Музыка джунглей - Павел Марушкин

– Свяжите его как следует, – распрядился де Камбюрадо. – Быстрее, у нас очень мало времени.

– Я бы сказала, – промурлыкали сзади, – что у вас его нет совсем.

Павиан вздрогнул, разворачиваясь к новой участнице драмы. Джихад стояла, опираясь о косяк выбитой двери, и улыбалась – одними губами.

– Девка! – удивлённо рыкнул один из наёмников и шагнул к ней. – Ну, иди ко мне, маленькая!

Он отнюдь не был дураком, этот здоровенный горри, и прекрасно умел оценивать врага. Стоявшая в дверях была ничуть не менее опасна, чем только что поверженный противник. Именно поэтому он неожиданно вскинул палку и закрутил «восьмёрку», приближаясь к ней. Вторая палка в отведённой назад руке готова была сделать стремительный выпад.

Джихад, не сдвинувшись ни на шаг, вдруг дёрнулась, изогнулась – резко, словно хлыст. Что-то сверкнуло, послышался звонкий удар. Палка, только что плясавшая в воздухе, со стуком упала на пол. В мелкослойной древесине засела короткая и широкая метательная стамеска с лёгкой пробковой рукоятью.

Обезьянец перевёл взгляд на свою руку. Указательного пальца как не бывало – вместо него торчал короткий обрубок, из которого тонкими струйками била тёмная кровь. Джихад, казалось, не сделала ни одного движения – но в её руке вдруг материализовалась ещё одна стамеска. Поймав полированной поверхностью свет, она пустила зайчик в глаза ошеломлённому наёмнику.

– Уже калека. Но – живой калека. Подумай, прежде чем выкинуть ещё что-нибудь.

– Она не сможет поразить сразу двоих! – выкрикнул де Камбюрадо впавшим в ступор наёмникам. – Хватайте её!

Джихад снова улыбнулась и чуть изменила позу – так, чтобы стала видна её вторая рука. Веер пробковых рукоятей топорщился между пальцами.

– Это совершенно неважно – один или два, – мягко сказала она. – Абсолютно.

Раненый медленно отступил к окну, пытаясь зажать кровоточащий обрубок и не сводя глаз с девушки. Нащупав подоконник, он неловко выбрался наружу, пятная всё вокруг кровавыми разводами.

– Уходим, – бросил де Камбюрадо и скользнул следом.

Двое оставшихся наёмников последовали за ним, опасливо оглядываясь. Когда они скрылись с глаз, Джихад вошла в номер. Двигаясь лёгкой, почти танцующей походкой, она пинками распахнула двери в ванную и туалет, осторожно выглянула в окно, прикрыла створки и лишь затем шагнула к Громиле. Глаза девушки встретились с мутным взором обезьянца.

– Как ты, Гро?

– Нормально, – прохрипел Громила и попытался встать.

– Что болит?

– Практически всё… Ох! Осторожнее!

– Рёбра вроде целы, – Джихад, слегка хмурясь, ощупала Громиле бока. – Хотя у тебя такая густая шерсть, милый, что толком не поймёшь.

– И это правильно, – Громила осторожно взобрался на кровать. – Хуже всего – рука и затылок. По-моему, этот гад сломал мне пальцы. Вот ведь невезуха…

– Лежи, я вызову доктора, – Джихад шагнула к дверям.

– Джи, там где-то ещё оставалось пиво… – жалобно простонал Громила.

– Тебе сейчас не пиво нужно, а гипс. Куда встаёшь?! Лежи, кому говорят! На, держи свою гадость, – Джихад протянула обезьянцу бутылочку, чудом уцелевшую в произошедшей потасовке.

Тот попытался было её открыть – и зашипел от боли.

– Давай сюда, – Джихад ловко сорвала пробку о спинку кровати. – Что им было надо?

– Этот мерзавец майор каким-то образом пронюхал про волшебную монетку. Ума не приложу…

– Понятно. Ладно, Гро, я побежала за доктором. Громила присосался к бутылке и одним невероятно долгим глотком втянул в себя её содержимое.

– Да, господа, – прошептал он, задумчиво уставившись в облупленный потолок. – Только когда тебя как следует отдубасят, начинаешь понимать, насколько хорошо ты себя чувствовал до этого.

