Светлая и Темный - Ольга Гусейнова

Мне будет проще принять темную суть своего дракана, чем взращивать ненависть к нему, отвращение или даже элементарное неприятие. Да, питаться чужой смертью — ужасно, но не драканы напали первыми, в самом-то деле. Не они подло посылали стрелы в спины двум женщинам, прячась в ветвях деревьев…

Какой смысл рассуждать о справедливости к каким-то незнакомым воинственным людям, которые, в конце концов, прекрасно знали, что собой драканы представляют, но жадность сгубила? А вот себя было жалко.

Я чувствовала мрачное ожидание темного внутри себя. С каждой минутой мучительного молчания его напряжение становилось гуще, холоднее и обширнее.

Та «я» — женщина другой морали и принципов, которая, увидев по телевизору подобную бойню, осуждающе покачала бы головой. Ну да, напали, хотели убить, но это не причина добивать раненых, «пить» их смерть с таким равнодушием…

И новая «я», которая принадлежит этому миру благодаря телесной оболочке и памяти Сафиры, окружающим реалиям и… брачному союзу.

Надо полагать, мне придется всю оставшуюся жизнь поддерживать приемлемый баланс между двумя моими «я» — бывшим человеком и дракой, которую продали, как ни крути, в новое рабство, чтобы сгинула. И лишь чудом предполагаемый убийца оказался терпеливым заботливым мужчиной, в отличие от родного отца и бывшего мужа.

И сейчас на весах слишком много.

Сэбиан крепче обнял меня, склонился, скользнул губами по моему уху к шее, обдавая теплым дыханием и легонько целуя. Неужели проверял, как я отреагирую, содрогнусь ли от отвращения или…

Мысленно попросила прощения у Боженьки. Он меня поймет, я уверена, потому что приняла решение: муж и жена неразделимы. Особенно в нашем случае, с образованием магической связи. От согласия двух «я» пришло облегчение. Я расслабилась в объятиях мужа, слегка отклоняя голову вбок, чтобы ему целовать меня удобнее было, и потерлась головой об его щеку.

— Ничего сказать не хочешь? — глухо спросил Сэбиан, чуть поворачивая меня к себе, чтобы лучше читать эмоции, наверное.

— Пойми, я должна была… принять не только тебя, но и твою суть.

— Ну и как? Приняла? — В его голосе послышалась едва слышимая хрипотца.

Я устало пожала плечами, тут же почувствовав саднящую боль от царапины.

— Ну, как сказать… — пыталась подобрать слова. — Тебя не изменить… а… мы женаты…

— И?

— Что «и»? — проворчала, морщась от дотошности мужчины, пожелавшего добраться до самой подноготной. Он продолжал молчать, несомненно, ожидая конкретного ответа, пришлось пожаловаться: — Выбор-то призрачный. Либо все принимаю, либо — нет. Ты бы что выбрал?

— Я выбрал тебя вообще-то, — строго попенял он. Чувствовалось, что злится на мои невнятные пояснения, долгое раздумье и… В общем, злится.

— Ну и я тоже! — Развела руками, мол, какие ко мне претензии?!

Муж испытал облегчение, услышав мои слова, почувствовав реакцию на свои прикосновения. И быть может — мои ощущения. Ведь я даже сейчас не испытывала негатива. Между нами все осталось по-прежнему, что его точно обрадовало.

— Сафи… мне понравилось, как тебя сестра называет… по-домашнему… — задумчиво произнес он и неожиданно спросил: — Ты переодеться не хочешь?

— Не-ет уж! — отрицательно покачала головой и, усмехнувшись, торжественно пообещала: — Как только доберусь до Хемвиля, сожгу это проклятое платье на фиг!

Керо озадаченно приподнял брови и рассмеялся.

Я засмотрелась на его изменившееся лицо. Оказывается, он может быть очень привлекательным, когда улыбается от всей души.

— До замка полдня пути. К вечеру там будем, — продолжая улыбаться, сообщил он и уже по-деловому, серьезно, добавил: — Но думаю, приветливо нас там не встретят.

Я печально пожала плечами, привычно тяжело вздохнув. Нашла взглядом Ноэль, которая маялась в сторонке от неизвестности, заставила себя ободряюще улыбнуться и уверенно заявить:

— Поехали, нечего время зря терять!