Конклав Бессмертных. Проба сил - Виталий Зыков

Захару стало интересно: стал бы он так волноваться о Тони, Борисе, Вадиме или том же Кардинале?! Как у них с командным духом?

Впрочем, нет, он бы — стал. Чего не скажешь про Лазовского. Захар перевёл взгляд на Артёма, вновь укрывшего лицо за капюшоном. Этот, похоже, и себя-то не очень любит, куда там до остальных.

По лестнице группа перешла через лог. Если Захару не изменяла память, то к самым мосткам вела узкая улочка с высокими заборами и добротными домами. Но оказалось, Перенос вновь поменял декорации. Стоило обойти несколько разросшихся кустов колючки, как они оказались перед настоящим лесом из каменных столбов, с вырезанными на них знаками. Менгиры различались высотой и формой, некоторые покосились или даже упали на землю. С краю притулилось единственное свидетельство присутствия человека — развалины сарая и скелет лошади поверх упавшей створки ворот.

Неизвестно от чего волосы на затылке Захара встали дыбом. В горле зародилось рычание.

— А почему мы ничего этого с того склона не видели? — спросил Тони подозрительно. И Ненахов сразу понял, что же его смущало. Они обязательно должны были видеть самые высокие камни. Вон какие дуры из земли торчат…

— Ты зачем нас сюда привёл? — подал голос Артём. На общинника он не смотрел и, казалось, к чему-то принюхивался. Сноходец не хватался за нож, не грозил страшными карами, но проводник вздрогнул.

— Дорога это короткая…

— Здесь открытый «карман». Что-то вроде Посёлка, только без запирающей границы и Врат. Какая-то сила раздвинула пространство и втиснула сюда эти камни, — сказал виритник.

Ненахов втянул воздух сквозь зубы.

— Нам это чем-то грозит?

— Может, ничем — пройдём и не заметим, а может, ляжем рядом, — Артём кивнул на костяк лошади.

— Да чего всполошились то?! Нормальная дорога. Люди не пропадали, никакие твари не появлялись. Говорят, сразу после Волны сюда лучше не соваться, так до неё далеко, — общинник почти плакал. — Братцы, пойдёмте, люди гибнут!

На Захаре скрестились взгляды остальных членов отряда. Он даже смутился. Замахал руками: идём, идём!

Пока петляли между камнями, Ненахов заметил, как Артём то и дело косился на менгиры. Интересовали Сноходца не сами столбы, а покрывающая их резьба. Отчего-то вспомнились физики-ядерщики, которые вот так же вот, наверное, приглядывались к атомам, а потом… р-раз, и уже поднимается зарево ядерного пожара. Спроси кто Захара, он посоветовал бы держаться от любых магических штучек как можно дальше. Случайно выпущенного из лампы джинна обратно загнать удаётся только в сказке.

Метрах в ста впереди снова полыхнуло, застрекотали автоматы. Почти сразу стрельба захлебнулась, и раздался многоголосый торжествующий вой.

— Бегом! — рявкнул Захар, первым прибавив шагу. Чёрт, неужели добили кого-то?! Захару вспомнилось, как вызволяли Артёма из плена, и дикари проявили недюжинную смелость, отступив лишь после гибели демона. Но тогда пули одного старого шамана не брали, и огнём он не швырялся… А теперь как быть? Ох, недобрые у Захара предчувствия, очень недобрые.

Камни закончились, появились первые дома. Нормальных улиц в Диком никогда не было, потому Захар сильно удивился, когда группа вышла к хорошо заасфальтированному участку — метров десять, не больше. И ни одной трещины. Прущая из-под земли после каждой Волны зелень почему-то оставила дорожное покрытие нетронутым. Чудеса. И у проводника не спросишь: мыслями он уже среди бьющихся с врагом товарищей, вон как кулаки сжал.

— Сюда давайте! — Общинник свернул к высокому, в полтора человеческих роста, железному забору. — До поворота ещё топать и топать. Здесь срежем.

