Черный перстень - Наталия Матейчик

– Ты чувствуешь это самое покалывание? – спросил Владислав у Иды.

– Конечно, чувствую, – ответила эльфийка. – Пространственная энергия была «разбужена» во мне ещё в пять лет…

– Вы должны выполнять это упражнение каждый вечер в течение получаса, – в конце урока строго сказала Руни.

– Кто бы сомневался! – раздражённо бросил Владу Артём.

– Главное – не пропускать дни, – продолжала женщина. – Пропустил один день – и всё начинай сначала.

Примерно через две декады, занимаясь вечером концентрацией, Влад почувствовал легкое покалывание в пальцах обеих рук.

– Артём, у меня, вроде, что-то получается, – сказал он другу.

– А у меня как всегда глухо, – мрачно ответил Никаноров.

Однако, через несколько дней характерные покалывания в пальцах почувствовали Алиса и Артём. Последней, через три декады, подчинить себе пространственную энергию смогла Лакшми. Руни оказалась права: практически вся группа уложилась в месячный срок.

– Сегодня я покажу вам вашу пространственную энергию, – на одном из уроков сказала Саманта, убедившись, что определённых успехов добились все.

– Как это? – спросила Франсуаза.

– Встречаемся на первом этаже на большой перемене, – вместо ответа сказала Руни.

Едва прозвучал удар колокола, как Влад бросился к двери – так ему не терпелось увидеть свою пространственную энергию.

– Измайлов, вернись! – рявкнула Вадь, хотя урок был уже окончен и домашнее задание задано. – Что это за фокусы? Я никого ещё не отпускала. Из-за тебя я задержу весь класс на десять минут.

Не говоря ни слова, Влад вернулся за свою парту, сел и с грохотом придвинул стул. «В Греале – как и везде: я – учитель, ты – дурак», – раздражённо думал он, почти с ненавистью глядя на тёмно-русую голову, склонившуюся над свитком с родонимами. Время тянулось до ужаса медленно. Класс сидел в полной тишине и ждал, когда истекут штрафные минуты.

– Можете идти! – сказала, наконец, Вадь, когда стрелки часов показали, что истекла последняя десятая минута.

Двенадцать студентов, изучающих языкознание, выскочили из аудитории и опрометью бросились на первый этаж.

– Почему вы опаздываете? – накинулась на них Руни. – Если вам неинтересно то, что я собираюсь вам показать, то так бы и сказали.

Влад виновато молчал.

– Нас задержали на ментальной защите, – ответила за него Алиса. – Вадь вечно не укладывается в отведённое на урок время.

Маленькая группа двинулась к выходу.

– Лока Вадь, – это во-первых, – категорично ответила Руни. – А во-вторых, если она не укладывается в отведённое время, значит, в этом есть и ваша вина. Значит, вы медленно усваиваете материал и плохо выполняете домашние задания.

Влад и Алиса переглянулись и решили не углубляться в дискуссию.

Тем временем они вышли во двор крепости.

– Нам сюда, – сказала Руни, указывая на густую тень, которую отбрасывали три огромные сосны, растущие рядом. – Смотрите, – Саманта ступила в тень, опустилась на корточки и поднесла свою руку почти вплотную к снегу.

И тут на фоне белого снега все отчётливо увидели, как от руки Руни льётся густое голубоватое свечение, которое окружает её ладонь и пальцы, как перчатка.

– Ну, чего же вы ждёте? – спросила Саманта.

Студенты поднесли свои ладони к снегу. Конечно, свечение, исходящее от их пальцев, было не таким густым и не таким сильным, как у Руни, но оно было, и они его отчётливо видели.

– Пространственная энергия – «дама» весьма капризная, – сказала Саманта. – Увидеть её можно только зимой в густой тени на фоне снега в ясный солнечный день…

Морозный воздух задрожал от гулкого удара колокола.

– Мы опоздали на алхимию! – обречённо шепнула Ида.

– Надеюсь, вы не скажете лока Чернову, что опоздали потому, что Руни не укладывается в отведённое на урок или на перемену время, – без улыбки сказала Саманта. – Нет?…

Несмотря на то, что во втором семестре им на дом задавали намного больше, ночами неугомонная четвёрка снова и снова пыталась обнаружить тайник в статуэтке, но все их попытки успехом не увенчались.

– Ладно, – мрачно сказала Ида после трёх декад бесплодных попыток, когда они заперлись в пустой аудитории на военный совет, – видимо, нам придется прибегнуть к спиритуализму.

– К чему? – спросил Артем.

– К спиритуализму. Иными словами, к общению с умершими, или, как их еще называют, развоплощёнными. Их считают всезнающими, правда, – эльфийка слегка усмехнулась, – часто они банально врут.

– Ты хочешь сказать, что мы будем вызывать духов? – ошарашенно спросил Владислав.

– Я не вижу другой возможности разгадать секрет тайника, – ответила Ида.

– Да нет там никакого тайника! – раздражённо бросил Артём.

– Есть! – уверенно ответила девочка. – Правда, – продолжала она, – есть три момента, которые нам необходимо оговорить. Первое: нам запрещено заниматься спиритуализмом до тех пор, пока нам не исполнится четырнадцать, то есть, мы осознанно идем на серьезное нарушение правил…

– А почему до четырнадцати лет запрещено заниматься спиритуализмом? – спросила Алиса.

– Потому, что только в четырнадцать окончательно формируется особая энергетическая оболочка, защищающая нас от так называемых одержателей, – ответила Ида.

– От кого? – удивленно спросил Влад.

– От одержателей. Одержатели – это, в основном, души самоубийц, раньше своего срока ушедшие с физического плана. Они – обитатели нижнего астрала. Одержатели рвутся обратно в физический мир, но, так как у них нет своего собственного физического тела, то они стремятся «захватить» душу человека, вошедшего с ними в контакт, и подчинить её своей воле. Само по себе одержание очень опасно, – помолчав, добавила Ида. – До смерти недалеко. А избавить жертву от одержателя очень сложно. Я думаю, из всех наших преподавателей только Лалу под силу «снять» одержателя и закрыть «окошко» в астрал.

– А может, не будем? – с сомнением в голосе спросил Артем. – Как-то всё это звучит не слишком… оптимистично.

– Вызывать духов буду я, – продолжала Ида, как будто и не слышав слова Артёма. – Вам не будет угрожать опасность «заполучить» одержателя, а я владею определенными защитными методиками. Мне их мама показывала. Второй момент: многие духи сами не хотят общаться с теми, кому ещё не исполнилось четырнадцати…

– Почему? – удивлённо спросил Влад.

– Они таким образом сами пытаются защитить нас от одержателей, – ответила Ида. – Отказываются общаться, чтобы тем, кому ещё нет четырнадцати, неповадно было лезть в спиритуализм. И третий момент, – продолжала девочка, – если нас застукают за этим занятием преподы… – она на мгновение запнулась, – то в карцер посадят всех четверых, как минимум, на двое суток, и на месяц лишат стипендии, потому что это – очень серьёзное нарушение.