал дочь к себе, словно пытаясь заслонить её от реальной опасности.

Заметив этот жест, Сторм чуть усмехнулся и тихо добавил:

— Запомните, сенатор, на каждого охранника найдётся винтовка с оптическим прицелом. И если с его семьёй что-то случится, мы с вами можем сделать только одно. Пойти на кладбище и приказать похоронить себя заживо, потому что с этого момента мы всё равно уже трупы, только ещё не поняли этого.

— Он же просто наёмник, а не терминатор, — пожала плечами девушка.

— Наёмник, но не простой. Он умудрился стать живой легендой всех спецслужб всех серьёзных государств и их настоящим кошмаром. Ваш отец знает, о чём я говорю.

Кивнув, сенатор обнял дочь за плечи и решительно повёл к выходу. Усадив Сару в машину, он неожиданно остановился и, круто развернувшись, спросил:

— Директор, а почему она оказалась у вас в подвале?

В этот момент взгляд сенатора стал жёстким и цепким, словно он неожиданно осознал, что перед ним не союзник, а враг. Сообразив, о чём он думает, директор удручённо покачал головой и, подойдя к дверям автомобиля, ответил так, чтобы услышала и сама похищенная:

— Всё просто, сенатор. Мы оба завязаны на том деле, и он решил одним жестом показать нам обоим, что будет, если мы не одумаемся.

— А ваш пёс? Почему он не бросился на него? Не начал лаять? — неожиданно спросила Сара.