Он попытался открыть калитку, но её изнутри закрывал широкий засов с амбарным замком. Чертыхнувшись, проводник надавил плечом, но — бесполезно. Створка не шелохнулась.

— Помогите ему, — приказал Захар и одним прыжком перемахнул через забор. Ему даже напрягаться не пришлось. Следом посыпались остальные.

Во дворе дома было тихо. У входа на крытую террасу валялись пара лопат и грабли. Черенок одной из лопат сломан, а в стороне в луже лежит опрокинутая лейка. Там же детский велосипед и игрушечное ведёрко. Создавалось впечатление, что, узнав о появлении пигмеев, хозяева просто убежали, бросив всё.

Проводник уверенно направился к сараю, но у входа свернул направо, взобрался на кучу уже изрядно подгнивших досок. Лишь здесь он оглянулся и поманил за собой.

— Почти пришли. Осталось перелезть в огород к соседу и выйти на улицу.

От запаха гари щипало ноздри и першило в горле. Захар собрался окликнуть общинника, чтобы не лез вперёд, но закашлялся, и его предупреждение запоздало. Парень вдруг нелепо взмахнул руками и упал навзничь.

— К бою! — рявкнул Захар и первым ловко запрыгнул на доски.

Он едва успел пригнуться, пропуская над собой вращающийся со страшной скоростью диск. Его метнул туземец, прятавшийся за бочкой с водой около соседского малинника. Слабосильным карликом дикарь не выглядел.

В руке у аборигена возник новый диск, и Захар рванул вперёд. Он собирался перемахнуть через полуразвалившийся штакетник и, упав в траву, перекатом подобраться ближе. В рукопашном бою против оборотня у лесного жителя нет шансов… Но Ненахову не повезло. Под ногой треснуло, он зацепился за что-то носком ботинка и упал на забор. Проломив трухлявые доски, разодрав по пути плечо то ли гвоздём, то ли проволокой, Захар грохнулся на землю.

Больно-то как! Удача, точно, от него сегодня отвернулась. Хозяева не нашли другого места, чтобы бросить здесь секцию чугунной батареи. На свою беду на неё он и приземлился. Кажется, даже слышал, как рёбра хрустнули.

Краем глаза уловив движение в густом малиннике, Захар перекатился вправо. В обломок доски рядом с плечом впился короткий дротик — он похожие в кино видел, ими дикари из духовых трубок плевались. Вспомнилась чёрная стрела, едва не сгубившая Вадима, и Ненахов заставил себя встать. Боль пройдёт, надо немного потерпеть, а вот если колдовство шкуру попортит, мало не покажется.

Пока он барахтался среди остатков забора, в бой вступили Тони с Артёмом. Оборотень спрыгнул почему-то с крыши сарая. Красивым длинным прыжком он приземлился в метре от малинника, погасил скорость перекатом и с рёвом принялся кого-то там месить кулаками.

Артём появился менее эффектно. Он шёл следом за Захаром и, наученный его незавидным примером, не спешил. Аккуратно переступил через поваленный столб и загородил дорогу приближающемуся туземцу. Диск тот вроде успел метнуть, но раз Артём не ранен, значит, вновь промахнулся.

— Давай вместе… Я помогу, — крикнул Захар, поднимаясь. Для ближнего боя дикарь вооружился дубинкой, усеянной клыками и когтями животных. От удара такой можно и жизни в момент лишиться.

— Сам, — огрызнулся Сноходец. Приподняв край капюшона, он уставился на аборигена.

С каким-то болезненным любопытством Захар наблюдал за агонией туземного воина. Как только тот встретился глазами с Артёмом, его можно было считать мертвецом. Есть в этом даже некоторая несправедливость. Несомненно, опытный боец, изуродованный застарелыми шрамами, участвовавший во многих схватках, не в силах противостоять могуществу паренька, не умеющего даже толком держать нож.