Прикоснись ко тьме - Карен Ченс

– О нет, маленькое привидение. Я уже говорил тебе. Теперь ты меня так просто не обманешь. Возвращайся назад, к своей хозяйке, или я отошлю тебя в такое место, где тебе очень не понравится.

Мне стало понятно, во что я врезалась; это была защита мага, которая оказалась прочнее, чем я думала. Я не могла последовать его совету, поскольку не знала, как вернуться назад, и, следовательно, мне оставалось одно – двигаться вперед. Пробраться через магическую защиту стало для меня вопросом жизни и смерти – в буквальном смысле.

Защититься можно всем, что ты в состоянии вообразить: камнем, металлом, водой, даже воздухом. Вопрос только в том, как ты умеешь пользоваться своей энергией. Эжени использовала в качестве защиты туман, что мне казалось причудой, а ей нравилось. Защита мага была прочной, но обычной: как и я, он вообразил стену, с той разницей, что его стена была деревянной, а моя – огненной. Когда я сконцентрировалась, то увидела крепость, окруженную стеной, сложенной из огромных деревьев вроде калифорнийских секвой, таких высоких, что их верхушки терялись где-то в облаках. На самом деле у них не было никаких «верхушек»; я поняла это, продвигаясь вдоль стены, – она везде была одинакова.

Вернувшись назад, в то место, где я «приземлилась», я увидела, что мой импринт врезался в огромные бревна с такой силой, что от них отлетели щепки. Видимо, поэтому маг понял, что я здесь; внезапно у меня появилась одна идея. Я не слышала, чтобы кто-то до меня проделывал такое, но все же стоило попробовать, ведь разве с кем-нибудь когда-нибудь происходило то, что произошло сегодня со мной? И я сконцентрировалась – на своей защите, а не на защите мага.

Обычно я ее не ощущаю. Это сложно объяснить – все равно, что объяснять, как нужно ходить: когда тебе девять месяцев от роду, это трудно, но взрослому ведь не нужно обдумывать, как добраться до противоположного угла комнаты. Внезапно передо мной возникла знакомая огненная завеса, и меня окутало приятное тепло. Я сосредоточилась; и вот из огня медленно выполз маленький язычок пламени, похожий на детскую ручонку, и потянулся к бревенчатой стене. Мгновенно вспыхнуло одно бревно, за ним второе, словно сухое дерево от удара молнии, и вскоре полыхала уже часть стены. Я услышала, как выругался маг, грозя ослепить меня и призывая на мою голову все силы ада. Я не обратила на него внимания. Мне нужно было одно – следить, чтобы не потухал огонь и чтобы он не охватывал новые участки стены. На всю стену у меня бы просто не хватило сил.

Наконец – мне показалось, что прошла целая неделя, – в стене появилась крошечная дырочка. Не дожидаясь, когда она расширится, я с трудом, в кровь обдирая бока, протиснулась сквозь нее. И вдруг дым и огонь пожара разом исчезли. Я стояла на знакомой автостоянке, в лицо дул прохладный ветерок. Вдалеке виднелись Томас, Приткин и Луи Сезар, а рядом с ними, глядя на меня широко раскрытыми глазами, стояло мое тело.

– Все в порядке! – крикнула я Билли-Джо. – Я прошла!

– Тогда прекрати свою чертову атаку! У Приткина сейчас будет удар!

Я смущенно оглянулась.

– А я ничего не делаю! – Вот уж что верно, то верно. Я-то думала, что если прорвусь сквозь защиту мага, то разом решу все проблемы. Однако к этому времени защита мага сжалась до такой степени, что едва прикрывала трех человек и в любую минуту могла исчезнуть совсем. – Что теперь?

Я увидела, как мое тело склонилось над Приткином и что-то прошептало. Он взглянул на меня, и я махнула ему рукой. У него расширились глаза. Затем он что-то сказал.

– Что? Не слышу!

– Браслет! – во всю силу легких завопил моим голосом Билли-Джо. – Он велел снять браслет!

Внезапно в мою сторону метнулась темная тень. Я почувствовала зловещую ауру – этого мне было достаточно. Каким-то образом сообразив, что происходит, ко мне ринулся еще один черный маг.

