Решение - Михаил Михеев

Вновь на палубу девушка выбралась, привлеченная громким разговором. Поднялась и с удивлением увидела аборигена, седого тощего мужика, что-то втолковывающего капитану. Артур с безразличным выражением лица толмачил:

— …Считает себя хозяином этих мест, говорит, что корабль шел в его водах и должен заплатить за право прохода.

— Скажи им, чтобы гнали его в шею, — усмехнулся капитан.

Артур перевел. Абориген чуть не подпрыгнул от негодования и быстро-быстро затараторил на своем лающем языке:

— Говорит, что гнать не получится. У этого клоуна пять островов и, соответственно, очень приличная по здешним меркам армия. Случится конфликт — местным, скорее всего, удастся отбиться, но потери будут жесткие.

— И что он хочет?

— Чтобы мы съехали на берег и сами с ним разобрались. Капитан, я думаю, стоит так и поступить. Возможно, мы не в последний раз здесь, так что лучше раз и навсегда закрыть эти вопросы.

Капитан поморщился, видимо, идея ему не очень нравилась, но спорить не стал, и пять минут спустя шлюпка с четверкой матросов, капитаном и Артуром на борту уже двигалась к берегу. Джоанна напросилась с ними в последний момент. Капитан решительно возражал, но Артур лишь рукой махнул, сказав, что при нужде размажет в тонкий блин хоть весь остров, и теперь Джоанна сидела рядом с ним, с интересом глядя на приближающийся берег.

Берег, кстати, как берег. Желтый песчаный пляж, изрядно затоптанный и замусоренный, и пальмы совсем рядом. Деревня за ними, которая хорошо просматривалась с корабля, отсюда не была видна совершенно. Ну и толпа народу, разумеется, которая отхлынула в стороны при их приближении.

Самопровозглашенный император, надо сказать, производил впечатление — огромный рост, еще более внушительное брюхо — и при этом ухитрялся двигаться с изяществом кошки. На месте этот живчик не сидел, шустро перемещаясь между своими воинами, и на появление новых действующих лиц отреагировал моментально. Джоанне, честно говоря, очень не понравилось, как задержался на ней его взгляд. Ну да, белая женщина — это здесь экзотика, и она даже пожалела, что не осталась на корабле, однако, бросив взгляд на безмятежно стоявшего Артура, успокоилась. В самом деле, киборг разгонял армии, и местный император, вне зависимости от титулов, ему на один зуб.

Между тем колоритный туземец заговорил. Голос у него был хороший, зычный, таким бы песни распевать, однако сейчас он звучал настолько пафосно, что хотелось заткнуть уши. Артур же слушал внимательно, с непроницаемым выражением лица и даже бровью не повел, когда оратор наконец заткнулся. Потом обернулся к остальным:

— Все предсказуемо. Мы прошли в его водах, и он хочет плату за проезд. Двадцать свиней, еще какую-то хрень, я не понял, не знаю такого слова, и тебя, Джоанна. Насчет свиней не знаю, а вот за последнее я ему сейчас голову откручу.

Капитан открыл было рот, возможно, хотел возразить, но не успел, поскольку киборг повернулся к императору передом, а к нему, соответственно, задом и выдал длинную тираду. Судя по тому, как начало наливаться кровью лицо императора, на оскорбления Артур не скупился и душевное здоровье собеседника беречь тоже не собирался. В заключение киборг громко высморкался на песок в сторону императора, да так, что тот непроизвольно шарахнулся. После этого Артур выпятил нижнюю губу, встал, скрестив руки на груди и выставив вперед ногу, и с презрением посмотрел на собеседника. Обтекай, мол, потом еще добавлю.

Император несколько секунд молчал. Потом тяжело вздохнул и сказал, как ни странно, на понятном языке и даже чисто, без акцента:

— Твои люди дураки, что связались с тобой, и я их прощаю. А тебя убью.

— Вообще-то угрожать тому, чьих возможностей ты не знаешь, — глупость неимоверная, — улыбнулся Артур так, что Джоанне стало чуточку не по себе. — Но мне тоже охота размяться. Как, сам рискнешь или кого из своих мозгоклюев в деле попробуешь?

Кем бы ни был император, но не дураком, это точно. Старую истину о том, что дурак на троне не усидит, Джоанна помнила — это ей и мать объясняла, и преподаватели в академии, которую не зря считали рассадником вольнодумства, и даже сам Артур. Можно было предположить, что это правило распространяется и на цивилизованный мир, и на таких вот полудиких хамов. Во всяком случае, он проявил невероятную прозорливость, высказавшись в том духе (Артур переводил), что если бледнокожий пришелец хочет драться с ним, то пусть вначале докажет, что достоин этого. Сразившись, значит, с его, Великого Императора, телохранителем. Сказано было длинно, витиевато, минуты на две… Артур перевел сказанное одной фразой и вновь заулыбался, как показалось Джоанне, в предвкушении. Чем заканчиваются подобные улыбки, девушка знала хорошо. Не то чтобы она была в восторге от предстоящего действа, но, раз уж изменить что-либо уже нельзя, значит, надо хоть развлечься. Приняв это мудрое решение, она села на очень кстати подвернувшийся камень и приготовилась смотреть готовящийся спектакль, который Артур, ухмыляясь, назвал мудреным словом «шоу».

Кстати, местные тоже были рады грядущему представлению. Во-первых, в иное время здесь наверняка царила жуткая скука, а во-вторых, и это Джоанна тоже хорошо знала, всегда приятно посмотреть, как бьют не тебя. А уж в том, что кого-то прямо сейчас начнут бить, она ни на миг не сомневалась. Не тот Артур человек, то есть киборг, чтобы вначале спровоцировать драку, а затем от нее уклониться. И естественно, бить себя он не позволит, а вот наоборот — запросто.

Пока девушка философствовала на тему мужской привычки меряться всем подряд, аборигены подготовили место для поединка. Просто отчертили прямо на песке круг и выложили его по краям небольшими камнями-голышами. Правила, как объяснил капитан, были простыми. Бойцы входят в круг и дерутся до потери сознания, неспособности драться или смерти одного из них. Или до того, как кто-то признает себя побежденным, но это случается крайне редко. Сдаться — позор и бесчестье, а потеря статуса у дикарей многое значит. Ну и за границы круга выходить, естественно, нельзя. Это считается бегством и таким же позором, как и капитуляция. А чтобы позор этот побежденный сразу же и смыл, вокруг места поединка шустрые туземцы уже втыкали короткие толстые копья, остриями внутрь. Убегающий просто насадится на них — воткнуты копья были часто, просто так не проскочишь, и проходов всего два, только чтобы впустить бойцов. В остальном никаких правил, сражайся, как хочешь. Главное, чтобы оружие было равным и выбирать его имел право вызванный.

Очевидно, телохранитель императора, вошедший в круг, был убежден, что оружие ему не требуется вовсе. Он просто разделся до набедренной повязки — и от него шарахнулись. Такую гору мышц увидишь нечасто. Наверное, ему не потребовалось бы даже особо напрягаться, чтобы вывернуть из песка какую-нибудь не очень большую пальму. Однако на Артура это впечатления не произвело. Буркнув лишь, что большой шкаф громче падает, киборг скинул рубаху, разом приковав к себе взгляды женской части аудитории. Он, конечно, был не столь велик и громоздок, как его противник, но при сравнимых габаритах выше ростом и куда пропорциональнее сложен. Чуть поиграв на публику мышцами и подмигнув ощерившейся на неожиданно образовавшихся соперниц Джоанне, он шагнул в круг и сразу же, не останавливаясь, двинулся навстречу противнику.