Академия магического права. Брюнетка в осаде - Азалия Еремеева

На завтрак я собиралась, с трудом сдерживая желание попросить у нее еще одну порцию лекарства. Лишь осознание того, что на занятиях нужна светлая голова, заставило отказаться от этой идеи.

В столовой, как и после гибели Виктора Браума, было тихо. Редкие разговоры велись исключительно шепотом. Я сидела и пыталась проглотить хотя бы ложку из своего завтрака, стараясь не вызывать лишнего подозрения у Сайруса. Оборотень — не Лил, начнет расспросы, так просто ему соврать не удастся.

Кстати, сегодня они с Микаэлой сидели рядом. Влюбленными эта парочка, конечно, не выглядела, но шипеть и рычать друг на друга они, к счастью перестали. Даже на извинения, которые Сайрус все-таки принес Лилиан, Мика отреагировала спокойно. Просто внимательно следила за своим женихом и его бывшей девушкой.

Воссоединение нашей прежней компании, пожалуй, было самым приятным моментом грустной трапезы, большую часть которой мой взгляд невольно возвращался к тому месту, где вчера погиб Галитар. Сегодня столик и пространство вокруг него были пусты. Судейская компания сидела ближе к выходу из столовой.

Так и не сумев проглотить ничего, кроме чая, я в компании Ники и Лил направилась на занятия. А на выходе столкнулась взглядом с бледной Дейдрой.

— Радуешься? — с ненавистью прошипела девушка.

— Ты о чем? — от удивления я даже остановилась.

— Ты ведь рада смерти моего брата. И не говори, что не желала ему ее!

На мгновение у меня мелькнула отчаянная мысль о том, что Дейдре стало все известно. Но я тут же отмела ее, понимая, что это просто реакция, вызванная сильными переживаниями.

— Дейд, перестань, — Вальтан прижал к себе невесту. — Кара тут ни при чем.

— Такой смерти я никому не пожелала бы, — холодно произнесла я. — И никакого повода для радости в смерти человека, не нахожу.

— Врешь, ты все врешь! — крикнула Дейдра со слезами, вырываясь из рук Вальтана. — Лицемерка! Это все ты! Ты!

— Идем, Кара, — одернула меня Ники. — Ты же видишь, у нее истерика. Чем быстрее ты уйдешь, тем быстрее она успокоится.

Не споря, я поспешила покинуть столовую.

И потянулись учебные будни. Постепенно жизнь в академии возвращалась в привычный ритм, да и прибавившаяся нагрузка отвлекала от переживаний. Вот только чувство вины, нашептывающее о том, что я стала соучастницей убийства, затихало слишком медленно, отравляя жизнь. Приходилось заливать тревожное состояние успокоительными каплями Лилиан.

После них становилось немного легче, хотя мысли о том, что делать дальше, порядком изматывали. Могла ли я рассказать кому-то о встрече на залитой лунным светом поляне? И как я вообще там очутилась? Почему монстр имеет силу выдернуть мое сознание по своему желанию?

О розе, вине, комплиментах и, главное, своем дерзком поведении с властителем мира за Щитом, я даже вспоминать не хотела. Как и о его предложении разделить власть.

Рассказать обо всем Андре? И чем он поможет? Предложением окончательно запереть?

В конце концов, я все же решила молчать. Ну а чтобы никаких мерзких снов не снилось — пить успокоительные капли Лилиан.

А вскоре Андре возобновил мои тренировки, так что и днем времени на самоедство практически не осталось. Теперь я пыталась научиться управлять щитом, отодвигать его пределы и создавать второй щит вокруг другого человека.

Получалось так себе. Сказывался слишком маленький опыт и полное отсутствие помощи со стороны. Андре мог только смотреть и подбадривать, а мне так хотелось услышать хотя бы один дельный совет!

Но я не отчаивалась, продолжая заниматься с удвоенной, утроенной силой. Так, что под конец занятий уже с трудом держалась на ногах. И хотя занятия здорово отвлекали меня от размышлений, в среду пришлось признать — ресурсы организма уже на пределе.

С трудом выходя из кабинета Андре, я думала только том, как добраться до кровати. Голова кружилась, накатывала тошнота, а ноги с трудом слушались свою хозяйку. В общем, я получила все удовольствия от систематического истощения резерва.

Лилиан, которая дожидалась меня, чтобы вместе идти в столовую, с тревогой выслушала очередные жалобы на тошноту и недовольно покачала головой.

— Показалась бы ты врачевателю, Кара, — укорила она. — Выглядишь как бледная поганка в период засухи: такая же истощенная, замученная и с сероватым оттенком кожи.

— Все нормально, — неубедительно заверила я. После чего выпросила у подруги еще одну порцию волшебных капель и, отказавшись от ужина, упала на вожделенную кровать.

«Пожалуй, завтра надо будет поговорить с Андре и немного ослабить темп наших занятий», — с этой приятной мыслью я и уснула.