Я взглянула на свою руку; на левом запястье поблескивал серебряный браслет в виде сцепленных между собой кинжалов. Замочка я не нашла; по-видимому, браслет был вживлен в кожу. На лице мага отразилось отчаяние. Черт с ним, если я не могу стащить браслет, значит, придется вырывать его с мясом. Прицелившись, я вцепилась зубами в то место, где сходились два кинжала, и начала тянуть и рвать. Наконец, когда по руке ручьем хлынула кровь, я сорвала браслет.

Мне не нужно было спрашивать, правильно ли я поступила: как только Приткин с облегченным вздохом рухнул на колени, его приятели-вампиры начали действовать. Луи Сезар метнул нож в ближайшего ко мне вампира и наверняка снес бы ему голову, если бы нож не столкнулся со стальной секирой, которую тот держал в руках. Впрочем, это не спасло ему жизнь. Томас взмахнул рукой, и я наконец увидела, что произошло тогда, в кладовке. Вампир рухнул на колени, захрипел, в его груди забулькало, и оттуда буквально вылетело сердце, которое Томас подхватил на лету, словно бейсбольный мяч.

Второй черный рыцарь находился совсем недалеко от меня. Он поднял руку… и я потеряла способность двигаться. Не успела я по-настоящему испугаться, как из стоящего на стоянке фургона внезапно выскочили три спасенные мною колдуньи из казино и взяли рыцаря в кольцо. Я хотела крикнуть им: «Спасайтесь!» – но рыцарь вдруг зашатался и упал, а я почувствовала, что вновь могу двигаться.

Однако радость моя была недолгой. Внезапно ног коснулось что-то холодное, словно я ступила в ледяную воду. Моя защита зашипела и содрогнулась до самого основания. Если бы я могла сосредоточиться, то увидела бы, как вокруг меня забурлил какой-то поток. Умница маг – он умел создавать защиту не только из одного вещества, но вода загасила мое воображаемое огненное заграждение, и сразу вокруг моих ног обвились тонкие гибкие веточки, покрытые листьями. Отлично. Черный маг, по всей видимости, начал оправляться от первого удара; еще две минуты, и мне не поздоровится.

– Что с тобой? – спросил какой-то вампир, подбегая ко мне. Я узнала его: это был один из парней Тони – высокий, очень светлокожий блондин, которому, как я тогда считала, очень не помешал бы загар; внимательный взгляд парня как-то не вязался с его мертвенно-бледной кожей. – Ты говорил, что можешь его нейтрализовать! Он же нас сейчас в порошок сотрет!

Я взглянула туда, где шла отчаянная драка. Интересно, кто это – «он»? Все они на одно лицо.

Приткин, конечно, большой сукин сын, но и боец он отменный. Белый маг пустил в ход весь свой арсенал: оторвав автоматной очередью голову одному вампиру, он метнул ножи во второго, едва не срезав голову и ему. Должно быть, второй вампир был хозяином, поскольку не упал, а бросился бежать, но ножи догнали его и набросились, как стая смертельно опасных ос. Вампир вертелся и отбивался, истекая кровью, но ножи продолжали свое дело. Ревя от ярости, вампир все же предпочел быть изрезанным на куски, чем сбежать, чего нельзя было сказать о двух его товарищах, преследуемых гранатами мага. Ну, если Приткин так сражается, будучи еле живым от усталости, то каков же он в бою, когда здоров и полон сил?

Впрочем, Томас от него не отставал: ударами ножа он уже успел свалить двух вампиров, причем так быстро, что я заметила лишь, как в свете фонарей сверкнула сталь. Рядом валялось еще несколько трупов с одинаковыми ранами – дыркой в груди. Тем временем Луи Сезар решил предпринять атаку своими силами. Пока Томас и Приткин сдерживали атакующих, он ринулся на целую группу вампиров, окруживших меня. Один из них, вероятно не знавший о репутации француза, бросился на него – и поплатился за это жизнью. Сверкнула острая рапира, и вампир повис на ней, а Луи Сезар даже не остановился. Он попытался проткнуть ножом черного мага, но нож отскочил, словно наткнулся на броню. Вы бы видели, что в это время вытворяли три колдуньи! Поверженный на землю маг дергал руками и ногами, как перевернутый на спину жук, и отчаянно пытался встать, а женщины, окружив его кольцом, что-то пели.