* * *

Иннот и Кактус шагали по чёрной брусчатке. За спинами у них покачивались одинаковые здоровенные рюкзаки из брезента, под завязку набитые продуктами и разнообразным снаряжением.

– Эта штука страшно тяжёлая, – ныл Кактус. – Кроме того, она мнёт моё пончо.

– А зачем ты надел такое пончо, которое мнётся? – резонно возражал Иннот. – В путешествиях лучше носить что-нибудь неброское и немнущееся.

– Но я был уверен, что мы наймём какой-нибудь драндулет… Или хоть телегу!

– Наймём, конечно! Но я ведь предупреждал, что ножками топать всё равно придётся. Без этого о пиратском золоте можешь и не мечтать!

– Кстати, о золоте. Как мы его добудем? – Кактус с интересом взглянул на товарища. – У вас с Гро есть какой-то план, верно?

– Не то чтобы план, так, кое-какие намётки… Мы решили, что сориентируемся на месте. Ты вообще как насчёт подраться?

– Ну как… Нормально, – пожал плечами Кактус. – Правда, мне редко приходится махать кулаками – тот, кто укололся о мои иголки, долго не живёт. А почему ты спрашиваешь?

– Думаю, нам предстоит схлестнуться с пиратами, – ответил Иннот. – Конечно, было бы здорово проникнуть в их логово без шума и так же потихоньку выйти, но это, сам понимаешь – в идеале.

– Я вообще не припомню, чтобы мне приходилось драться с обезьянцами. А тебе?

– А мне приходилось. Тут главное – помнить, что у них не две руки, а четыре. Кстати, сейчас у тебя будет хороший повод потренироваться в этом.

– Что ты имеешь в виду? – удивился Кактус.

– Не «что», а «кого». Тех шестерых горри, что топают за нами следом.

Кактус тяжело вздохнул и поправил лямки рюкзака таким образом, чтобы его можно было моментально сбросить с плеч.

– Знаешь, я практически уверен, что рождён для того, чтобы тратить деньги – легко и весело. А вместо этого их постоянно приходится зарабатывать, причём с трудом. Ты не знаешь, почему так получается?

– Какое совпадение! – ухмыльнулся Иннот. – У меня та же проблема.

– У них есть какое-нибудь оружие? – спросил Кактус.

Ни он, ни Иннот не оборачивались и продолжали идти и беседовать как ни в чём не бывало – сказывались профессиональные навыки.

– Сейчас пройдём мимо зеркальной витрины, посмотри сам, – предложил Иннот.

– Похоже, что нет. Но это горри, им и не нужно никакого…

– Нам тоже.

– Верно. Ну так что, начнём первыми?

– Подожди, – Иннот тоже поправил рюкзак. – Я хочу сперва узнать, чего им надо.

Они свернули в тихий тенистый переулок. Шаги сзади сразу стали громче, и спустя мгновение один из преследователей сказал:

– Эй, парни, притормозите-ка. Есть разговор.

Сержант Алекс Стращер не особенно волновался по поводу порученной ему миссии. «Будь осторожен, – сказал ему де Камбюрадо у гостиницы. – Эти парни – каюкеры, а значит, в них скрыто больше, чем видно на первый взгляд». Частично из-за этого предупреждения, частично из-за старинной армейской мудрости «бог на стороне больших батальонов» Алекс взял с собой на дело пятерых солдат. Вообще-то сержант не сомневался, что вполне справится в одиночку – мало кто на этом свете может противостоять двумстам килограммам стальных мускулов. Впрочем, он был убеждён, что до драки дело не дойдёт: не идиоты же они, в самом деле, эти парни, чтобы вдвоём броситься на шестерых. А вот попытаться удрать эти куки вполне могли, поэтому после первых же слов сержанта солдаты профессионально окружили приятелей, прижимая их к стене. Каюкеры синхронно сбросили мешки и остались стоять, с улыбками разглядывая гориллоидов. Сержанту это не понравилось. По всем правилам оба шпака уже должны были наложить в штаны от страха. Может, просто ещё не успели испугаться? Ну ничего, это поправимо… Он подошёл вплотную и опёрся рукой о стену.