Одержимая - Марина и Сергей Дяченко

— Его сейчас нет.

— А когда он будет?

— К десяти.

— У нас срочное дело, — в голосе женщины будто завибрировала металлическая струна. — Если он попадет на пробу сегодня — у него огромные шансы пройти.

— Почему такая спешка? — пробормотала мама.

— Это мир кино, — доверительно сообщила женщина. — У нас все так непредсказуемо… Значит, так: попробуйте вызвонить его, я сейчас приеду. Какой у вас адрес?

— Куда приедете? Домой? — мама Антона растерялась.

— Я заберу Антона на студию! — женщина, и без того голосистая, сейчас почти кричала. — Только он должен приехать домой, прямо сейчас!

— Хорошо, я попробую, — этот голос своей уверенностью не позволял маме Антона усомниться ни на секунду. — Я сейчас ему позвоню.

— Адрес! Скажите адрес! И приготовьте несколько его фотографий, для… для портфолию!

Глянцевый журнал, прошелестев по пледу, скатился на пол.

* * *

— Давай же! Давай, скотина!

Скутер завелся. Вчерашняя авария оставила по себе многочисленные царапины и треснувшую фару, но колеса уцелели. Их даже не пришлось тащить в шиномонтаж.

Виляя в потоке машин, рыча и чадя, скутер рванул вперед. Навигатор, закрепленный на руле, вел, как волшебный клубочек, к дому Антона Нечаева.

Десять минут восьмого. Время есть. Все поправимо.

* * *

Антон остановился перед дверью в квартиру; за дверью смеялись и галдели. Кто-то пробовал аппаратуру — басовито фонили колонки. Взвизгивала электрогитара.

Он вытащил пистолет трясущейся рукой. Красиво поднял оружие. Попробовал встать так и эдак; мешал пакет с пивом, Антон пристроил его под стеночкой. Прицелился в дверь; в этот момент у него в кармане зазвонил телефон.

Он не выругался в голос только потому, что крепко стиснул челюсти.

* * *

Мама расхаживала по комнате, слушая гудки в трубке. Антон не отвечал.

— Да что же это такое!

«Аппарат вызываемого абонента выключен либо находится вне зоны действия…»

Мама, не веря себе, позвонила еще раз.

* * *

На лестнице было слышно, как открылся лифт. Как новые гости гурьбой прошли по коридору, позвонили, завалили в квартиру. Антон перевел дыхание, спрятал отключенный телефон. Убрал пистолет в кобуру. Застегнул куртку.

Больше всего сейчас ему хотелось уйти сейчас. Вернуться домой. Но это означало перестать уважать себя навсегда.

Он спустился по лестничному пролету. Протянул руку к звонку.

Дверь распахнулась, едва он успел коснуться кнопки. На пороге стоял Пиня.

— Очкарик?!

Казалось, Пиня не верит своим глазам. Антон чувствовал, как в такт сердцу бьется весь: бьются уши, губы, щеки, бьется пистолет на боку.

— Привет, — сказал он громко и четко. — Я не поздно? А где Алина?

* * *

Ирина наспех приковала скутер к ограде на детской площадке. Не дожидаясь лифта, взлетела на третий этаж и только тогда поморщилась, чуть коснувшись разбитого колена.

Демон держался рядом, как верный пес.

Ирина позвонила.

— Кто там?

— С киностудии!

Зашелестели замки. Дверь приоткрылась на цепочку:

— Антоши еще нет.

— Вы ему звонили? — быстро спросила Ирина.

— Да… Но… у него, наверное, сел аккумулятор в телефоне.

Ирина пошатнулась. Колено задергало, будто щипцами.

— Простите, как вас зовут?

— Раиса Николаевна…

— Раиса Николаевна, у вас дома нет случайно огнестрельного оружия?

Последовала пауза.

— Странный вопрос, — цепочка чуть подтянулась. — При чем тут… вы в самом деле с киностудии? Откуда вы знаете Антона?!

— Сейчас закроет дверь, — быстро сказал демон.

Дверь захлопнулась.

— Пророк, — пробормотала Ирина.

— Надо было ногу подставить.

Ирина поморщилась. Привалилась плечом к стене, снова коснулась колена:

— Есть там ствол? Как думаешь?

— Судя по реакции — есть.

— И сейчас она пошла…

— Проверять, — прошептал демон.

— И если ствол на месте…

В глубине квартиры послышались быстрые шаги. Зазвякали замки, на этот раз нервно, приоткрылась на цепочке дверь:

— Откуда вам известно… кто вы такая?!

— Ствол не на месте, — тихо сказал демон.

— Раиса Николаевна, — сказала Ирина самым магнетическим из своих голосов. — Вы правы, я не с киностудии. У меня есть сведения, что сегодня вечером ваш сын попытается покончить с собой. Из пистолета.

* * *

Рыжий — медноволосый парень лет восемнадцати, увешанный металлическими побрякушками в языческом стиле, играл фолк-рок — с точки зрения Антона, играл так себе. Пел получше, во всяком случае, вдохновенно. Аппаратура в условиях квартиры звучала плохо, Антон с ужасом думал, что чувствуют соседи. Но, как скоро выяснилось, соседи тоже были тут.

Народу было много — разношерстного, разноликого, знакомого и не знакомого друг с другом. Антон поразился, как легко у него получилось сюда вписаться — надо было просто сидеть в уголке, потягивать свою «Балтику» и наблюдать.

Никого не удивило, что Антон не снял в прихожей куртку; не снял — значит, была причина. Пистолет, укрытый полой, приятно жался к боку.

Пиня был взбешен. Алина с великолепным презрением дала ему понять, что это ее дело, кого звать, кого нет. Ей Варя разрешила. Когда будет туса на Пининой квартире — тогда вэлкам, пусть ставит условия.

— А вот это у меня как бы электрический фолк, — хрипловато объяснил Рыжий. У Антона слегка болели уши, но этот парень ему скорее нравился.

От табачного дыма в комнате было туманно. К Антону подсела пьяненькая, веселая девчонка и начала рассуждать о музыке. Антон кивал, понимая из ее речи процентов двадцать.

Потом появилась Алина, оттеснила пьяненькую и уселась на ее место. Глаза у нее смеялись:

— Ну что, не жалеешь, что пришел?

Антон задрожал ноздрями, втягивая ее запах.

— Ты какой-то особенный сегодня, — заметила Алина проницательно. — Что случилось?

— С парашютом прыгнул.

— Нет, а серьезно?

Антон положил ей руку на плечо.

Чувствуя пистолет, подался вперед — и поцеловал ее в губы.